Петля на шее оповещенного

Новое крепостное право для военнообязанных россиян. Анонсы «Первой полосы»

В течение первого года войны власти РФ вели боевые действия не только против Украины, но и против независимых журналистов. Десятки СМИ в нашей стране были закрыты и разгромлены. Российские репрессивные органы постарались уничтожить и «Новую газету», заблокировав её сайты и лишив лицензии все печатные версии издания. Но «Новая» выжила: работает в других форматах, а к тому же в Москве с сегодняшнего дня выходит pdf-номер еженедельника «Та самая «Новая газета»» (об условиях того, как на нее подписаться, можно прочесть на сайте «Новой газеты»).

Пока не выходит лишь печатный выпуск в классическом виде — на бумаге, — но «Новая газета» де-факто вернулась. При этом её обложки всегда были отдельным высказыванием на злобу дня. И «Новая газета Европа», выпускающая последние два месяца стилистический арт-проект «Первая полоса», решила его продолжить — теперь таких высказываний будет просто в два раза больше.

В этом выпуске:

«Базовые принципы права тут не соблюдаются»


Эксперты о принятом Госдумой за один день законе об электронных повестках.

Бег по минскому полю


Как правильно сбежать из России через Беларусь и из Беларуси через Россию — истории и советы тех, у кого получилось.

Подсумки и их патроны


История рядового российского добровольца, воюющего за идею, и его командиров, делающих на этом бизнес.

Было у матери два сына


Один уже погиб, другой еще воюет. История семьи Латыповых из Челябинской области.

Владимир, враг Владимира


История политика Кара-Мурзы: его два прадеда расстреляны по 58-й, дед прошел лагерь, а внук теперь в тюрьме за «госизмену» — но не родине, а путинскому режиму.
Поделиться
Больше сюжетов
«Порезать и покласть»

«Порезать и покласть»

Академик Юрий Пивоваров — о том, как «русская идея» раскрывается в украинской войне

«Обнулить», «заминусить», «вытечь»: как устроен язык войны?

«Обнулить», «заминусить», «вытечь»: как устроен язык войны?

Кирилл Мартынов вместе с антропологом Александрой Архиповой разбирает словарь российского военного новояза

«Здесь я никогда не чувствовал на себе косых взглядов»

«Здесь я никогда не чувствовал на себе косых взглядов»

83 года назад карачаевцев депортировали в Казахстан. Рассказываем, как живут те, кто остались там до сих пор

Маньяк на доверии

Маньяк на доверии

Боб Берделла заманивал домой молодых мужчин из уязвимых социальных групп и неделями пытал. Его арестовали после побега пленника

«Меня заставляли проходить «конверсионную терапию» , чтобы сделать “нормальной девочкой”»

«Меня заставляли проходить «конверсионную терапию» , чтобы сделать “нормальной девочкой”»

История Аарона Леви Крыжановского — интерсекс-человека — о насилии, навязывании гендерных ролей и постоянном чувстве одиночества

«Мы, конечно, закаленные»

«Мы, конечно, закаленные»

Жители аннексированного Крыма рассказывают, как переживают второй мощный блэкаут в этом году

Умер Миша Маваши — поддержавший войну националист и музыкант-мем

Умер Миша Маваши — поддержавший войну националист и музыкант-мем

Биографию правого активиста, смерть которого наступила от огнестрельного ранения, разбирает Николай Овчинников

«ChatGPT — это моя вредная свекровь 2.0»

«ChatGPT — это моя вредная свекровь 2.0»

Как люди доверяют чат-ботам судить о своих отношениях и что из этого получается. Рассказывает Ирина Кравцова

Стыдно спросить

Стыдно спросить

Как советские граждане справлялись с сексуальными проблемами и как развивалась эта сфера медицины