Унижение перед упразднением

Такого публичного унижения иерархии, пожалуй, не было в истории Московского патриархата. 20 марта, после заседания синода Украинской православной церкви Московского патриархата (УПЦ МП) в Киево-Печерской лавре, все члены синода во главе с предстоятелем УПЦ МП митрополитом Онуфрием (Березовским) без приглашения и какого-либо согласования поехали к офису президента Украины, «чтобы лично переговорить». На блокпосту при подъезде к офису их остановила охрана, не пропуская к зданию. Съехавшимся на место журналистам Онуфрий объяснил, что синод хочет «отдать честь и донести сложные вопросы до уважаемого господина президента Владимира Александровича» (поначалу он, правда, перепутал его имя и отчество). На предложение передать президенту обращение в письменном виде иерархи ответили отказом, а через некоторое время прозвучал сигнал воздушной тревоги — и митрополит Онуфрий с синодалами отправились в укрытие…

У руководства УПЦ МП осталось очень мало времени. Исполняя решение Совета по национальной безопасности и обороне (СНБО) Украины, национальный заповедник «Киево-Печерская лавра» предупредил расположенный на территории лавры монастырь Московского патриархата о прекращении договора о безвозмездном пользовании зданиями и имуществом заповедника 29 марта. Кроме того, с 21 марта будет закрыт доступ к мощам святых — не навсегда, но на время передачи имущества. В течение двух последних недель многочисленная (более 200 человек) братия лавры вывозила с ее территории личные вещи. Впрочем, некоторые монахи намерены остаться — и либо «стоять до последнего», вступая в стычки с силовиками, либо перейти в независимую от Московского патриархата Православную церковь Украины (ПЦУ), которая в прошлом году зарегистрировала «параллельное» монашеское братство Киево-Печерской лавры.

Монастырь УПЦ МП на территории древнейшего памятника украинской культуры, внесенного в Список всемирного наследия ЮНЕСКО, представляет собой «зонтичную» структуру. В остающихся госсобственностью помещениях находятся резиденция предстоятеля церкви, разные синодальные отделы и управления, Киевская духовная академия и семинария и масса коммерческих заведений под крышей наместника лавры Павла (Лебедя), получившего после ряда скандалов в СМИ обидное прозвище «Паша Мерседес». Обладавший обширными связями в высших эшелонах украинской власти и связанный партнерскими отношениями с олигархами, Павел не поверил в серьезность угрозы, нависшей над его владениями. Он продолжал в своих проповедях обвинять власть в гонениях на церковь, угрожать руководству страны народным неповиновением, болезнями и всевозможными карами небесными. Это стандартный хамоватый стиль наместника, постоянно оскорблявшего журналистов и хваставшегося тем, что наложил смертное проклятие на сотрудников национального заповедника, чьим имуществом он безвозмездно пользовался почти 30 лет, заработав на этом миллионы. В условиях военного времени эти приемы больше не работают!

Какого-либо конструктивного плана «спасения лавры» в лоне УПЦ МП ни у Павла, ни у более высокого руководства церкви не было и нет. Перспектива разрыва договора о лавре просматривалась практически с самого начала широкомасштабных военных действий в феврале прошлого года. Тогда в Украине были закрыты все российские бизнесы, культурные центры, наложены санкции на тысячи россиян и аффилированных с ними украинцев. УПЦ МП осталась крупнейшей, если не единственной легальной структурой в Украине, сохранявшей официальную («каноническую») связь с Москвой и продолжавшей, хотя и осторожно, распространять идеи «русского мира».

За последние четыре месяца в епархиальных управлениях, монастырях и храмах УПЦ МП СБУ провела сотни обысков, в результате которых, в частности, выявили российское гражданство у ряда иерархов и клириков. На руководство УПЦ МП наложили санкции, некоторым епископам приостановили украинское гражданство. Наконец, в конце декабря национальный заповедник прекратил службы УПЦ МП в храмах верхней (музейной) части лавры, и там теперь служат представители «конкурирующей» ПЦУ. Украинское общество в целом отнеслось к этому спокойно — лишь «малое стадо» наиболее верных чад Московского патриархата настроено агрессивно. Правда, эти люди, в массе своей пожилые женщины, думают не о физическом противостоянии, а о наступлении Апокалипсиса и исполнении «пророчеств старцев», согласно которым Киев затопит после того, как «закроют лавру».

За УПЦ МП попытался заступиться ее верховный руководитель — патриарх Кирилл (Гундяев), обратившийся к папе Римскому и в ООН. Но пользы это не принесло: Кирилл за минувший год растерял доверие не только в христианском мире, но и в УПЦ МП. За время «СВО» он не вступился за свою паству и святыни, находящиеся под обстрелами и уже разрушенные, не выразил УПЦ МП соболезнований, не отслужил панихиды по жертвам войны. При этом действия ВС РФ он полностью оправдывал, гарантировал ее солдатам, гибнущим в Украине, попадание в рай и благословлял отдельные рода войск «на победу». На этом фоне внезапное требование соблюдать Конституцию Украины и апелляция к международно признанным правам человека со стороны Кирилла прозвучали гротескно. Поняв это, он удалил с официальных сайтов РПЦ упоминания об этом обращении, заменив его на «текст для внутрироссийского использования», выдержанный в стиле кремлевской пропаганды против «киевского режима».

Начинающийся в странах постсоветского пространства крах глобальной структуры РПЦ, помимо прочего, вскрывает неубедительность ее исторической мифологии. Выясняется, что РПЦ — это не 1000-летняя церковь святой Руси, а созданная Сталиным в 1943 году институция по идеологическому обслуживанию Кремля под полным контролем КГБ/ФСБ. Соответственно, и созданная в ее рамках на волне перестроечных процессов полуавтономная УПЦ МП — обманка, мираж, камуфлирующий нежелание выпустить Украину из имперского заточения. Громкие слова о том, что из лавры хотят изгнать монахов, которые ее построили и украшали тысячу лет, в этом контексте также звучат фальшиво. Нынешняя братия лавры — это в массе своей советские люди, обратившиеся к вере в 90-е годы и пропитанные идеями «русского мира» — учения, согласно которому настоящее православие возможно только в России.

…От сегодняшнего «итогового» заседания синода УПЦ МП ждали более решительных действий. Власть ждала решения о полном разрыве с Москвой и сближении с ПЦУ, часть клира — отставки митрополита Онуфрия, не справившегося с руководством церковью в столь сложный период. Но никаких решений не последовало, тактика остается прежней: тянуть время. В условиях войны украинские власти настроены на законодательный запрет деятельности религиозных организаций с центром в Москве, как это уже сделала Латвия. По словам главы Госслужбы по делам религий Украины Виктора Еленского, в скором времени последователи УПЦ МП смогут собираться на молитву только по домам, частным образом, не в качестве религиозных организаций. Такая перспектива означает довольно массовый переход рядового духовенства и общин УПЦ МП в ПЦУ, поддерживаемую украинским государством и признанную Константинопольским (Вселенским) патриархатом. Со своей стороны, патриарх Кирилл может решиться на создание «параллельной» Украинской церкви под своим контролем на оккупированных территориях. А дальше — что-то в этой диспозиции, кажется, сможет поменять только ВСУ.