Яблоко

Мистерия Дмитрия Быкова

Примечание редакции
«Новая-Европа» публикует произведение Дмитрия Быкова, посвященное библейскому осмыслению актуальной политической ситуации.

И снится сон ему — волшебный сон! Во сне он разлучен с отчизной-стервой. Он в райские пределы вознесен, и там он первый, ну буквально первый! Цветущий сад. В саду ему даны другое имя и другое тело. Он там Адам, и в качестве жены с ним рядом бродит Ева, то есть Элла Памфилова. Куда он дел свою — неведомо. Вокруг блаженство рая. Они проводят выборы в раю, при этом ничего не выбирая. На них Господь взирает. Он стоглаз. Того гляди их дьявол переманит! В жене таится мерзостный соблазн. Какой — Адам пока не понимает. Они стоят пред яблоней. На ней висят плоды, румяные, как Ленка Мизулина. С ветвей свисает змей, причем с лицом Сергея Кириенко. Он внешне добрый, но по сути злой. Он как актер из чуждой антрепризы. Он выглядит как свой, но он не свой. Как всякий киндер, он таит сюрпризы.

КИРИЕНКО (ласково шипя)

Возьмите это яблочко, друзья! Его не трогал ни червяк, ни дятел!

АДАМ (нерешительно)

Создатель говорит, что нам нельзя.

КИРИЕНКО (злобно)

Да что он понимает, ваш Создатель! Подумай: я плохого не отдам. Уж если я не друг, то кто вам друг-то? Ты что, боишься яблока, Адам? Так и скажи, что ты боишься фрукта! Зато узнаешь суть добра и зла. Нелепо же не знать добра ли, зла ли... Я для того сюда и приползла, точней, приполз, — чтоб вы его познали.

ЕВА (смущенно)

А что, давай попробуем, Адам? Чего-то ты не в меру стал опаслив. Народу нужен лишь портвейн «Агдам», он яблоком занюхает — и счастлив! Россия ведь едина, ты един, ты раз и навсегда назначен князем... Действительно, давай его съедим, по крайности меню разнообразим! Давай рискнем! Ребята же на «СВО» под дронами действительно рискуют. А нам с тобой не просто большинство — нам девяносто восемь нарисуют. А яблоку, допустим, полтора. Сейчас мы от него оставим смело один огрызок. Мы же мастера по этой части...

АДАМ

Ева, то есть Элла! Задумайся, к чему нам этот риск?

ЕВА

Зато смотри, какой удачный случай: увидят все — за мир пугливый писк, а за войну — всеобщий хор могучий! Ведь выборы — такой дешевый цирк! Считаться ли с Явлинским, с этим гусем? Им не отмыться впредь от этих цифр. Зато свобода!

АДАМ (нерешительно)

Ну... давай надкусим... Покажем — мы свободная страна. Не всё же быть Кореей и Анголой...

(Надкусывают)

О Господи! Я голый... и она! Мы голые!

КИРИЕНКО (уползая)

Да-да. Король-то голый.

АДАМ

Какой дурной мы подали пример! Мне кажется, я сплю. Какой-то морок, и полтора процента — у «ЕР», у яблока же двадцать... тридцать... сорок! Выходит, этот змей задумал месть, и весь наш рейтинг — жалкая дешевка. Оно растет! Теперь его не съесть! А думали — антоновка, грушовка...

ГОСПОДЬ (из облаков)

Еще вчера читали по складам, а нынче знают сущность тьмы и света! Зачем ты принял яблоко, Адам!

АДАМ (в испуге)

Господь! Все это он! Она все это!

ГОСПОДЬ

Где искушенье? Вижу, уползло. Теперь ты навсегда из рая выбыл. Ведь я учил: где яблоко, там зло. Ведь есть же миф: где яблоко, там выбор. Явлинский никакой не либерал, но он не наш! Куда ты смотришь, Элла? За яблоко Парис Елену крал, за яблоко и Троя погорела, и миллиардный Нолана бюджет поведал нам, как было все хреново...

АДАМ (робко)

Ты путаешь, там был другой сюжет...

ГОСПОДЬ (горько)

Ты что, уже и Бога учишь, Вова? Да, Вова ты, ты больше не Адам. Все яблоки — враги, их суть гнилая. Я вам пинка хорошего задам и властным жестом выгоню из рая, а то вы здесь расслабились, в раю! Рабам мечтать о яблоках нелепо. В трудах растить вы будете свою продукцию, и это будет репа! И донесите истину до всех потомков ваших, суетных и дряблых: свободный выбор — первородный грех, а рай возможен там, где нету яблок!

...Проснулся он от собственных молитв, непрошеные слезы утирая: лежит один, и страшно всё болит — как будто вправду выгнали из рая. Собрал себя буквально по частям, звонит судье, крестясь (помилуй, Боже!):

— Снимите это яблоко в чертям. Да-да, к чертям. И Кириенко тоже. Да нет, не то что я его боюсь, но просто для страховки — запрети ты. А то посмотришь на ночь «Классик ньюз» — и снятся, падла, мифы... архетипы... Примнится же: Панфилова, Адам... Так можно и с ума сойти, забредив. Пускай Медведев снится — он к деньгам. Или Володин — то же, что Медведев.

Поделиться
Больше сюжетов
Медведь ЕРмолай, Черемша и «кандидат-гопник»

Медведь ЕРмолай, Черемша и «кандидат-гопник»

Как предвыборная кампания, в которой нельзя обсуждать главный в стране вопрос, расцвела нейрослопом и симулякрами

Хуситы против всех (кроме Ирана)

Хуситы против всех (кроме Ирана)

Очередной кризис на Ближнем Востоке: йеменские радикалы захватили порт Мокку, Иран торжествует, цены на нефть взлетели

«Я готов хоть на десять лет сесть, чтобы сохранить свою жизнь»

«Я готов хоть на десять лет сесть, чтобы сохранить свою жизнь»

Чеченец Мансур Мовлаев сбежал от пыток кадыровцев. Уже 16 месяцев он находится под арестом в Казахстане. Россия требует его выдать

Молчащие сирены

Молчащие сирены

Не менее 36 человек погибли от ударов по регионам этим летом, когда сигналы воздушной тревоги не работали. Больше всего — в Подмосковье

«Я не хочу терпеть. Я ненавижу несправедливость»

«Я не хочу терпеть. Я ненавижу несправедливость»

Портреты молодых россиян, пошедших вступать в «Яблоко» уже после того, как партию сняли с выборов

Za

Za

Перед выборами в Госдуму партии могут спорить о чем угодно, но в парламенте они почти всегда единодушны. Как депутаты голосовали за 30 самых спорных законов военного времени

Президенты и кочевники

Президенты и кочевники

Путин, Си и Моди встретились на саммите ШОС в Бишкеке. Почему клуб, на который приходится 40% населения Земли, за 25 лет так и не стал союзом?

«Экстремистский» дневник депутата

«Экстремистский» дневник депутата

Николай Бондаренко — коммунист и блогер-миллионник. Он часто критикует чиновников, а теперь, похоже, не сможет избираться из-за фотографии Навального

«Украинское общество не готово к выборам во время войны»

«Украинское общество не готово к выборам во время войны»

Что отвечают украинцы на призыв экс-министра обороны и за кого они готовы проголосовать — объясняет политолог Владимир Фесенко