Близость и смерть

В Венеции показали «Квир» Гуаданьино по роману Берроуза и «Комнату по соседству» Альмодовара об эвтаназии. Чем они примечательны?

Венеция и Лидо переживают самое жаркое лето на памяти старожилов фестиваля: 36 градусов на солнце — от риска теплового удара укрыться можно в кинозалах с кондиционером (но такие на фестивале далеко не все), где он часто работает в режиме морозильника. Тем временем показали уже больше половины конкурсной программы, в том числе картины, о которых хочется рассуждать и спорить и которые стоит увидеть.

«Квир» Луки Гуаданьино с Дэниелом Крейгом

Дэниел Крейг уже не раз играл гомосексуальных персонажей, более того, реально существовавших: он был любовником художника Фрэнсиса Бэкона в фильме «Любовь — это дьявол» (1998), и в сыгранного им Перри Смита, хладнокровного убийцу, влюблялся Трумен Капоте в «Дурной славе» (2006). И как выяснилось в фильме «Достать ножи-2: Стеклянная луковица» (2022), выдающийся сыщик Бенуа Блан живет с партнером, которого играет Хью Грант.

В «Квире» Крейг опускается на дно — его герой Уильям Ли, альтер-эго писателя Уильяма Берроуза, скрывается в Мехико от суда (ждущего его в Новом Орлеане за хранение наркотиков), ищет опиаты в аптеках и приводит любовников на час в липкие номера, где на постельном белье едва-едва застираны пятна крови. Одновременно он отхаркивает свое сердце (буквально!), распадается на атомы и поднимается в открытый космос, обнажаясь так, как никогда прежде. Поклонники фильма уже назвали его «космической одиссеей для геев». Смелость Крейга и его экранного партнера Дрю Старки сравнима лишь с тем, что Николь Кидман продемонстрировала в «Плохой девочке», — их герои делают все то, после чего, как известно из интервью Ильи Яшина Юрию Дудю, им заказано пребывание в тюремной камере с «мужиками».

Так о чем «Квир»? Уильям Ли (Крейг) встречает в одном из баров Мехико (иллюзорный город снят в павильонах римской киностудии «Чинечитта») молодого американца Юджина Аллертона и влюбляется. Предлагает поехать в путешествие по Южной Америке, тот соглашается. Ли бьется в конвульсиях героиновой ломки и решает попробовать аяуаску — галлюциноген, который шаманы пьют во время церемоний. В этом месте одноименный роман Берроуза обрывается, но Гуаданьино идет дальше — Ли и Аллертон пробуют аяуаску.

Берроуз известен не как писатель из квир-канона, а как проводник в мир наркотической маргиналии, сюрреальный и галлюцинаторный. Изучивший закоулки ада и презирающий буржуазию, он писал о распаде личности сухим и саркастическим языком. Джек Керуак называл его лучшим писателем-сатириком после Джонатана Свифта, проза Берроуза пропитана полной черной желчи едва уловимой насмешкой. Но, пожалуй, самый известный факт о Берроузе — это то, что он застрелил свою жену Джоан Волмер, изображая Вильгельма Телля на пьяной вечеринке, — в попытке выстрелом сбить стакан с ее головы. Сын Берроуза и Джоан, Билли, умер в 33 года от отказа пересаженной печени: как и отец, он был подвержен зависимостям от наркотических веществ. Общество Берроуза, даже если это просто страницы из его книг, — непростое испытание для читателя. Гнилостный запах распада в них так же силен, как и его стремление к запредельному.

Но Лука Гуаданьино и доверившийся ему Дэниел Крейг, давно мечтавший о совместной работе, превратили писателя-битника в персонажа. Как будто невидимый вакуумный пылесос высосал из придуманного Берроузом Мехико все липкое и отвратительное. Эстетизация Гуаданьино, превращающего все в желанный объект красоты, сработала. Он убрал гомофобию, которой полно у Берроуза, но оставил нежность.

Возможно, зрители, подобно мне, будут недоумевать весь фильм: зачем два часа смотреть на неприкаянного героинщика в холщовом костюме и его любовника? Но надо дождаться последней части, перед эпилогом, когда Ли и Аллертон окажутся в джунглях Эквадора. Там их встретит невероятная и неузнаваемая Лесли Мэнвилл (особенно на контрасте с ее образом в «Дисклеймере»!) в роли полубезумной профессорши биологии с обрезом наперевес, коброй в качестве домашней сигнализации и ленивцем в доме.

Трип героев Крейга и Старки — хореографический делириум, мечта о близости, воплощенная в сновидении, где герои забираются друг другу под кожу. Но это не выглядит страшно или странно. Желание близости и ее невозможность, неубиваемая мечта о ней — для этих чувств (вполне общечеловеческих) Гуаданьино нашел точные и, как всегда в его фильмах, потрясающе красивые визуальные образы.

«Я квир, я лишен тела», — не раз произносит в фильме Уильям Ли. Но Лука Гуданьино, сценарист Джастин Курицкес и Дэниел Крейг создали все же для него светящееся тело, по которому проносятся радужные кометы.

«Комната по соседству» Педро Альмодовара с Тильдой Суинтон и Джулианной Мур

Новый фильм Альмодовара (по роману Сигрид Нуньес «Через что ты проходишь») — его первая полнометражная картина на английском языке. Альмодовар получил самые высокие оценки в итальянской (пока делит одно место с «Квиром») и иностранной прессе (столь же хорошие отклики только у драмы Уолтера Саллеса о бразильской диктатуре 70-х «Я все еще здесь»), но лично я не встретила тут никого, кому бы фильм Альмодовара понравился (и это не злые языки, а преданные поклонники режиссера).

Тильда Суинтон и Джулианна Мур играют подруг, начавших снова общаться после долгого перерыва. Тильда играет Марту, журналистку и военную корреспондентку, Мур — писательницу Ингрид, которая только что выпустила книгу эссе с размышлениями о смерти. Марта больна неоперабельным раком, последняя сессия химиотерапии не принесла успеха. Марта решает оборвать свою жизнь, пока болезнь не нанесла ее телу и разуму непоправимые последствия. В даркнете она покупает таблетку для эвтаназии и просит Ингрид сопровождать ее — быть рядом, в соседней комнате, когда она примет таблетку, чтобы завершить ее уход звонком в экстренные службы. Ингрид сперва отказывается, колеблется, но в итоге соглашается. Марта снимает дом невероятной красоты недалеко от Нью-Йорка. Они обговаривают детали — дверь в комнату Марты каждую ночь будет открыта, если Ингрид утром обнаружит закрытую дверь, то, значит, свершилось, и она приняла таблетку.

Главный вопрос фильма — сможет ли Альмодовар снимать на английском так же, как он делает это на родном испанском, — уже был снят его короткометражкой «Человеческий голос». Альмодовар и на английском — Альмодовар, его красный цвет гипнотизирует и влюбляет, его костюмы и интерьеры становятся предметом зависти и вожделения, и вообще его фильмы можно смотреть, вооружившись блокнотом и ручкой: он не только снимает любимых актрис, но и показывает то искусство и литературу, что любит, и любит страстно. В кадре, симметрии которого может позавидовать Уэс Андерсон (в данном случае это комплимент), Альмодовар демонстрирует свои любимые книги. В этот раз туда попал второй том «живой автобиографии» Деборы Леви «Плата за жизнь» (The Cost of Living в оригинале), а Марта и Ингрид довольно долго обсуждают Дору Кэррингтон, английскую художницу, близкую блумсберийскому кружку (Вирджиния Вульф, Кейнс, Э. М. Фостер и др.), и рассматривают альбом с ее репродукциями.

Проблема фильма в том, что к нему нет спойлеров — не происходит ничего, что могло бы удивить. Это сообщает фильму странное ощущение прохладного ветерка. Несмотря на любовное отношение Альмодовара к героиням, «Комната по соседству» холодна, как отношения Марты и ее дочери (единственный момент-сюрприз в фильме — в выборе актрисы на ее роль): они давно не общаются, но когда Марта уйдет, она станет дочери ближе, чем при жизни. Эту трансформацию совершит и сам фильм — в момент просмотра переживания героинь, несмотря на великолепную игру Суинтон и Мур, слишком далеки (критики удивляются, какой образ жизни может позволить себе военная корреспондентка!), но потом — возвращается падающим на Нью-Йорк розовым снегом и темно-бордовыми губами Тильды. Пусть Альмодовар в этот раз не удивляет, не шокирует и не бросает вызов (будем откровенны, он давно этого не делает), в его холодной нежности есть странная и притягивающая сила.

Поделиться
Больше сюжетов
Пытка продолжается

Пытка продолжается

В конкурсе Венеции показали фильм «Дау» Ильи Хржановского — основную часть мегапроекта, чье производство растянулось на 20 лет

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

Виктор Косаковский представил фильм «Священная древесная пыль», превращающий жизнь леса в фантастический блокбастер. «Новая-Европа» с ним поговорила

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

Разговор с режиссером Сергеем Лозницей — о его новом фильме «Империя» о путешествии итальянских документалистов по республикам СССР в 1970-х

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Венецианский кинофестиваль открылся фильмом Дэнни Бойла «Чернила» — о таблоиде The Sun и истоках медийной революции, внутри которой мы сегодня живем

«Я не хочу быть мясом»

«Я не хочу быть мясом»

Исследование «Этнографический словарь войны» показывает, как язык войны в Украине стал языком логистики смерти

Нейрослоп и нейроцензор

Нейрослоп и нейроцензор

Российской литературе угрожают и государство, и технологии. Разбираемся, кому изменение рынка выгодно и кто пострадает больше всего

 «Поговорить о том, что больно, а потом выпить чаю»

«Поговорить о том, что больно, а потом выпить чаю»

Интервью Светы Бень. Она записала самый отчаянный и спасительный музыкальный альбом этого лета

Круглый сладкий хлеб

Круглый сладкий хлеб

«Новая-Европа» посмотрела «Колобка». Это далеко не чудовищный фильм, репутацию которого погубили агрессивные прокатчики

После «Левиафана»

После «Левиафана»

Любовь Аксенова против Ларисы Гузеевой (и прогнившей судебной системы России) в сериале «Холод»