Зеленский и Кличко: обмен перчатками
Реакция на трагедию, связанную с закрытым бомбоубежищем в Киеве, переместила дискуссию в политическую плоскость
Две молодые женщины и девятилетняя девочка погибли от поражения осколками сбитых ракет в тот момент, когда пытались достучаться в такую вот дверь в убежище. Оно располагалось в районной поликлинике.
Еще две недели назад, в середине мая, киевляне начали массово выражать возмущение: помещения, которые должны быть доступны круглосуточно, превратились в крепости. 17 мая глава военной администрации города Сергей Попко (не путать с мэром Виталием Кличко) на заседании Совета обороны Киева дал указание «в кратчайшие сроки проинспектировать все убежища и обеспечить бесперебойный доступ к сооружениям гражданской защиты». Речь шла о строениях, находящихся на балансе собственников.
Владельцы же рассуждали иначе: открыть без присмотра, тем более на ночь, — превратить в ночлежку для бомжей. Потому охрана «сооружения гражданской защиты» возлагалась на сторожа. Тот не изображал часового на посту, а клеил на запертую дверь листок бумаги с номером своего телефона и отправлялся по своим делам: кому надо — позвонит. Именно так и случилось в поликлинике…
Сразу после варварского российского обстрела на место, кроме мэра Кличко, выехали представители департамента муниципальной безопасности. Первым делом выявили сторожа с «признаками алкогольного опьянения». Но обстановка там, где произошла беда, была настолько раскаленной и так «аукнулась» в Киеве, что наказание стрелочника только усугубило бы положение городской власти. Меры стали принимать бурно, стремительно.
Прокуратура Киева в рамках открытых уголовных производств задержала уже упомянутого сторожа, а также первого заместителя главы Деснянского района, директора поликлиники и его зама. До того прошел обыск в мэрии, а именно— в департаменте муниципальной безопасности, в Деснянской РГА и в самой поликлинике. По словам Надежды Максимец, спикера прокуратуры, сейчас для установления истины опрашивают потерпевших, очевидцев, изучают изъятую служебную документацию, допрашивают руководство и персонал медучреждения: кто именно отвечал за эксплуатацию укрытия и обеспечение беспрепятственного входа в него во время воздушных тревог. Сторожу, в соответствии со статьей об оставлении в опасности, что привела к смерти, грозит наказание от 3 до 8 лет заключения, чиновникам (им инкриминируют служебную халатность) — от двух до пяти лет.
После обыска в мэрии городской голова, в свою очередь, напомнил: ответственность за работу укрытия несет также глава Деснянской районной администрации Дмитрий Ратников. «Обратился к Офису президента и правительству, утверждающим назначения, с предложением отстранить Ратникова на время следствия», — написал Кличко в официальном телеграм-канале горгосадминистрации.
Но тут в обсуждение «Кто виноват?» включился президент Украины, прямо с саммита ЕС в Кишиневе. Отвечая журналистам на пресс-конференции, кто понесет наказание, если информация о закрытом убежище подтвердится, Зеленский был резок до крайности: «Нам России — этих врагов — мало, у нас есть, видите, еще и внутренние… Сказал бы, есть слово, вертится, но не могу…» Слово нашлось после того, как пресс-секретарь объявил об окончании встречи с медиа.
Президент на минуту вернулся к микрофону: «Сказал бы так: может быть нокаут». Намек на боксерское прошлое Виталия Кличко прозвучал как вызов.
