Медведь ЕРмолай, Черемша и «кандидат-гопник»
Как предвыборная кампания, в которой нельзя обсуждать главный в стране вопрос, расцвела нейрослопом и симулякрами
Оставшимся в бюллетенях партиям нельзя обсуждать целесообразность продолжения войны и вообще высказывать любые сомнения в верности общего курса государства. Остаются только частности, дебаты без политических споров (и даже вообще без участников) и борьба нейросетевых маскотов.
«Новая-Европа» изучила, как партийные креативщики изо всех сил пытаются оживить выборы, которые, кажется, специально задуманы для того, чтобы не привлекать особого внимания и проходить фоном.
Дебаты без дебатов
Предвыборная кампания в 2026 году в целом проходит довольно вяло и привлекает к себе мало внимания. Основными громкими событиями стала кампания «Яблока» под лозунгами «За мир и свободу» и последовавший массовый тренд в соцсетях, а также громкие снятия с выборов: федерального списка того же «Яблока» и самого популярного политика КПРФ Николая Бондаренко (он даже обогнал по упоминаниям Владимира Путина).
Сейчас наблюдатели фиксируют, что кампания вернулась к прежнему «депрессивному» состоянию, а люди снова теряют к ней интерес.
Электоральный эксперт Вадим Терновой из «Атласа выборов» в разговоре с «Новой-Европа» отмечает, что кампания и агитация существует в двух параллельных регистрах — в телевизионном и сетевом — и они так различаются, что это «немного даже похоже на шизофрению».
В телевизионной «реальности», отмечает Терновой, предвыборная кампания совсем минимальна и расхождений между партиями практически нет: телеканалы централизованно пытаются создать ощущение консолидации всех политических сил вокруг поддержки «СВО» и внешнеполитического курса руководства страны в целом. Например, в конце июля телеканалы транслировали итоговые выступления руководителей партий в рамках завершения работы VIII созыва Госдумы: все одинаковые, посвященные государственному суверенитету, общественному единству и поддержке участников «СВО».
При этом закон о выборах обязывает телеканалы не менее половины времени отводить на партийную агитацию и дебаты. И в таких условиях дебаты были, мягко говоря, курьезными.
Наиболее запомнились, пожалуй, дебаты в Рязани, куда не явился ни один кандидат. Но часто даже тем, кто дошел до дебатов, было просто нечего сказать, и они, быстро произнеся заученные короткие фразы, остальное отведенное им телевизионное время молчали. Так произошло, в частности, с Алексеем Черновым из «Партии прямой демократии» — он замолчал после пары предложений о том, что государство должно поддержать многодетные семьи; и с Русланом Хугаевым, который выделенную ему на дебаты минуту предпочел помолчать «в память о героях СВО».
Олег Лихачёв из этой же партии на дебатах решил вместо политических споров исполнить песню собственного сочинения: «Знай, олигарх, ты простой человек. Хоть и бабла тебе хватит на век! С пенсионером скорее поделись». Лихачёв на тех же дебатах спел также гимн коммунистов России и песню о ветеранах Великой Отечественной войны.
На таком фоне едва ли не настоящим криком души выглядело выступление кандидата в Госдуму от «Родины» Алексея Якушева. 7 сентября он участвовал в региональных дебатах «России 1» в Ульяновске с представителем «Справедливой России».
В начале выступления фермер из Димитровграда предупредил, что будет периодически читать по бумаге, «чтобы не ругаться матом», — но сдержаться всё же не смог. Якушев нецензурно обрушился на чиновников и своих политических конкурентов, жаловался на бюрократическое давление на фермеров, низкие цены на зерно, закрытие сельских больниц и школ, штрафы и тоталитарный контроль. В провластных телеграм-каналах Якушева после этого назвали «кандидатом-гопником».
Были на дебатах и единичные яркие выступления представителей КПРФ. Например, выступление бурятского депутата Баира Цыренова, в кампании которого одним из теглайнов было «Когда кончится СВО?»; телевизионщикам даже пришлось прервать трансляцию дебатов, когда он вызвал своего соперника из «Единой России» на разговор «по-пацански».
А саратовский коммунист Николай Бондаренко достаточно жестко высказывался о нищете и закредитованности населения, разрухе в здравоохранении и образовании; его соперник-единоросс Пётр Толстой парировал тем, что в России «со времен Сергия Радонежского» другие приоритеты и у людей нет «меркантильного индивидуализма». Вскоре после этих дебатов Бондаренко и сняли с выборов.
Вадим Терновой отмечает, что игнорирование дебатов — на самом деле давняя проблема российских выборов.
— Значительная часть «участников» выборов действительно просто отбывают номер или выступают спойлерами и не заинтересованы в том, чтобы получить слишком много [внимания]. Тут работает данная администрацией президента установка на «сушку» явки, — отмечает Терновой.
Как партии осваивают нейросети и мемы
В соцсетях и в уличной агитации картина другая, отмечает Вадим Терновой. Здесь партии почти не говорят о войне даже в положительном ключе, но активно рассуждают об образовании, молодежной политике, региональных проблемах, экономике и промышленности, ЖКХ, здравоохранении и социальной поддержке.
КПРФ тут в своей агитации выглядит весьма воинственно, говорит эксперт. ЛДПР тоже сосредоточилась на социалке, а свои традиционные националистические мотивы партия задвинула на второй план. «Новые люди» активно говорят про дерегуляцию экономики и поддержку малого бизнеса, потребительские права и вообще защиту прав граждан, особенно по теме домашнего насилия. «Справедливая Россия» же, как отмечает эксперт, в последние недели громче других партий продвигает антимигрантскую риторику, надеясь так обеспечить себе проходные 5% голосов.
Пространство для политического ИИ-творчества заметно сузили в мае, когда Владимир Путин подписал закон № 130-ФЗ: он запрещает использовать в агитматериалах созданные с помощью ИИ-технологий образы и голоса людей, в том числе вымышленных и умерших (что обрезало крылья ЛДПР и КПРФ, часто использующих образы Жириновского и Ленина соответственно). Поэтому партийные креативщики обратились к животным.
В бесспорных лидерах — нейрослоповый зверек Черемша, помесь зайца и льва, герой мемов 2026 года с ностальгической мифологией, впоследствии апроприированный КПРФ. Например, депутат Госдумы Сергей Обухов на пресс-подходе пожаловался, что инициативы КПРФ другие партии блокируют «тихо, не спеша, без суеты», практически дословно цитируя тиктоки с Черемшой. Разошелся также мем с цитатой «Ставь галочку тихо, не спеша, за КПРФ голосует даже Черемша».
КПРФ создали и мультяшного нейро-инфлюенсера Аришу, которую продвигал в том числе и лидер партии Геннадий Зюганов. Ее вотчина — общение с молодежью не на ностальгические, а на самые актуальные темы типа блокировок интернета или шринкфляции. Но большого отклика Ариша не получила, на момент написания статьи у нее всего 85 подписчиков.
«Единая Россия» ответила слоп-медведем ЕРмолаем. В одном из самых выдающихся видео он спасает из канализационного люка Черемшу, куда его явно выкинули хозяева-коммунисты, отмывает и отогревает хилого зверя, прямо как сильный старший брат. К слову, на агитационные материалы партия потратила 128,8 млн рублей.
«Новые люди» в этом плане гораздо более умеренны, и только прибегали к созданию ИИ-котят. Но при этом также приняли решение апроприировать популярный интернет-мем. «Вы часто пишете в комментариях “Наш слон”. Теперь слон — наш официальный маскот на выборах», — заявили в партии.
К слову, особая роль в популяризации этого мема принадлежит Владиславу Позднякову — одному из самых активных сторонников войны и русскоязычных ультраправых инфлюенсеров, организатору травли и массовых доносов на остающихся в России противников войны. «Нашими слонами» он называл особо ярых сторонников войны или тех, кто озвучивает такую поддержку в ущерб себе (например, одобряющих войну европейцев). Он «Новых людей» тоже весьма жалует и не раз активно поддерживал их инициативы.
Из той же области — ставший вирусным видеоролик Юрия Куликова, кандидата «Новых людей» на выборы в Законодательное собрание Санкт-Петербурга по одномандатному округу, в котором он разбивает символизирующий блокировки и цензуру лед вполне себе «вагнеровской» кувалдой.
Неожиданно активной в создании слопа оказалась Партия пенсионеров — они показали нам робота Ивана Ивановича и объявили его «первым в истории российских политических партий роботом-сотрудником». По их словам, он помогает готовить документы кандидатов в Госдуму. А еще в партии появилась «Внучка Варя» — цифровая вязаная девочка снималась в роликах про дорогую рыбу, лекарства, ПМЭФ и другие темы.
Вадим Терновой из «Атласа выборов» отмечает, что разгул нейротворчества партиям пришлось сильно ограничить из-за возможных рисков, возникших после снятия «Яблока».
— Теперь все боятся обвинений в нарушении авторских прав, после суда над «Яблоком» стало вообще непонятно, куда это дышло может повернуться. А это не очень способствует инновациям. Скорее, все просто пытаются продемонстрировать, что они не отстают от времени и тоже могут такое сделать, — говорит эксперт. — Содержательно, мне кажется, это вообще не повлияло на кампанию.
Но так или иначе нейросетевые маскоты, странные дебаты и попытки апроприировать интернет-мемы особо живого интереса к выборам не вызвали, констатирует эксперт. Впрочем, как уже писала «Новая газета Европа», это укладывается в общий замысел архитекторов выборов из администрации президента: на них должно прийти как можно меньше «случайных» избирателей и как можно больше зависимых, чтобы «Единая Россия» получила свои прогнозируемые 55–60%.
