О закрытии факультета политических наук (ФПН) стало известно через пять дней после проверки прокуратуры — об этом решении объявил в своем Фейсбуке теперь уже бывший декан Григорий Голосов. Студентов переводят на факультет истории, а сам Голосов теперь числится на экономическом факультете. После начала полномасштабного вторжение ФПН пережил чистку: самых видных преподавателей отправили в отставку или в отпуск.
До войны
С самого открытия университет стабильно фигурирует в числе лучших международных вузов: в 2018 году в рейтинге QS он занял 151–200 место в мире по качеству социологического образования, обогнав МГУ и СПбГУ. ЕУСПб был основан не просто как учебное заведение, но своего рода исследовательский центр, где студенты занимаются наукой наравне со своими преподавателями. Недавно закрывшийся факультет политических наук появился с самого основания университета — сначала он был объединен с факультетом социологии, а потом выделился в отдельное направление.
Кроме того в Европейском университете была выстроена система так называемого смешанного правления. Делами вуза занимались три группы: управляющий внешний совет (фонд попечителей), администрация университета и сами студенты, образующие студсовет. Председатель Правления Фонда ЕУСПб и бывший ректор вуза Олег Хархордин так описывал эту систему:
«Человек выкладывается в полную силу только когда чувствует, что организация ему принадлежит, пусть и не до конца, но его голос значим в управлении школой, где он работает. Shared governance — это не введение демократии. Смешанное правление — модель, известная со времен Цицерона и Аристотеля, сформулированная известным историком Полибием. В классической политической теории говорится: ни один чистый строй не работает, монархия вырождается в тиранию, аристократия вырождается в олигархию, демократия вырождается во власть толпы. Поэтому нужно смешанное правление: элементы всех трех систем управления — когда правит один, когда правят лучшие и когда правят все, — смешиваются, и только такая система является устойчивой. Каковы особенности этой модели в университетах? Прежде всего, избирать ректора — это абсурд. Он назначается попечителями или регентами по представлению комитета, который его долго ищет. … Люди, которые обладают возможностью одним росчерком пера решить вопросы зарплаты или бюджетов десятков тысяч человек, должны, во-первых, каким-то образом ограничиваться, во-вторых, они должны разгружаться в своем процессе принятия решений. … Также нужны элементы демократии — участие студентов в системе или академический сенат, когда все профессора имеют право голоса при формировании представительных органов».
В 2007 году ЕУСПб получил грант Еврокомиссии на 673 тысячи евро для проведения проекта «Межрегиональная электоральная сеть поддержки». Цель инициативы заключалась в том, чтобы улучшить мониторинг выборов в России. Грантом сразу же заинтересовались в «Единой России», а депутат Гаджимет Сафаралиев поручил Генпрокуратуре проверить университет на соответствие собственному уставу.
«Это следует рассматривать как попытку прямого вмешательства иностранного квазигосударства, каковым является Европейский союз, в российские избирательные кампании 2007–2008 годов», — заявил законодатель.
В феврале 2008 года ЕУСПб закрыли якобы из-за нарушений правил пожарной безопасности.
«ЕУСПб в свое время пережил несколько атак, — вспоминает Маргарита Завадская, бывший научный сотрудник факультета политических наук Европейского университета. — В первую очередь, так называемый “пожарный кризис” в 2008 году. Формально было зафиксировано нарушение пожарной безопасности. Любая проверка в Российской Федерации чревата тем, что что-то всегда можно найти, и если у кого-то есть намерение устроить вам неприятности, нарушение всегда будет найдено. Так и случилось. В 2008 году речь шла о Малом Мраморном дворце в Петербурге (здание которого арендовал ЕУСПб — прим. ред.) — это старый фонд, да еще и историческое наследие. Власти нашли какие-то маленькие нарушения вроде крутой лестницы. Внутри сообщества было общее понимание, что дело не в нарушении пожарной безопасности: скорее всего, подлинной причиной проверки стало получение исследовательского гранта Еврокомиссии.
От реализации проекта университет отказался, хотя в далеком 2007 году еще можно было получать такое финансирование, это не было запрещено российским законодательством».
В 2016 году лицензию на проведение образовательной деятельности вуза приостановили: в тот момент в Европейском обучалось около 200 студентов. Только 11 августа 2018 года ЕУСПб смог вновь получить лицензию, но к тому времени пришлось съехать из Малого Мраморного дворца.
«Увы, в 2017 году университет все-таки был вынужден покинуть дворец по итогам очередной атаки и огромного количества проверок, которые проходили в 2016–17-х годах, — рассказывает Маргарита Завадская. — С тех пор вуз находится в другом здании через дорогу. Дворец был витриной университета, его лицом, которого он лишился».
![Маргарита Завадская. Фото: eusp.org](https://novayagazeta.eu/static/records/8c871a3eed7c4a2da3dc41269172ecd6.jpeg)
Маргарита Завадская. Фото: eusp.org
Война
Совсем темные времена для Европейского университета начались в 2022 году, после начала полномасштабного вторжения России в Украину. В марте 2023-го была уволена Маргарита Завадская — как она сама отмечает, «по соглашению» сторон.
«В конце октября у меня подходил к завершению контракт, я прошла конкурс, однако новый договор университет подписать отказался, — рассказала она ”Новой газете Европа”. — Затем мне настоятельно стали предлагать уволиться по собственному желанию и переоформиться на почасовой контракт (ГПХ). ГПХ со мной не подписали по решению проректора. Я отказалась уходить. В итоге я получила невыплаченную по факту зарплату как выплату по соглашению сторон. Были угрозы уволить за неприсутствие на рабочем месте, высказанные через третьих лиц».
В марте 2024-го был уволен историк-американист Иван Курилла: как рассказал он сам — за то, что не посещал работу с 12-го января 2024 года, поскольку уехал из России. При этом его творческий отпуск был согласован с администрацией за год до отъезда и, более того, был оплачиваемым. Пресс-служба университета утверждает, что Курилла во время отпуска планировал работать на профессорской позиции в США, и ему предложили отказаться либо от отпуска, либо от работы в Штатах.
«Я не знаю, является ли решение о моем увольнении перестраховкой со стороны ректора или требованием к нему со стороны, — писал сам Иван Курилла на своей странице в Facebook. — В любом случае, удивляет разве что форма увольнения (я был согласен уйти по соглашению сторон, но соглашения мы не достигли). Надеюсь, что мое увольнение поможет Европейскому университету выжить».
Незадолго до увольнения Курилла подписал открытое письмо российских ученых и научных журналистов против войны в Украине.
«Наибольшим ударом для меня была серия увольнений коллег, а именно — то, как это сделали, — вспоминает Маргарита Завадская.
— Это совершалось классическим, в чем-то даже советским способом. За неявку на рабочее место, за то, что не оформил командировку».
По словам Завадской, курс на деполитизацию начался еще до начала боевых действий, а начало полномасштабного вторжения лишь окончательно укрепило намерения руководства вуза.
![Здание университета до сентября 2017 года. Фото: eusp.org](https://novayagazeta.eu/static/records/be2471ea75ba48f28db215b402900bbb.jpeg)
Здание университета до сентября 2017 года. Фото: eusp.org
«Атмосфера в стране уже не располагала к исследованиям по ряду тем, равно как и наличие возможных источников финансирования диктовало свои исследовательские приоритеты, — говорит Завадская. — Напомню, ЕУ — это частный университет. Большинство факультетов и исследовательских центров занимаются максимально удаленными от злободневного политического контекста вопросами: историей искусства, антропологией, последствиями пандемии, проблемами Крайнего Севера или средними веками. Эти направления могут совершенно спокойно существовать и дальше без потери в качестве.
Но коллеги вынуждены выживать, и, естественно, в университете очень тяжелая атмосфера. Кому-то кажется, что нужно отрезать руку, чтобы спасти весь организм. Лично мне казалось, что если мы все-таки придерживаемся представлений о коллективном достоинстве и справедливости, то некоторые вещи не должны были совершаться. Увы, для меня эти красные линии были пересечены. У меня, наверное, было не такое представление о политически необходимой гибкости».
Конец политических наук
29 июня декан факультета политических наук Григорий Голосов в своем Фейсбуке сообщил о закрытии факультета. Всего за 5 дней до этого решения прокуратура Санкт-Петербурга закончила годичную проверку Европейского — неясно, повлияли ли ее итоги на решение администрации.
«Насколько я знаю, аргументов для закрытия было несколько — в том числе нехватка кадров на факультете, — рассказывает сотрудник университета Александр (имя собеседника изменено). — В итоге все свелось к аргументу про “сохранение университета”, что и повлияло на окончательное решение. Могу предположить, что опасения за будущее возникли по итогам проверки — возможно, были поставлены четкие условия или были предупреждения. А может, это самостоятельное решение администрации на опережение. Но это догадки. Сейчас, скорее всего, будут цензурироваться различные темы, которые могут восприниматься как острые: изучение авторитаризма, изучение выборов в России и всё, что может подозрительно выглядеть в глазах потенциально проверяющих».
![Григорий Голосов вручает дипломы выпускникам Европейского университета, 2022 год. Фото: Фото: ЕУСПб / VK](https://novayagazeta.eu/static/records/8715696a65b34548ae31040bc7af9b8a.jpeg)
Григорий Голосов вручает дипломы выпускникам Европейского университета, 2022 год. Фото: Фото: ЕУСПб / VK
Студенты бывшего ФПН теперь продолжат обучение на факультете истории.
«Когда началась война, мне было очень грустно и больно от этого, — рассказывает студент магистратуры Федор (имя изменено по просьбе собеседника). — Для меня поступление на факультет политических наук было как терапия, мне хотелось разобраться в политических процессах, которые происходят, как-то рационализировать происходящее, понять. Я поступил в Европейский университет, потому что понимал, что адекватное политологическое образование я могу получить только в этом университете, носящем славу автономного частного университета, в котором можно изучать науку. В моих глазах ЕУ был профессиональным местом, где учат предмету, а не программе».
«Я поступил в ЕУ, потому что фактически в Петербурге не было достойной альтернативы: с большинства крупнейших факультетов в городе ушла большая часть преподавательского состава, а тут были и Курилла, и Голосов, — дополняет однокурсник Федора Рустам (имя изменено по просьбе собеседника). — Я пришел ради них. Мне не хотелось ехать за рубеж, но при этом хотелось продолжить политологическое образование там, где мне не было бы стыдно учиться. Мне здесь нравилось, и, в общем-то, так было до конца последнего семестра. В ЕУ ходили слухи о договоре между силовиками и администрацией вуза о сохранении университета в обмен на увольнение отдельных преподавателей. Там фигурировали люди с нашего факультета. Совсем очевидным это стало, когда нам в начале календарного года закрыли набор в магистратуру и аспирантуру по политическим наукам. Впрочем, была надежда, что нам дадут доучиться в рамках факультета, поэтому в сам момент закрытия это было удивительно».
По словам Рустама и Федора, половине студентов сказали переделывать темы диссертаций — так, чтобы в них не было упоминания современных РФ и СНГ.
Пока что учебный план не готов, поэтому студенты не знают, кто из преподавателей будет их учить и какие будут предметы.
«Думаю, что университет выживет, но в формате “школы искусств мирового уровня”, — говорит Рустам. — Убрав все социальные науки, ЕУ, скорее всего, сможет снова стать удобным для властей, хотя и потеряет то, ради чего он создавался».
![Ректор Европейского университета в Санкт-Петербурге с 2009 по 2017 год Олег Хархордин. Фото: Иван Абатуров / Wikimedia (CC BY-SA 4.0)](https://novayagazeta.eu/static/records/6037b1c2b0464b918b2842fc8fdb137b.jpeg)
Ректор Европейского университета в Санкт-Петербурге с 2009 по 2017 год Олег Хархордин. Фото: Иван Абатуров / Wikimedia (CC BY-SA 4.0)
Делайте «Новую» вместе с нами!
В России введена военная цензура. Независимая журналистика под запретом. В этих условиях делать расследования из России и о России становится не просто сложнее, но и опаснее. Но мы продолжаем работу, потому что знаем, что наши читатели остаются свободными людьми. «Новая газета Европа» отчитывается только перед вами и зависит только от вас. Помогите нам оставаться антидотом от диктатуры — поддержите нас деньгами.
Нажимая кнопку «Поддержать», вы соглашаетесь с правилами обработки персональных данных.
Если вы захотите отписаться от регулярного пожертвования, напишите нам на почту: [email protected]
Если вы находитесь в России или имеете российское гражданство и собираетесь посещать страну, законы запрещают вам делать пожертвования «Новой-Европа».