«Он был авторитетом, надеждой, другом»

О чем россияне говорили в очередях к могиле Алексея Навального

1 марта в Москве похоронили Алексея Навального. Десятки тысяч людей в столице пришли к церкви иконы Божией Матери «Утоли моя печали», а затем на Борисовское кладбище, чтобы проститься с политиком.

«Новая газета Европа» поговорила с участниками церемонии о том, кем был для них Навальный.

Поделиться
Больше сюжетов
«На улицах нет митингов, всё как подо льдом»

«На улицах нет митингов, всё как подо льдом»

Разговор с документалистом Андреем Кутило, снявшим фильм о продолжающихся тихих репрессиях в Беларуси «Письма из молчащей страны»

Выборы уже начались

Выборы уже начались

В прифронтовых регионах вовсю идет досрочное голосование — и за ним почти никто не следит. Это открывает возможность манипулировать голосами по меньшей мере 11% избирателей

В России фашизм?

В России фашизм?

«Новая-Европа» поговорила об этом с самым влиятельным исследователем фашизма в мире

Медведь ЕРмолай, Черемша и «кандидат-гопник»

Медведь ЕРмолай, Черемша и «кандидат-гопник»

Как предвыборная кампания, в которой нельзя обсуждать главный в стране вопрос, расцвела нейрослопом и симулякрами

Хуситы против всех (кроме Ирана)

Хуситы против всех (кроме Ирана)

Очередной кризис на Ближнем Востоке: йеменские радикалы захватили порт Мокку, Иран торжествует, цены на нефть взлетели

«Я готов хоть на десять лет сесть, чтобы сохранить свою жизнь»

«Я готов хоть на десять лет сесть, чтобы сохранить свою жизнь»

Чеченец Мансур Мовлаев сбежал от пыток кадыровцев. Уже 16 месяцев он находится под арестом в Казахстане. Россия требует его выдать

Молчащие сирены

Молчащие сирены

Не менее 36 человек погибли от ударов по регионам этим летом, когда сигналы воздушной тревоги не работали. Больше всего — в Подмосковье

«Я не хочу терпеть. Я ненавижу несправедливость»

«Я не хочу терпеть. Я ненавижу несправедливость»

Портреты молодых россиян, пошедших вступать в «Яблоко» уже после того, как партию сняли с выборов

Za

Za

Перед выборами в Госдуму партии могут спорить о чем угодно, но в парламенте они почти всегда единодушны. Как депутаты голосовали за 30 самых спорных законов военного времени