«К палке доска прибита, на ней черной краской написано № 312»

ФСИН угрожает похоронить Навального на кладбище Харпа. Как проходят такие похороны, рассказывает геолог, видевший их в поселке своими глазами

Мама Алексея Навального Людмила Навальная в пятницу, 23 февраля, сообщила, что Следственный комитет выдвинул ей ультиматум: или она в течение трех часов соглашается на тайные похороны без публичного прощания, или Алексея захоронят на кладбище поселка Харп рядом с ИК-3, где политик был убит.

Накануне Людмила Навальная рассказала, что ей показали тело сына и дали подписать документы, в которых указано, что причины смерти якобы «естественные». Это означает, что вскрытие уже проведено. Однако тело политика так и не отдали родственникам, несмотря на требования закона. Как сообщила Людмила Навальная в обращении, следователь СК по фамилии Варапаев угрожал ей. «Время играет против вас, — цитирует слова Варапаева Людмила Ивановна, — и труп начинает разлагаться».

Практика захоронения умерших в колонии на соседнем кладбище в Харпе существует много лет. Как это устроено и как проходят похороны в условиях вечной мерзлоты рассказал геолог, работавший на станции в этом поселке.

— «Вечная мерзлота» не означает, что там кругом лед и все, — рассказал «Новой газете Европа» геолог Сергей К. (фамилия имеется в редакции). — В летние месяцы земля в тундре прогревается. Существенная разница в том, на какую глубину: где-то она оттаивает на 50 см вглубь, а где-то и на два метра. У нашей геологоразведочной партии в поселке Харп была оборудована база, с которой мы отправлялись в разведку. Так вот в районе Харпа встречались места, где земля летом прогревалась на метр и больше. Их легко обнаружить, там наиболее густая растительность. В одном из таких мест и устроено местное кладбище.

В Харпе не было разделения на «зоновское» и обычное кладбище, — говорит Сергей. — Хоронили не вперемешку, но и не разводили в стороны. Сколько там на кладбище захоронений, сказать трудно, часть территории покрыта густым кустарником, деревянные кресты и таблички со временем рассыпаются, и определить, это могила или просто сухостой сложно. Мне за время работы пришлось шесть раз хоронить коллег в Харпе.

Вырыть обычную могилу в тех местах очень трудно. Глубина в 1,3-1,4 метра считалась вполне достаточной для могилы. Летом рытье могилы может занять день, а зимой — полтора-двое суток непрерывной работы.

— У нас имелось компактное бурильное оборудование, — говорит Сергей. — Оно не предназначено для рытья больших ям, но с помощью него можно раздробить-разрыхлить заледенелую землю. А вот обычным жителям приходится обходиться подручными средствами. Летом еще можно уговорить местных работников ЖКХ подогнать экскаватор. Тот делал яму, ну а потом лопатами и ломами ее приводили в какой-то приемлемый для захоронения вид. Зимой такой метод не пройдет: засыпать могилу будет нечем.

Как рассказал геолог, для рытья могилы зимой к месту захоронения доставлялось несколько покрышек от грузовика. Их укладывали на месте будущей ямы, поливали соляркой (именно соляркой, потому что бензин выгорает в считанные секунды, не успевая поджечь резину) и поджигали. Когда огонь разгорался, покрышки накрывали металлическими листами, чтобы жар от огня шел вниз.

— Час или полтора костру погаснуть не дают, — продолжает Сергей, — Потом коптящие покрышки оттаскивают в стороны и отбойным молотком, при помощи ломов и лопат, копают оттаявшую под костром землю. Продолбив 30-40 см вглубь, снова притаскивают покрышки, и цикл повторяется. Чем глубже становится яма, тем чаще надо растаскивать покрышки.

По словам геолога, он дважды был свидетелем того, как хоронили умерших заключенных.

— Первый раз это было летом, а потому тогда подогнали экскаватор, который и вырыл сразу штук десять ям, — рассказывает геолог. — Мы тогда своего рабочего хоронили. Уже могилу закопали, холмик песком оформили, разлили водку, чтобы помянуть и тут к крайней из вырытых яме подъезжает «буханка» (микроавтобус УАЗ). Оттуда выскакивают два солдатика в форме и с автоматами. Затем выходит офицер. Потом вылезают четыре «зэка» в робах, достают из машины даже не гроб, а грубо сколоченный ящик. Без всяких церемоний опускают в яму, которую даже поправить лопатами не удосужились. Ящик не лег на дно, а как бы встал под уклоном градусов в 30, но верхний край все-таки находился под землей. И прямо так стали закапывать. Тут наши не выдержали, возмутились, мол человека все-таки хороните! Офицер сперва пытался огрызаться, но потом все-таки приказал зэкам подровнять могилу, чтобы ящик мог именно лечь, а не стоять. После чего быстро закидали землей, холмика никакого не делали. С силой воткнули обычный дрын, заостренный внизу, постучали по нему лопатами и уехали. К палке доска прибита, 20 на 10. На ней черной краской написано «№ 312».

Второй раз я видел, как заключенного хоронили зимой. Подогнали компрессор, но все равно сперва вынуждены были жечь покрышки. Выдолбив яму примерно в полметра глубиной и столько же в ширину и длину, поместили в нее жестяной ящик с пеплом, засыпали, вставили дрын с табличкой и уехали.

Накануне источник в УФСИН ЯНАО рассказал «Новой-Европа» о том, почему власти могут быть заинтересованы похоронить Алексея Навального в Харпе. Как сообщает источник, в СК не сомневаются, что будут предприняты попытки эксгумировать останки Навального и вывезти их из страны для детального изучения. Чего, как считают силовики, допустить никак нельзя.

— Они там [в Кремле] очень боятся, что могила Навального может превратиться в место массового поклонения, — говорит источник. — В Лабытнанги — железнодорожная станция, в Салехарде — аэропорт. То есть теоретически имеется возможность приезда большого количества людей. А вот до Харпа вроде как рукой подать, но добраться сложно. Таксистам могут запретить туда неместных возить, а автобусов зимой мало.

Сотрудник ФСИН считает, что власти могут пойти на кремацию тела политика перед захоронением.

Поделиться
Больше сюжетов
Зеленский призвал остановить Путина, Трамп пригрозил Москве «законом Грэма», Лавров исключил паузу в боях

Зеленский призвал остановить Путина, Трамп пригрозил Москве «законом Грэма», Лавров исключил паузу в боях

Как проходит Генассамблея ООН

«Нужно лечить наших политических блогеров»

«Нужно лечить наших политических блогеров»

Социалист Михаил Лобанов вернулся к активной публичной деятельности. Поговорили с ним о том, почему он настаивает на порче бюллетеней и каким видит для себя будущее в России

В России продолжаются выборы — онлайн-трансляция «Новой-Европа»

В России продолжаются выборы — онлайн-трансляция «Новой-Европа»

Второй день голосования

Школа демократии

Школа демократии

Движение независимых наблюдателей к выборам-2026 подошло поредевшим и подавленным. Но оно живо — и туда вступают настоящие новые люди

Святой Гавриил на службе у Путина

Святой Гавриил на службе у Путина

Грузинские батальоны в составе армии РФ могут стать новой темой российской пропаганды для популяризации войны

Странствующий прокурор и его заказные письма

Странствующий прокурор и его заказные письма

«Янус» против «Карфагена»: органы уголовной юстиции Украины объявили войну… друг другу

«На улицах нет митингов, всё как подо льдом»

«На улицах нет митингов, всё как подо льдом»

Разговор с документалистом Андреем Кутило, снявшим фильм о продолжающихся тихих репрессиях в Беларуси «Письма из молчащей страны»

Выборы уже начались

Выборы уже начались

В прифронтовых регионах вовсю идет досрочное голосование — и за ним почти никто не следит. Это открывает возможность манипулировать голосами по меньшей мере 11% избирателей

В России фашизм?

В России фашизм?

«Новая-Европа» поговорила об этом с самым влиятельным исследователем фашизма в мире