Полтаблетки

На чем сэкономить?

Алексею Викторовичу — 79 лет, у него сахарный диабет и гипертония, каждый месяц он приобретает десяток лекарственных препаратов: одни по льготному рецепту, бесплатно, другие — на свою пенсию, которая составляет около 40 тысяч рублей в месяц.

Мы беседуем на его дачной кухне, мужчина обводит рукой разнокалиберные лекарственные упаковки, которые занимают немалую часть обеденного стола:

— От диабета мне всё выдают в аптеке: и метформин, и еще один препарат для снижения сахара, и тест-полоски. А вот от давления приходится покупать самому.

Мы считаем с ним вместе: два препарата от давления, один — от отеков, еще один — для желудка, защищающий его от воздействия кучи других препаратов. Всё вместе выходит в районе трех-четырех тысяч рублей каждый месяц.

Каждый год в конце весны Алексей Викторович уезжает на дачу, поэтому старается заранее получить льготный рецепт и запастись препаратами для диабета на весь дачный сезон. Бесплатные лекарства доступны для пациентов с определенными заболеваниями, и диабет входит в их число. Рецепт выписывает участковый терапевт или врач профильной по заболеванию специальности. Периодически пациент должен проходить своего специалиста и делать обследования в соответствии с протоколами, таким образом подтверждая правильность назначений.

Одно время прийти за новым рецептом мог только сам пациент. Для льготников, массово уезжающих на всё лето на дачу, это создавало определенные трудности, поэтому в какой-то момент сделали послабление: пациент мог предупредить врача, что за его лекарствами придет кто-то из родных. Лекарства могли выписать на полгода, а аптека выдавала сразу запас на два-три месяца. Конечно, многое зависело от поликлиники и самого врача, а также от того, какие лекарства получает человек, но в целом система была налажена.

Как пояснила мне фельдшер в поликлинике, в последние пару лет контроль за выпиской рецептов ужесточился. Медучреждения боятся, вдруг препарат уйдет не по назначению, поэтому почти не соглашаются выдать рецепт родственникам пациента. К тому же теперь всё цифровизировано, и система просто не дает выписать рецепт, если не хватает каких-то обследований.

— Дочка пришла за рецептом, а врач говорит, я должен сделать ЭКГ и сходить на прием к эндокринологу. Только после этого мне выпишут и метформин, и препарат для разжижения крови. А мне от дачи до дома 200 километров, — вздыхает пенсионер.

Съездить неурочно в Москву, по его словам, дорого, а если самому покупать на лето все выписанные препараты, включая бесплатные от диабета, выходит больше 30 тысяч рублей. Обременять детей своими проблемами Алексей Викторович не хочет, а потому, признается он, смущенно посмеиваясь, прием препаратов от давления он иногда пропускает, если хорошо себя чувствует, таким образом он растягивает пачку на более долгий срок. Так же он поступает с таблетками для разжижения крови, которые домашние не смогли для него получить: покупать не планирует, просто будет принимать их через раз — и так дотянет до приезда домой.

— Препараты от давления помогают поддерживать его в норме и защищают от резких скачков. Кроверазжижающие направлены на предотвращение образования тромбов в сосудах и венах, — объясняет терапевт Елена.

Нарушения приема — это повышенный риск развития инсульта или инфаркта.

Побочный эффект

— Дорого, да еще и вредно — один из основных аргументов против покупки лекарств, — продолжает Елена. По ее наблюдениям, сильнее всего страдают назначения при сердечно-сосудистых заболеваниях: — Очень часто это статины — их назначают для снижения уровня «плохого» холестерина в крови. Эти препараты, конечно, не самые дорогие, но когда пациент получает огромный список, за который нужно выложить ползарплаты, многие ищут, на чем сэкономить. А статины традиционно считают препаратом, вредным для желудка и печени, так что они становятся первым кандидатом на вылет.

Часто пациенты пренебрегают врачебными рекомендациями при респираторных инфекциях. По мнению Елены, врачи нередко злоупотребляют полипрагмазией — назначением чрезмерно большого количества лекарств, например, двух симптоматических средств для лечения кашля, хотя достаточно было бы одного. И тогда пациент начинает думать, что ему купить, а от чего отказаться, но не всегда делает правильный выбор с точки зрения эффективности лечения.

Светлана вспоминает, как весной простудилась: у нее долго держалась высокая температура, кашель не проходил, ей выписали антибиотик, а к нему еще кучу лекарств, но купила она не все.

— Там были спреи в нос и в горло и что-то от кашля, потом еще для поднятия иммунитета, — рассказывает женщина. — Антибиотики вообще очень хитро продаются: одной пачки для лечения недостаточно, нужно еще полпачки. Так что приходится переплачивать и брать две упаковки. Плюс к ним врач прописал антигистаминные и пробиотики. Я, перед тем как пойти в аптеку, изучила всё в интернете и проредила список — иначе пришлось бы потратить тысяч двадцать рублей. И вторую пачку антибиотика не стала брать, он дорогущий, решила докупить, если после первой упаковки еще буду болеть. Но выздоровела…

По словам терапевта Елены, это очень типичная ситуация. С одной стороны, многие антибиотики по-прежнему доступны без рецепта, с другой — ценовой диапазон у них довольно широкий. Так что пациент прямо в аптеке может скорректировать курс лечения, назначенный врачом, с учетом возможностей своего кошелька. Правда, без учета возможных последствий для здоровья. В случае с некорректным приемом антибиотика это резистентность («привыкание») бактерий к этому препарату и риск, что в следующий раз он не поможет.

Не жалею, что сэкономила

С дорогостоящими препаратами ситуация еще хуже: по данным того же опроса, их покупает лишь каждый пятый пациент, 16% готовы купить их только при ухудшении состояния, а 18% полностью отказываются от покупки. Моя собеседница Юлия как раз из числа тех, кто решил сэкономить.

У нее третья стадия рака молочной железы, основное лечение она получает по ОМС, но противорвотные препараты, которые назначают перед химиотерапией, должна купить сама.

— Я посмотрела в аптеке, нужное лекарство стоит больше 5000 рублей, — рассказывает она. — А я сейчас не работаю, трое детей, муж на СВО. Прикинула и решила взять другой препарат, который в разы дешевле. Но он мне не помог, и четвертую химиотерапию я очень плохо перенесла.

Но категориями «жалею, что сэкономила» она всё равно не оперирует: денег не хватает, по ее словам, на более необходимые вещи, так что можно немного потерпеть.

— К сожалению, это частая история, — говорит онколог Дмитрий. — Например, сейчас цена на простые противорвотные препараты — сотни рублей. А на современные, длительного действия, которые прикрывают отсроченную тошноту, в среднем около пяти-семи тысяч. Именно на этой разнице люди и экономят.

Базовая химиотерапия, таргетные и иммунопрепараты по показаниям в основном покрываются системой ОМС. Но противорвотные, стимуляторы кроветворения, препараты для защиты костной ткани — это сопроводительная терапия, и здесь всё сложнее. Что-то вводится в дневном стационаре в рамках тарифа ОМС, что-то доступно по льготному обеспечению, а что-то приходится покупать самому. В силу самых разных причин, например, бесплатного лекарства в больнице нет или именно оно не подходит пациенту. Дополнительные расходы на сопровождение одного цикла могут составлять от нескольких тысяч рублей до нескольких десятков тысяч, в зависимости от схемы.

— И на этих препаратах экономят массово, — говорит Дмитрий. — А дальше человек остается без защиты там, где она была нужна. Осложнение самой химиотерапии — нейтропения (снижение уровня нейтрофилов, разновидности лейкоцитов, отвечающих за защиту от инфекций), без профилактики она развивается чаще и протекает тяжелее. То же с рвотой: без нормального противорвотного человек не может пить, приходит обезвоживание. И в том и в другом случае курс химиотерапии приходится переносить или снижать дозу, а это уже влияет на результат лечения.

Нередко экономят и на диагностическом исследовании. Например, то, которое входит в программу ОМС, можно сделать бесплатно, но часто на него очередь в несколько недель. Платно его можно хоть завтра, но это дорого. И пациент терпеливо ждет своей очереди, потому что денег нет.

Ситуация, которая была операбельной, через несколько месяцев перестает быть операбельной, локальный процесс становится распространенным.

Обходные пути

Врачи уверены: экономия почти всегда возвращается большей суммой. Скрытые пропуски приема лекарств и самостоятельное изменение дозы снижают эффективность схемы, отказ от диагностических исследований вынуждает врача назначать лечение вслепую. В лучшем случае человек будет дольше страдать от симптомов заболевания. А может дождаться ухудшения состояния и развития осложнений.

— Врачу надо потратить очень много времени, чтобы сделать пациента своим союзником, — говорит терапевт Елена. — Подробно расспросить о состоянии, объяснить, зачем нужна каждая таблетка и каждое исследование. Но времени на приеме очень мало, как и врачей, которые готовы такие беседы вести. Поэтому чаще получается, что врач написал огромный список, в лучшем случае быстро рассказал, какую дозу принимать, — и всё. А может, для человека этот препарат слишком дорогой. Бывает и наоборот: врач позаботился о бюджете пациента, а тот автоматически считает, что это ерунда, которую необязательно принимать, потому что хорошее лекарство дешевым не бывает.

— Почти никто из таких пациентов не ведет себя глупо, — поддерживает коллегу Дмитрий. — Каждый принимает решение, которое изнутри его ситуации выглядит разумным, — с учетом страха, денег, усталости и того, что рассказали знакомые. Задача врача — не отчитывать, а выяснить настоящую причину. Если человек не может позволить себе какое-то лекарство или исследование, об этом нужно говорить прямо: тогда почти всегда находится обходной путь.