Пиратское просвещение

Как и когда появилась идея проекта и в чем состоит главная мотивация его делать сейчас?

Идея появилась после того, как один из каналов ИИ-переводов нонфикшн почти прекратил работу. А книги там были, в общем, неплохие. Bookship ведь не первый и явно не последний проект такого рода. Те, кто его вел, стали делать практически альтрайтовское издательство в духе «какие классные Си и Палантир, а вот вам еще дневники русского летчика на СВО». В принципе, канал был неплохой, книги часто выбирали с толком. Но с сильным уклоном в какой-то бизнес, инвестиции, финансовые рынки, «сделай себя сам как вон тут крутой чувак-миллиардер». Но это был повод. А главных мотивов несколько.

Для русскоязычного читателя всегда были нужны и важны переводные книги по гуманитарным наукам. Из-за плохого знания иностранных языков и потому, что гуманитарная наука в России всегда была частью международной. Из-за войны многие западные издательства прекратили работу с российскими издателями. В частности — научные и университетские издательства. С другой стороны, российская власть признала немалое число научных институтов нежелательными организациями (Стэнфорд, Йель, Беркли, университет Джорджа Вашингтона, и другие. — Прим. ред.), с легко предсказуемыми последствиями для тех российских издателей, которые выпускали книги этих институтов.

Эмигрантские русскоязычные издательства с этим спросом справиться тоже не смогут. У них и тиражи с гулькин нос, потому что покупателей не в России сравнительно с самой Россией мало, и западные издательства не всегда готовы иметь дело даже с ними. Продажа тиражей этих издательств в Россию — дело не самое простое. И, кажется, временное. Рано или поздно этот канал будет перекрыт, скорее всего.

Но дело не только в этом. Выходит масса книг, нужных очень небольшому количеству людей. Например, специальные книги по истории фашизма и его идеологии. В России очень немного историков и политологов, специалистов по этой теме. Перевод и публикация книг на эту тему, которая и не пользовалась особой популярностью, не окупится примерно никогда, даже несмотря на то, что в том числе и российские издательства за годы войны постарались. Но они ведь это делают только сейчас, а не последние двадцать-тридцать лет. Может быть, поэтому тоже всё происходит так, как происходит? И это, в общем, касается громадного числа книг, которые принято считать «нишевой» литературой.

Формально ваш проект — пиратский: вы берете и переводите тексты без разрешения правообладателей. При этом понятно, что в текущей ситуации, особенно на российском рынке, старые определения «пиратства» теряют свое значение и требуют переопределения. Как бы вы сами себя охарактеризовали и определили?

Ну да, пиратский. Но авторское право не дано ни от Бога, ни не от природы, а в каждый момент истории — какой-то промежуточный результат человеческих установлений, коммерческих интересов и физических ограничений. До начала 20 века как такового авторского права на перевод вообще по преимуществу не было, потому что его автором считался сам переводчик. И логика была простая: в переводе же другие слова. А как определить… У Дэвида Гребера была книга с подходящим названием — «Пиратское просвещение». Наверное, так.

Можете ли в общих чертах описать процесс работы? Вы покупаете, добываете оригинальную книжку — и что происходит дальше?

Сначала каталоги издательств и книжные рецензии в самых разных медиа типа The Economist, The New York Times, в профессиональных книжных изданиях. Потом книга находится в «Архиве Анны» или в Libgen. Bookship — проект совсем некоммерческий, денег особых нет, разве что на оплату работы с LLM хватает.

Сейчас я вижу, что перевод выполняет DeepSeek, а редактуру вы поручаете Opus. Чем вызван выбор именно этих моделей?

Все просто — DeepSeek очень дешевый, но относительно качественный. Opus более качественный, но более дорогой. Перевод только в нем стоил бы сравнительно приличных денег, которых нет. Поэтому на нем — подготовка инструкции для перевода, составление списков для корректного перевода ключевых понятий, имен, реалий. С этой инструкцией уже работает DeepSeek. 

Как изменилось качество работы и взаимодействия моделей за время вашей работы? В чем их сильные черты на текущий момент и слабые?

Обложки первых книг приходилось переделывать вручную. А потом GPT с его способностью по рисованию стал довольно аккуратно перерисовывать обложки, вписывая перевод названия, автора, подзаголовка, блербов. Но главное — сейчас Opus проверяет перевод DeepSeek на соответствие своей инструкции, стилистически редактирует перевод, стараясь убрать кальки, буквализмы, канцелярит, тавтологии и так далее. В общем — получается лучше, чем было.

Но понятно, что, несмотря даже на очень быстрый прогресс языковых моделей, человеческий переводчик справился бы со всем этим, да еще вместе с научным редактором, редактором и корректором, — лучше. 

Как вы выбираете книги? По тематике, доступности?

По качеству. Оно часто определяется издательством. По тематике и актуальности. По критерию «пройдет — не пройдет цензуру», в том числе самоцензуру в России. Два раза были с этим ошибка — издатели оказались более смелыми, чем можно было предположить. Только был готов перевод «Тайного Левиафана» Харрисона, как книга вышла в НЛО. Примерно так же было с «Книжным клубом ЦРУ». Перевод был опубликован в канале, а через полгода вышел в «Питере». Правда, с чудовищными предисловиями о том, что «врага надо знать в лицо».

Хорошие рекомендации дает своим зрителям, слушателям и читателям Екатерина Михайловна Шульман. Книга Френкеля о двойном государстве переведена как раз по ее рекомендации.

А несколько книг были переведены по рекомендациям читателей канала. Привет читателям А., И. и Р.! Спасибо за ваши советы!

А в случае с академической литературой по фашизму хорошим подсказчиком оказался Opus, подобравший список книг, которые давным-давно стоило был перевести на русский.

Какие из «изданных» вами книг вы считаете самыми важными? 

Хочется думать, что настанет другое время и какие-то из примерно 60 выложенных в канале книг выйдут в человеческом переводе. Вряд ли имеет смысл называть какие-то конкретные книги, скорее — темы или полки.

Например, книги, которые вышли давно, но так и не попали в российские книжные магазины, потому что их или пропустили издатели, или решили, что продажи не покроют затраты. Например — отличная книга редактора The Economist Тома Стэндиджа «Надпиcь на стене» о том, что социальные сети появились не в 21 веке, а были с человечеством с тех пор, как появилась письменность. Или книга Кевина Келли «Что хотят технологии». В ней нет ни слова об LLM, потому что их не было, когда Келли писал ее, но книга в целом помогает понять, как работает техническая эволюция.

Другая полка — запрещенные темы. Во-первых, наркополитика и всё связанное с наркотиками. В канале есть исключительно полезная для всех подростков и их родителей книга «Под кайфом», которую написали три доктора наук из Университета Дьюка. Она о том, что нужно знать о наркотиках, как минимизировать риски, чего именно опасаться, как контролировать свою жизнь — рационально и без паники. Во-вторых — ЛГБТ-культура. В России на эту тему и до запрета выходило мало книг, а уж после… Культурно-географических путеводителей Питера Акройда выходило много, но его отличную книгу «Квир-сити» о вот такой истории Лондона никто не решился издать. Или не успел, но это уже экстремальный экстремизм. И биографию Магнуса Хиршфельд, одного из отцов современной сексологии, никто уже не издаст.

Еще одна полка — книги на сложную для нынешней России тему истории фашизма и, в частности, Великой Отечественной. Сложно представить, что сейчас в стране можно издать «Советские русские под нацистской оккупацией» Энстада и «Перебежчики Сталина» Эделе. Или фундаментальный гайд Кембриджского университета «Нацистско-советская война». За одно только это название грозит реальный срок.

Совершенно очевидна для канала другая категория книг — западные книги о России, о войне в Украине, которые, понятно, не выйдут у нас в стране, пока этот режим не сменится. Самая первая книга у Bookship — «Клептократия Путина», вышедшая в год, когда началась война, двенадцать лет назад. «Нелегалы» Шона Уокера о том, как уже новая Россия строила свою шпионскую сеть на Западе. Книга, наверное, могла бы стать бестселлером на русском языке, но есть нюансы.

И, напоследок, книги об авторском праве и пиратстве. Пока на канале есть только фундаментальная монография «Пиратство» Джонса и «Общественное достояние» Бойла. Но список большой. И этих книг ой как не хватает для того, чтобы юристам и политикам, а главное — избирателям будущей России разобраться с тем, что с нынешним авторским правом делать. Чтобы хорошие и нужные книги были доступны читателям.