Никаких извинений от КГБ, открытые архивы и могильники по всему СССР

Реабилитация после политических репрессий — тема четвертого эпизода спецпроекта «На пути к свободе»

По данным правозащитной организации «Мемориал», в российских тюрьмах прямо сейчас находятся 774 человека. А с 2012 года политически мотивированному преследованию подверглись более трех тысяч человек, сообщает ОВД-Инфо в своем докладе. Попасть за решетку россияне сегодня могут практически за любое выражение несогласия: от участия в уличном опросе до «лайка» в «Одноклассниках». В тюрьме политзеки сталкиваются с унизительным отношением и пытками. Один из них, Алексей Навальный, погиб в колонии в феврале этого года. Сейчас сложно вообразить, что политические репрессии в стране остановятся, а политзеков начнут пачками выпускать на свободу. Но недавняя история учит нас тому, что «стабильность» диктатуры, обеспеченная цензурой и силовиками, может рассыпаться в самый неожиданный момент. Как говорится, «это было навсегда, пока не кончилось». В восьмидесятые годы жители Советского Союза едва ли могли представить, что за неполный десяток лет страна изменится до неузнаваемости, а потом и вовсе перестанет существовать. В четвертой серии цикла «На пути к свободе» мы поговорим о реабилитации — восстановлении в гражданских правах людей, попавших под каток политических репрессий. Их характер и масштаб в СССР всегда поражал, но мало кто еще в семидесятые мог представить, что сможет узнать правду о своей семье. И что всего за несколько лет власти признают пострадавшими от несправедливого суда более полутора миллионов человек.

Поделиться
Больше сюжетов
Голоса республик затихли

Голоса республик затихли

Попытки противостоять фальсификациям на выборах закончились волной репрессий против левых политиков из регионов

«Там полно стукачей»

«Там полно стукачей»

Телепродюсер Капитолина Аверина получила 6,5 года колонии за комментарии в Telegram. «Новая-Европа» нашла еще шесть дел на участников того же чата

«Отрезали рукава, замотали скотчем — вот тебе шапка»

«Отрезали рукава, замотали скотчем — вот тебе шапка»

За что «украинские шпионки» попали в морозные мордовские леса и как выживают в российской женской колонии

Обогатительный комбинат

Обогатительный комбинат

Как правительство пытается легализовать застройку заповедников. ГОК и ЛЭП — вместо хариуса и амурских тигров

Жизнь и дело Ленура Халилова

Жизнь и дело Ленура Халилова

Как зачистка Крыма от независимых мусульманских общин ломает судьбы

Лицом в пол под дулом автомата

Лицом в пол под дулом автомата

По России прошла волна антимигрантских рейдов: тысячи административных дел, сотни человек будут выдворены из страны

Когда пройдет боль

Когда пройдет боль

В России появился целый поджанр «новой русской антиутопии». Его метафоры прозрачны и для читателей, и для силовиков

Поэт в России меньше, чем поэт

Поэт в России меньше, чем поэт

Почему современная русскоязычная поэзия не может найти широкого читателя, и почему у американской поэзии это получилось

Братья вне закона

Братья вне закона

Кадыров защищал ингушскую общину баталхаджинцев, но это не уберегло их от статуса «террористической организации».