Музыкант AP$ENT рассказал о преследовании жены, побеге из Беларуси и жизни после песни «Можно я с тобой?»

Новый герой подкаста «Поживем — увидим»

Новый герой подкаста «Поживем-увидим» — музыкант Арсений Кисляк (AP$ENT). Он написал песню «Можно я с тобой?» по мотивам реальной истории — отъезда из Беларуси из-за ареста жены музыканта. В итоге эта песня распространилась в тиктоке и стала основной для множества мемов.

Мы поговорили о написании хита, преследованиях в Беларуси, цене популярности и о том, можно ли заработать на внезапной популярности. В этом фрагменте Арсений рассказывает, как они с женой решились на вынужденную эмиграцию:

«Взяли жену за комментарий к посту о задержании Романа Протасевича. Без предупреждения, ни с того ни с сего, на трое суток посадили. В камере забрали теплую одежду, она замерзала все это время. Потом ее отпустили и начались суды.
Было несколько заседаний и вот прокурор запросил год колонии за два слова: «шизик неволенный», причем непонятно в адрес вообще кого. Суд в итоге дал год химии. Это такое ограничение свободы в Беларуси. Люди работают в течение своего срока на какой-то плохой работе и живут на нескольких квадратных метрах в ужасных условиях.
И мы после этого заседания поняли, что справедливости не дождемся. Даже адвокат немножечко прифигел. А еще у жены были определенные проблемы со здоровьем. Они могли вызвать заболевания серьезное и просто убить человека. Поэтому я не мог рисковать жизнью своей жены.Поэтому мы собрались и поехали»
Поделиться
Больше сюжетов
Фильм «NAZA» об убийствах мирных граждан в секторе Газа получил награду в Венеции и вызвал скандал в Израиле

Фильм «NAZA» об убийствах мирных граждан в секторе Газа получил награду в Венеции и вызвал скандал в Израиле

Министр культуры страны призвал лишить гражданства авторов-документалистов

Мертвые руки

Мертвые руки

Призы Венецианского фестиваля получили фильмы о (не)далеком прошлом: немецкой оккупации Дании, убийствах гражданских в Газе и тоталитарном СССР

«Выживут только очень сильные тексты»

«Выживут только очень сильные тексты»

Как русскоязычный тамиздат пытается выйти из эмигрантского пузыря — разговор с организатором ярмарки «Пражская книжная башня» Александрой Вахрушевой

Пытка продолжается

Пытка продолжается

В конкурсе Венеции показали фильм «Дау» Ильи Хржановского — основную часть мегапроекта, чье производство растянулось на 20 лет

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

Виктор Косаковский представил фильм «Священная древесная пыль», превращающий жизнь леса в фантастический блокбастер. «Новая-Европа» с ним поговорила

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

Разговор с режиссером Сергеем Лозницей — о его новом фильме «Империя» о путешествии итальянских документалистов по республикам СССР в 1970-х

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Венецианский кинофестиваль открылся фильмом Дэнни Бойла «Чернила» — о таблоиде The Sun и истоках медийной революции, внутри которой мы сегодня живем

«Я не хочу быть мясом»

«Я не хочу быть мясом»

Исследование «Этнографический словарь войны» показывает, как язык войны в Украине стал языком логистики смерти

Нейрослоп и нейроцензор

Нейрослоп и нейроцензор

Российской литературе угрожают и государство, и технологии. Разбираемся, кому изменение рынка выгодно и кто пострадает больше всего