Темы
Больше сюжетов
Томская градозащитница объявила голодовку из-за ремонта улицы с вековыми зданиями
Мария Бокова считает, что работы могут привести к затоплению и разрушению исторических домов. «Ветер» с ней поговорил
«Не убийцы, не злобные монстры»
В Крыму умерла полуторагодовалая Лера Стрилец. Мы исследовали профессиональный путь судьи, который вынес приговор ее матери и бабушке
Без думскроллинга и фильтров
Meta введет для подростков лимиты на соцсети, ночную блокировку и родительский контроль. Помогут ли эти меры защитить детей?
«Я бы желала вам оставаться хозяйками своей судьбы»
Как Глория Стайнем повлияла на феминистское движение и что связывало ее с российскими женщинами — взгляд Татьяны Калининой
Полтаблетки
Две трети пациентов самостоятельно прерывают курс лечения или покупают не все назначенные препараты. Основная причина — высокая стоимость
От войны с терроризмом до Бодрийяра и Бэтмена
Как теракты 11 сентября навсегда изменили наш мир
Последний маньяк Советского Союза
Дмитрий Гридин по кличке «Лифтер» был приговорен к высшей мере — расстрелу. Но казнь заменили на пожизненное заключение
«Господи, спаси нашу Лиду!»
Благотворительница Лида Мониава, преследуемая за «фейки» об армии, уже давно стала символом деятельного христианства
«Баланс между очень плохим и очень хорошим»
Адвокат Каринна Москаленко — о том, почему ЕСПЧ отказался рассматривать 879 российских жалоб и можно ли будет к ним вернуться
Выбор читателей
Самые популярные материалы за последние две недели
Мнение
Прости меня, моя любовь
Письмо Елены Костюченко о совместном взрослении — ко дню рождения Земфиры
Елена Костюченко
Сюжеты
«Девочка, что же ты наделала?»
Мама или папа, свобода или близкие: сотни эмигрантов из России столкнулись с невыносимым выбором. Ирина Кравцова рассказывает о тех, кто вынужден был его сделать
Ирина Кравцова
Сюжеты
Похороны, которые потрясли Европу
Политолог Александар Джокич — о том, что прощание с Ратко Младичем рассказало нам о Сербии
Александар Джокич