«Ты думаешь, что ты за справедливость, но ты и порождаешь это насилие»

В России вышел сериал, рассказывающий историю появления сайта для продажи наркотиков

На стриминге «Иви», который, видимо, решил беречь корни русского языка вслед за маркетплейсом Wildberries и изменил буквы в логотипе с латиницы на кириллицу, вышел сериал «Химера». Режиссер Душан Глигоров рассказывает историю появления первого в России анонимного сайта для покупки и распространения наркотиков. Платформа называется «Химера» по аналогии с недавно закрывшейся «Гидрой».

В сериале есть три основные сюжетные линии. Первая — интеллигентная петербургская семья наркодилеров «старой закалки». Отец семейства — местный Пабло Эскобар — уже много лет управляет наркобизнесом в России, вместе со своим старшим сыном он переправляет товар на фурах с фруктами и чаем и распространяет через оптовиков по всей стране. С первых минут становится понятно, что «старая схема продаж» неисправна, бизнес становится все более кровавым и менее прибыльным, но семья держится за свое место на рынке.

Вторая линия — история сотрудника наркоконтроля Кости Конькова, который переехал из Екатеринбурга в Санкт-Петербург (то есть из старой наркостолицы в новую), чтобы зарубить на корню распространение «веществ» по стране. Естественно Костина решимость упирается в личную месть конкретным людям, от которых пострадали его жена и сын.

Третья линия — самая динамичная — рассказывает про команду молодых ребят, создавших «Химеру». Главный зачинщик — двадцатипятилетний программист Дима с расстройством аутического спектра, которому нужно срочно найти деньги на лечение младшего брата. Вообще мотив «ради семьи» будет с вами на протяжении всего сериала, так что не закатывайте глаза раньше времени, еще успеете. Помимо Димы в команде есть мелкий наркоторговец Йода и его девушка Лера.

Несколько слов о формате «Химеры». Сериал написан сценаристом «Нулевого пациента» — одной из самых обсуждаемых российских работ этого года, но нужно понимать, что от новой картины такого же эффекта ожидать не стоит.

Это действительно сильно повзрослевший и окрепший, но все же «ментовской сериал».

Вас ждут банды, перестрелки, излишне кровавые убийства и конечно же много морали «в лоб». Совсем не значит, что сериал неудачный и смотреть его не стоит. Если вы фанат жанра и скучаете по «Бригаде» или «Улице разбитых фонарей», то скорее всего вы придете в полный восторг от «Химеры».

Помимо этого, некоторые эпизоды основаны на реальных случаях и историях появления наркомаркетплейсов. Правда «Химера» — это скорее Russian Anonymous Marketplace (RAMP), чем «Гидра», на которую создатели ссылаются в названии. Потому что именно RAMP появляется одним из первых на российском рынке. Авторы детально описывают пути распространения наркотиков в России. Также важный акцент — взаимоотношение героев между собой, потому что слияние «старого» и «нового» методов продажи «товара» произошло из-за первоначальной войны между распространителями.

Все герои сериала, и главные, и второстепенные, достаточно простые и понятные. Вместе с эволюцией персонажа ожидаемо эволюционирует и их мотивация. Поэтому из пункта «все ради семьи» мы со временем перемещаемся к «все ради власти». Не изменяет себе, наверное, только полицейский Костя, пообещавший отомстить за сына. В конце сериала он все-таки вернется к своей первоначальной задаче. Поскольку «Химера» — это очень жанровая история, избавиться от образа «честного полицейского» пока не особо получается, хотя мы и видим его пыточные методы работы, все равно он вызывает эмпатию и сочувствие. Хотя кажется, что в России 2022 года делать образ «хорошего полицейского» как-то совсем неприлично.

Сочувствие вызывает, конечно, не только Коньков. Отделаться от ощущения, что каждый из них заходит в этот круг смерти и насилия с благой целью, непросто. В последней серии в разговоре с Костей Дима произносит фразу: «Ты думаешь, что ты за справедливость, ты самурай, но ты и порождаешь это насилие, и оно никогда не закончится». Эти слова отлично описывают все, что происходит в «Химере»: бесконечная борьба за власть и свою собственную мораль.

Интересно, что практически в одно время с «Химерой» на Okko вышел сериал «Оффлайн» с практически идентичным сюжетом и персонажами. На первый взгляд может показаться, что это конец российской наркофобии и табу на упоминание запрещенных веществ, но на деле это абсолютно однобокие повествования о том, что наркотики — это плохо, а наркобизнес — еще хуже. Причем «плохо» объясняется исключительно смертями персонажей. Гораздо интереснее история драгдилеров была рассказана в сериале «Happy end» от More.tv, вышедшем год назад. Персонажи изначально не вызывают у нас сочувствия, у них нет никакой великой идеи, которая ими движет. Для них это просто способ заработать деньги. В «Химере» же авторы как будто говорят, что за «плохое» дело будет наказан каждый, точка, на этом морализаторский посыл и заканчивается.

Поделиться
Больше сюжетов
«Выживут только очень сильные тексты»

«Выживут только очень сильные тексты»

Как русскоязычный тамиздат пытается выйти из эмигрантского пузыря — разговор с организатором ярмарки «Пражская книжная башня» Александрой Вахрушевой

Пытка продолжается

Пытка продолжается

В конкурсе Венеции показали фильм «Дау» Ильи Хржановского — основную часть мегапроекта, чье производство растянулось на 20 лет

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

Виктор Косаковский представил фильм «Священная древесная пыль», превращающий жизнь леса в фантастический блокбастер. «Новая-Европа» с ним поговорила

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

Разговор с режиссером Сергеем Лозницей — о его новом фильме «Империя» о путешествии итальянских документалистов по республикам СССР в 1970-х

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Венецианский кинофестиваль открылся фильмом Дэнни Бойла «Чернила» — о таблоиде The Sun и истоках медийной революции, внутри которой мы сегодня живем

«Я не хочу быть мясом»

«Я не хочу быть мясом»

Исследование «Этнографический словарь войны» показывает, как язык войны в Украине стал языком логистики смерти

Нейрослоп и нейроцензор

Нейрослоп и нейроцензор

Российской литературе угрожают и государство, и технологии. Разбираемся, кому изменение рынка выгодно и кто пострадает больше всего

 «Поговорить о том, что больно, а потом выпить чаю»

«Поговорить о том, что больно, а потом выпить чаю»

Интервью Светы Бень. Она записала самый отчаянный и спасительный музыкальный альбом этого лета

Круглый сладкий хлеб

Круглый сладкий хлеб

«Новая-Европа» посмотрела «Колобка». Это далеко не чудовищный фильм, репутацию которого погубили агрессивные прокатчики