logo
СюжетыОбщество

Ядоносцы

Обнищавшие российские фермеры перешли к запрещенным технологиям борьбы с мышами, что стало причиной настоящего экоцида на юге страны

Погибший заяц, Ставрополье. Фото: newstracker.ru

Мертвые лисы, зайцы, утки, чайки, филины и даже журавли стали сотнями появляться на полях юга России в ноябре 2022 года. Жуткие фото и видео потекли в соцсети из телефонов охотников и рыболовов.

— Я в этом году взял «путевку» на зайца (разрешение на отстрел. — Прим. автора). Потом походил-походил — да и сдал. А нету ничего! Вот только дохлые тушки по полям собираем! — рассказывает Александр, охотник со стажем из Ростовской области. — Идешь по полю — оппа! Лежит. Здоровенные, хорошие зайцы. Морда обычно в крови, под хвостом или кровь, или черное — старая кровь. Мы ж засуетились сразу — а вдруг какая эпидемия. Стали в охотхозяйства звонить, парни за свои деньги экспертизы делали. Так и выяснилось, что это химия, а никакая не эпидемия.

Но на самом деле это оказалось настоящей эпидемией. Мертвую дичь в лаборатории Россельхознадзора в декабре стали приносить из-под Ростова, Ставрополя, из Краснодарского края, Орловской области.

— Мы вышли в поле — это начало ноября было — и сразу наткнулись на трупы шести зайцев, — рассказывает другой охотник из Ипатовского района Ставропольского края. — Куропаток видели дохлых. И мышей лежало прямо очень много. А вокруг — красное зерно. Бывалые охотники говорят, что такое и раньше было: дикие животные часто гибнут от ядохимикатов, которые фермеры на поля приносят. Но таких масштабов никто не припоминает. Шакалы гибнут, лисы, хищные птицы — наедятся отравленных мышей и дохнут.

О трагедии «дикого» мира заговорили вслух, когда в Петровском городском округе Ставрополья охотники обнаружили сразу несколько сотен трупов редкого краснокнижного серого журавля. Птицы в это время направлялись на зимовку в Израиль. Поля и поймы рек на юге России — их перевалочные базы: отдохнуть, подкрепиться и лететь дальше. Улетели не все: берега озера Соленого у поселка Донская Балка были устланы птичьими трупами.

— В Ставропольском крае не первый год наблюдается массовая гибель зайца-русака, фазана, серой куропатки, серого журавля, огаря, шакала, волка, — рассказал «Новой газете Европа» руководитель общественного экологического движения Native Russian Арсений Филиппов. — Это было связано с неправильной обработкой полей от мышевидных грызунов. Но осенью 2022 года масштаб отравления животных достиг каких-то катастрофических масштабов. Речь идет о гибели десятков тысяч особей.

На Ставрополье проблему признали, Следственный комитет зафиксировал гибель 800 журавлей, четырех зайцев (!) и одной (!) куропатки. Исследование обнаружило в трупах «яд, содержащий фосфорорганические соединения, приведшие к смерти». Дело было возбуждено по ч. 2 ст. 249 УК РФ (нарушение правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений, повлекшее по неосторожности тяжкие последствия).

«В настоящее время установлено, что в ноябре текущего года при несоблюдении технологии применения препарата, используемого для борьбы с грызунами, он был распространен на поверхности почвы, в результате чего наступили тяжкие последствия для окружающей среды в виде гибели серых журавлей, вследствие чего причинен ущерб государству», — говорится в релизе следкома по этому поводу.

На местном уровне проблема обсуждалась охотно. В Краснодарском крае, например, многие СМИ написали о массовой гибели северо-кавказского фазана в Ейском, Щербиновском, Новопокровском, Выселковском районах. В какой-то момент мертвые грачи стали падать недалеко от резиденции кубанского губернатора на улице Красной в Краснодаре. Результаты анализов показали, что птицы отравлены.

«При вскрытии обнаружены множественные кровоизлияния в подкожную клетчатку, мышцы, скопление несвернувшейся крови под капсулами печени, селезенки, в брюшной и грудной полости. На основании характерной патологоанатомической картины было сделано предположение об отравлении антикоагулянтами — ядами, препятствующими свертыванию крови и используемыми для уничтожения грызунов», — заявили в Россельхознадзоре после исследования останков птиц на Кубани. Химико-токсикологический анализ показал наличие бромадиолона, хлорофацинона и куматетралила — чрезвычайно опасных, но не запрещенных для использования ядов I и II класса.

Мертвые грачи в Краснодаре. Фото: t.me/typodar

В Ростовской области массовую гибель фауны зафиксировали в Зерноградском, Целинском, Сальском и Песчанокопском районах — в основном зайцы и водоплавающая птица, которые охотно подбирают зерно на полях. В Орловской области гибли лисы, енотовидные собаки и крылатые хищники — главные истребители полевых мышей.

Так выяснилось, что в ноябре тонны отравы были высыпаны на поля по всему югу России, и жертвами стали тысячи диких птиц и животных. 

Несмотря на все усилия властей придать проблеме характер ЧП районного масштаба, экологи очень быстро поняли, что имеют дело с системным нарушением, а не с фактами отдельного головотяпства крестьян. Так в сети появилась петиция с требованием остановить убийственную для дикой фауны битву за урожай и призвать виновных к ответственности.

Почему убивают мышей, а гибнет дичь? Мышеподобные грызуны — естественные и давние враги сельского хозяйства. Описание способов их уничтожения напоминает военные трактаты. Мышей истребляют на фермах и в полях, бьются с ними на складах и в зернохранилищах: ставят ловушки, пугают ультразвуком, травят газами и даже применяют бактериологическое оружие — заражают их штаммами сальмонелл.

И есть за что: специалисты утверждают, что при благоприятных условиях все эти домовые и курганные мышки, полевки водяные, общественные и обыкновенные способны уничтожить от 30 до 70 процентов урожая. Зимой они с удовольствием жрут подземные части растений и семена озимых, весной принимаются за сочные молодые побеги.

«Полевки способны мигрировать на расстояния от 3 до 5 км, предпочитая посевы с большим количеством корма. Репродуктивный потенциал самки вредителя составляет от 5 до 12 детенышей (каждые 20 дней), которые через 3 недели сами приступают к размножению», — рассказывают специалисты ООО «Научно-аналитический центр питания растений».

Нормой эксперты считают наличие от 20 до 40 мышиных норок на гектар поля, от 500 до 1000 — называют катаклизмом. А чтобы этого не произошло, предлагают крестьянам не создавать кормовую базу для мышей и «пахать поглубже», разрушая гнезда грызунов, — это приводит к уменьшению их численности на 60–70 процентов.

Фото: Департамент надзорной и контрольной деятельности Орловской области

И тут, как выяснилось, жизненная стратегия мышиной цивилизации счастливо совпала с реалиями российского аграрного сектора. Дело в том, что парк российских зерноуборочных комбайнов стремительно стареет. В 2021 году председатель правления Ассоциации дилеров сельскохозяйственной техники «АСХОД» Александр Алтынов рассказывал, что порядка 50% комбайнов на российских полях старше 10 лет. Вряд ли эта цифра кардинально изменилась за год. А чем старше комбайн, тем больше зерен он теряет в поле.

— Что такое 10 лет? Вот смотрите: новая машина по нормативу теряет не больше 2% урожая — это в идеале и на полный круг, и при жатве, и при обмолоте. И при условии, что вы начали уборку строго по плану на пятый день после наступления полной спелости зерна, — рассказывает фермер из Ейского района Краснодарского края Василий К. — А если у вас комбайну 10 лет, то он теряет уже 12 % при тех же условиях. Про затягивание сроков уборки я молчу: тогда может и до 20 % доходить. Вы представляете, сколько это зерна остается в поле?! Запчасти и обслуживание комбайнов (это то, от чего напрямую зависит его эффективность) дорожают каждый месяц. Фермерам приходится экономить на всём. Да, в этом году урожаи были рекордными, погода не подвела. Но и зерна в поле осталось — я вам скажу. Отсюда и мышь!

С «пахать поглубже» тоже есть проблема, рассказывает Василий. Она называется «технология no-till». Это когда землю не пашут вообще, а по осени рассеивают по полям измельченные остатки растений, обогащая почву для будущего урожая. Технология сберегает плодородный слой и действительно дает повышение урожая в разных странах, но российским фермерам она приглянулась главным образом из-за возможности сэкономить на пахотных работах: меньше трат на ГСМ и оплату труда. Сочетание этих двух факторов — много корма и никаких опасных плугов — и привели к «мышиному апокалипсису» на полях, считает фермер.

Масштабы бедствия оказались такими, что аграриям пришлось перейти от «высокоточных» ударов к «ковровым бомбометаниям».

— Список разрешенных родентицидов в России достаточно большой. Травить есть чем. «Бродират», «Раттикум», «Варат»… Все эти препараты вносят строго по определенной технологии: вручную, 5–10 граммов ложкой в каждую норку. Не больше двух раз за сезон. Но это — когда у вас 40–50 норок на гектар. А когда их 400–500, тут, извините, никаких ложек, никаких ножек и ручек не хватит. Вот и заправляют люди сеялки, рассыпают отраву по полям — а что делать? Если не потравим мышей — никакого урожая не будет. Птиц-зайцев, конечно, жалко. А кто нас пожалеет? — рассуждает Василий.

Свою фамилию он просит не называть, поскольку сказанное — по сути явка с повинной. Власти знают, что массовая гибель диких птиц и животных на юге России связана с оголтелой битвой за урожай 2023 года.

В декабре специалисты Северо-Кавказского межрегионального управления Россельхознадзора только в Ставропольском крае выявили 15 муниципалитетов, где нашли и документально подтвердили 2125 случаев гибели дичи. Нашли и яд — разрешенный в России «Бродифакум», разбросанный по полям. В Россельхознадзоре пообещали разобраться с нарушителями технологий обращения с опасными веществами.

«Обнаружение приманочного материала для борьбы с вредителями на поверхности почвы без заложения в норы и укрытия грызунов является нарушением регламентов применения пестицидов, доступность которых должна быть ограничена для нецелевых видов животных. По данному факту в отношении сельхозпредприятия проводится проверка», — цитирует выводы ведомства ставропольская АТВмедиа.

Но, кроме этого, на одном из фермерских предприятий проверяющие обнаружили препарат «КоммандоП» на основе фосфида цинка — его использование в России запрещено с 2006 года. Этим ядом фермеры самостоятельно обрабатывали зерно для приманок, удешевляя процесс «войны». Россельхознадзор так испугался случившегося, что в конце декабря разослал по регионам памятку, как не надо воевать с мышами. С акцентом на использование «разрешенных» в стране родентицидов и правила их использования.

Читайте также

Читайте также

Привкус молибдена

Закрытый комбинат продолжает убивать жителей моногорода

Тот факт, что в борьбе с грызунами не только нарушаются технологии, но и применяются запрещенные вещества взамен сильно подорожавших или ушедших с рынка (из-за введенных после начала войны санкций) импортных родентицидов, признал ставропольский губернатор Владимир Владимиров. Правда, причиной нашествия мышей он назвал аномально теплую зиму прошлого года, а не потери зерна при рекордных урожаях и стареющем парке сельхозтехники. А поскольку российское зерно по итогам прошлого года перешло из продовольствия в категорию политического оружия, губернатор Владимиров пообещал аграриям полную поддержку и даже государственное обеспечение ядами.

«Сельхозпроизводителям деваться некуда, они стали применять запрещенные отравляющие вещества, которые с зерном вносятся в землю. Зайчики, журавли поели, утки. Уголовными делами, думаю, что не закончится. Как мы с саранчой боролись: сами закупаем препараты за государственный счет, обрабатываем места скопления саранчи. Будем на государство брать эту работу, чтобы и людям облегчить жизнь, и быть уверенными, что животные не отравятся», — заявил он на пресс-конференции ТАСС.

По словам местных жителей, с тех пор ситуация на полях внешне немного улучшилась: погибших животных и птиц стало меньше. Правда, и живых — не густо, говорят охотники. На Ставрополье власти уже объявили, что весеннего охотничьего сезона на водоплавающую птицу не будет. Арсений Филиппов этому рад.

— Хоть от птиц отстанут. Но я полагаю, что они просто боятся, что охотники сами пострадают от яда: подстрелят недавно отравленную птицу — и всё. Бывают случаи нелетального отравления: тот же заяц не погиб сразу, а яд в себе носит. Мы не знаем, может, такие случаи уже были. Вы же видите, как все боятся говорить об этом, — рассуждает Филиппов. — Пока из разговоров с биологами и информации СМИ понятно, что это самое крупное незаконное применение запрещенного яда. При этом спустя два месяца всё еще никто не арестован, и даже названия фирм и имена директоров этих фирм, совершивших экоцид, не названы. Подобные случаи были и раньше, но сейчас проверки околоаграрного бизнеса отменили, и вот результат. Губернатор Ставрополья открыто заявляет, что наказывать никого не будет. К животным, к природе и к собственному населению относятся, как к мусору, это мое мнение. Я продолжаю настаивать на переквалификации дела в экоцид, аресте и дальнейшем наказании для виновников, а также на том, чтобы обязать фирмы компенсировать нанесенный природе ущерб.

Об ущербе власти и не заикаются. В ноябре гибель 230 краснокнижных журавлей в Ставрополе оценили в один миллион рублей. В остальных регионах активисты пока что только добиваются юридической оценки случившегося.

В 2022 году Россия собрала рекордный урожай зерновых — более 150 млн тонн — и сделала его экспорт не только существенным источником пополнения бюджета, но и влиятельным инструментом внешней политики. Судя по всему, за такое российские чиновники готовы закрыть глаза на любые проделки аграриев и простить гибель хоть всего поголовья серых журавлей. Которые весной вновь полетят в Россию — как раз к сезону новой атаки фермеров на грызунов.

shareprint
Главный редактор «Новой газеты Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.