В Госдуму внесли законопроект, который дает право президенту использовать армию и другие госорганы для «защиты» россиян, если их арестовали или судят за границей по решению судов, которые Россия считает нелегитимными. Документ подготовило правительство. 

Спикер Госдумы Вячеслав Володин уже заявил, что парламент рассмотрит инициативу в приоритетном порядке, чтобы «усилить защиту прав граждан от действий недружественных иностранных государств».

Какие суды имеются в виду?

В законопроекте прописаны три критерия «нелегитимных», по мнению России, судов:

• Международные суды, которые работают не на основе договора с Россией. Яркий пример — Международный уголовный суд в Гааге, ордера которого Россия не признает. Россия подписала Римский статут (договор, на основе которого работает МУС) в 2000 году, но так и не ратифицировала его, а в 2016 году подписала распоряжение об отказе от участия. С тех пор Россия не признает юрисдикцию МУС. Когда МУС выдал ордер на арест Владимира Путина, в Москве назвали это незаконным решением «политизированного псевдосуда».
• Международные суды, не основанные на резолюции Совбеза ООН. Этот пункт направлен против трибуналов, которые создаются по инициативе группы государств (например, стран Евросоюза или Украины) для преследования российского руководства за военные преступления, объясняет разговоре с «Новой-Европа» юрист Евгений Смирнов.
• Иностранные суды, которым другая страна передала полномочия судить российских граждан, но Россия в этом не участвовала. Что именно авторы инициативы имели в виду, неясно, сказал Смирнов. Возможно, речь идет о ситуациях, когда несколько стран создают судебный орган, передают ему свои полномочия и начинают судить российских граждан, но Россию к этому процессу не приглашают.

Как изменится закон?

Авторы законопроекта предлагают внести изменения в два федеральных закона. Суть поправок сводится к следующему.

• Органы госвласти будут обязаны по решению президента принимать «необходимые меры по защите» граждан России, арестованных «нелегитимным» судом. Раньше такой прямой обязанности не было. Это новая часть (третья) статьи 6 закона «О гражданстве».

• Президент и так может привлекать армию для защиты граждан за пределами страны (например, для миротворческих операций или защиты соотечественников), но теперь у него появится новое оправдание: «защита граждан... арестованных (удерживаемых)...» по решениям «нелегитимных» судов. Это изменение в пункте 3 статьи 10 закона «Об обороне».

В пояснительной записке авторы инициативы прямо ссылается на статью 8 закона «О безопасности», которая позволяет президенту действовать в ответ на решения иностранных органов, «противоречащих интересам» РФ. В записке подчеркивается, что речь идет о «возможном экстерриториальном использовании» формирований ВС РФ.

О чём этот законопроект с точки зрения международного права?

Новый законопроект — классический пример, когда принимается норма, которая на самом деле не предназначена для того, чтобы ее реализовывали, заявил в разговоре с «Новой-Европа» юрист в сфере международного права, исследователь Кёльнского университета Глеб Богуш. По его мнению, главная цель — создание информационного шума:

— Огромное количество законопроектов, которые вносятся, ничего, кроме информационного шума, не производят. Они не становятся тем, чем должны быть любые законы: регулятором реального поведения людей, государственных органов, организаций. 

Юрист Евгений Смирнов высказал мнение, что законопроект стал ответом российских властей на процедуру создания трибунала, инициированную Европой для расследования преступлений России против Украины. По его словам, документ напоминает «психологическую атаку на противника». Формально он разрешает использовать различные меры, включая вооружение, для защиты россиян, однако что именно означают «любые меры» — неясно.

Смирнов отметил, что Россия и без этого законопроекта уже «защищает» своих граждан политическими методами: шантажом, обменами, наймом ЧВК, отравлениями за рубежом, убийствами.

— В любом случае, все эти законопроекты — это не нормотворчество, а исключительно язык устрашения и оправдания своих преступных действий, — резюмирует Смирнов в разговоре с «Новой-Европа».

Теперь Путин сможет направить войска в другие страны, чтобы «защитить» там россиян от «нелегитимных» судов?

Согласно тексту документа, формальным основанием для применения армии становится не сам факт задержания российских граждан, а то, что эти действия совершаются «во исполнение решений» судов, которые Россия считает нелегитимными, отмечает юрист Евгений Смирнов. 

«Новая-Европа» попросила предположить, какими в теории могут быть действия России в отношении Латвии или других стран Балтии. По словам юриста, если, например, латвийские власти действуют на основании внутреннего законодательства (например, высылают человека по национальным миграционным нормам), то под действие закона это не подпадает. 

Если же гипотетически предполагать, что задержание происходит на основании ордера Международного уголовного суда (а Латвия является государством — участником Римского статута), то тогда формально законопроект даст президенту право применить «экстерриториальные» меры, говорит собеседник «Новой-Европа». Однако Путин и сейчас без всяких законопроектов может получить согласие на ввод войск. Поэтому, по мнению юриста, инициатива правительства остается в первую очередь инструментом информационной угрозы.

Кому адресован «устрашающий» сигнал?

Во-первых, это попытка дискредитировать работу международных организаций, прежде всего Международного уголовного суда, подчеркивает в разговоре с «Новой-Европа» Глеб Богуш. 

— Сейчас это модно — особенно на фоне того, как Дональд Трамп ведет открытую войну против МУС (речь идет, в частности, о санкциях против представителей Международного уголовного суда. — Прим. ред.). Россия создает абсурдные с точки зрения права конструкции, и власти это не смущает, потому что главное — дискредитировать саму идею правосудия, саму идею расследований, — сказал эксперт.

Во-вторых, такая информационная завеса может влиять на национальные расследования на основании принципа универсальной юрисдикции, считает Богуш. Речь идет о международных процессах, которые могут быть связаны с военными актами агрессии в Украине. 

Есть ли похожие законы в других странах?

Да, в США есть так называемый American Service-Members’ Protection Act (известный как «Акт о вторжении в Гаагу»). Он был принят в 2002 году для защиты американских военнослужащих от возможного ареста и суда в Международном уголовном суде.

Однако, как подчеркивает Глеб Богуш, американский закон касается только МУС и только военнослужащих. В российском законопроекте — совершенно неопределенный спектр: прямо не прописано, о каких именно судах идет речь, и непонятно, о каких лицах.

Что нарушает этот законопроект?

Государства имеют право осуществлять юрисдикцию в отношении иностранцев, и они это делают, однако принудительные действия на территории другого государства возможны только с согласия этого государства, подчеркивает в разговоре с «Новой-Европа» Глеб Богуш. Направление армии — и вообще любые действия на территории другого государства без его согласия — нарушают международное право как минимум по принципу невмешательства и по принципу запрета применения силы, говорит эксперт.

— Можно вспомнить очень много сомнительных операций, которые обосновывались похожей логикой: вторжение в Венесуэлу, например, обосновывалось проведением полицейской операции и борьбой с преступностью. Только здесь ситуация перевернутая: «преступностью» объявляется законное привлечение к уголовной ответственности, — отметил юрист.

То, что предусматривает этот законопроект, — абсолютно незаконно и с точки зрения международного права, и даже с точки зрения российской Конституции (ч. 4 ст. 15), продолжает собеседник «Новой-Европа». Ведь сама по себе защита граждан государства — не основание для применения вооруженной силы, если речь не идет о самообороне против вооруженного нападения, говорит юрист.

Что еще стоит знать о смысле законопроекта?

Российские власти через свой парламент пытаются внутри страны легализовать нарушение международного права и создать впечатление, что «существуют законные основания для того, что законным быть не может», подытожил Глеб Богуш.

Однако эта форма угрозы и сдерживания — информационная и психологическая, еще раз подчеркивает собеседник «Новой-Европа». В частности, она направлена в отношении расследований военных преступлений в Украине, а также возможного преследования людей, ответственных за нарушения прав человека в России, говорит он.

— Мне кажется, этот законопроект — еще и попытка играть на одном поле с Дональдом Трампом. Мы видим много действий, которые связаны именно с тем, что Трамп действует, а Россия хочет показать: «Мы работаем в том же информационном ключе». Но это не сотрудничество нынешней американской администрации и российских властей. Они преследуют одну цель — деформацию, демонтаж существующей системы международного права, но решают ее по-разному и разными средствами. Они согласны в том, что для «великих держав» правила другие: не только для лидеров, но и для их граждан создается какой-то особый статус, — говорит юрист.