От противного

Представители РФ предлагают ввести временное управление Украиной под эгидой ООН, чтобы «привести к власти дееспособное правительство, с которым можно было бы подписывать полноценный мирный договор». Об этом заявил заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин. Замминистра не сказал здесь ничего нового, год назад о недееспособном руководстве Украины, не представляющем ее народ, рассуждал сам Путин. Просто интересно, что после этих разговоров о неполноценной украинской власти Галузин отправился на переговоры в Женеву с ее представителями, чтобы выговорить условия мира, при которых полноценная Россия не выглядела бы слишком бледно.

Тема о неполноценности Украины существовала в России всегда, но стала особенно популярна в пропаганде после событий 2014 года. Что это за государство такое, из которого, мелькая пятками, убегает президент, а по правительственному кварталу разгуливают люди с деревянными щитами, не проявляя никакого почтения к спецподразделениям полиции? От «неньки» (укр., «мама» в ласкательной форме. «Ненькой» украинцы зовут Украину — Прим. ред.) после небольшого внешнего толчка отваливается полуостров, а шахтеры востока, вооружившись до зубов в местных военторгах, готовы пулями встречать собственную армию. «Страна 404!» — смеялись в Останкино. 

Такое презрительное отношение только усилилось после того, как Украина проголосовала за комика, который еще вчера приезжал смешить Москву. Вкупе с уверениями путинского кума Медведчука, что российскую армию встретят цветами, это не могло не вызвать желания повторить крымскую завоевательную эйфорию, но уже в по-настоящему величественном масштабе, с последующим парадом Победы на Крещатике. Опять же, какой бы это был чувствительный щелчок по носу «западным партнерам». Слабость Запада, не продемонстрировавшего сколько-нибудь убедительный ответ на захват Крыма, вторжение в Донбасс и сбитый «боинг», также буквально провоцировала на «движуху». Слова другого лавровского зама, Сергея Рябкова, в январе 2022 года о том, что НАТО нужно «собирать манатки» и уходить к границам 1997 года, были продиктованы тем же презрением.

А дальше что-то пошло не так. Да, собственно, всё пошло не так. Подобным образом с ходу, со всего размаху, налетают на стеклянную стену там, где ее, по идее, быть не должно.

Потом война набрала ход, и через месяц «освободителям» пришлось откатиться из Киевской, Черниговской и Сумской областей, в сентябре они посыпались в Харьковской, а в ноябре отдали единственный захваченный областной центр — Херсон. Тот кромешный ужас, который оставляли после себя оккупанты, укреплял украинцев в отсутствии выбора: только драться.

С тех пор линия фронта изменилась незначительным образом, орлы Путина-Герасимова за несколько лет проползли 60 километров от Донецка до Покровска, потери перевалили за миллион, при этом у них было и остается преимущество, порой подавляющее, в авиации, ракетных средствах поражения, артиллерии и живой силе. А на четвертом году большой войны Кремлю подоспела большая подмога: Дональд Трамп, который сразу после инаугурации прекратил разбазаривать народные средства и предоставлять грантовую помощь Украине, что военную, что гуманитарную, переведя всё на коммерческие рельсы, за исключением, кажется, разведывательной информации, но и ту, бывало, приостанавливали. И все равно страна держится.

Трампу, кстати, тоже ничего не понятно про Украину: 

Владимир Путин открыто столкнулся с ними в 2004 году. До этого он улещивал и через коленку ломал Леонида Кучму, затаскивая Украину в более тесные отношения сотрудничества с Россией. В 2003 году украинского президента даже сделали главой СНГ с подачи Путина, и в том же году в Крыму было подписано соглашение о формировании Единого экономического пространства (ЕЭП). Однако за пару месяцев до этого Верховная Рада приняла Закон «Об основах национальной безопасности Украины», в котором целью международной политики страны провозглашалось «обретение членства в Европейском союзе и Организации Североатлантического договора при сохранении добрососедских отношений и стратегического партнерства с Российской Федерацией», а непосредственно перед подписанием соглашения о ЕЭП Кучма презентовал в Москве книгу с дерзким названием «Украина — не Россия». Вслед за пряником прилетел кнут: через десять дней после крымского саммита СНГ началась операция «Тузла», на пике которой глава путинской администрации Александр Волошин полушутя заявил: «Если надо, мы туда сбросим бомбу».

Дрессура была интенсивной, на протяжении 2003–2004 года Путин и Кучма встречались больше двух десятков раз, причем некоторые встречи были многодневными, настолько важным для тогдашнего Кремля считалось украинское направление. А перед президентскими выборами российский лидер в ходе десятого визита в Украину в том году провел в Киеве целых три дня, явным образом агитируя за кандидатуру Виктора Януковича. Но не помогли ни эти сверхусилия, ни отравление оппозиционного кандидата Виктора Ющенко (сейчас, когда мы знаем то, что знаем, про путинское увлечение ядами, развеяны последние сомнения, чьих рук это было дело). Результатом стала «Оранжевая революция». Украина продемонстрировала, что в ней решает не начальство, свое или чужое, а народ. Казалось бы, глупость какая, да? Кучма потом вспоминал, как Путин настаивал на том, чтобы против протестующих была применена сила, но украинский президент отказался. Как в душу плюнул.

«Оранжевые революции» с тех пор стали в России пугалом, а Виктора Ющенко прогрессивный айфонный президент Медведев, от которого либеральная общественность с ёканьем в сердце и бабочками в животе ожидала чудес невозможных, окатывал холодным презрением, обещая прислать посла в Киев только после смены руководства на Банковой: Украина позволила себе поддержать Грузию в «пятидневной войне» 2008 года. Зато с Януковичем, который таки прорвался в президенты, Медведев, а затем Путин встречались многократно: наконец, свое, падкое на бабло руководство, вроде появился шанс загнать Украину в стойло. Результат — как в 2004 году: революция. И до крови дело все-таки дошло.

За то, что Украина наглядно проявляет всё убожество его «стратегического гения» и моральное уродство выстроенной им под себя и выстроившейся под него, оскотинившейся страны.

Украина взяла на себя ответственность и все последствия жить по императиву Янки Купалы: «Не быць скотам». Быть скотом и превращать всех, внутри и вовне, до кого удастся дотянуться, в скотов — императив Владимира Путина и его государства. Вот такая разница в субъектности, очевидная в четвертую годовщину большой войны, двенадцатую годовщину победы «революции достоинства» и начала российской агрессии.

Нет, нынешнюю Россию «страной 404» в ответном троллинге не назовешь. Она дана себе и миру в весьма острых ощущениях. Состоялась. И в противостоянии с ней, кажущемся уже вечным, в нежелании стать такой, состоялась Украина. И драться не перестанет. Героям слава.