Женщины с подписями

«Когда решается вопрос о той или иной предпаводковой мере, например, строительстве дамбы, насыпи, оценивается, насколько это выгодно в финансовом плане. Нам отказали в строительстве дамбы в нашем селе именно в силу экономической нецелесообразности. И вопрос расчистки русла рек так же решается. Получается, если это дорого, речку чистить не будут, и мы дальше будем тонуть? Может быть, как-то перераспределить финансовые потоки, не повышать содержание чиновникам каждый год, меньше тратить на закупку камер для слежки за гражданами?» — задается вопросом одна из активисток, привезших 18 марта в Москву из Самарской, Оренбургской областей и других регионов в Минприроды и Федеральное агентство водных ресурсов девять тысяч подписей под петицией по проблеме паводков.

Петиция призывает к увеличению финансирования борьбы с наводнениями, требует ускорить строительство защитных сооружений в Самарской и Оренбургской областях, особенно пострадавших от наводнений после снежной зимы 2024 года, а также публично отчитаться о том, кто из чиновников понес ответственность за то, что в 2024 году многие российские регионы не были готовы к наводнениям. Тогда от затоплений пострадали полторы тысячи населенных пунктов.

Женщины, принесшие подписи в Минприроды, связаны с телеграм-каналом «Нет затоплению», в котором граждан призывают создавать региональные «противопаводковые комитеты» и писать обращения к местным чиновникам.

«Нет затоплению» опубликовал серию видео, на которых активистки — в основном женщины средних лет и старшего возраста — рассказывают о своем опыте общения с чиновниками по проблеме паводков. Они требуют отчитываться перед населением о том, что делается для решения проблемы, а также увеличить финансирование защиты от наводнений, в том числе за счет средств, выделяемых на блокировки интернет-ресурсов и концерты певца Шамана. Активистка из Тверской области рассказала в одном из видео об угрозах признания «иноагентом» за эту деятельность.

Корреспондент «Ветра» написал представителям «противопаводковых комитетов» с предложением дать комментарии, но на момент публикации текста не получил от них ответов.

Материалы «Нет затоплению» перепащивают телеграм-каналы, связанные со сторонниками политика Светланы Лады-Русь Пеуновой. Ее партию «Воля» ликвидировали в 2016 году по иску Минюста: чиновники обвинили организацию в распространении экстремистских материалов.

— Движение Лады-Русь — типичное лидерское популистское движение. Сфокусировано на социальных темах. Запрещена была ее партия «Воля», знаменитая борьбой с рептилоидами, но также известная разными ксенофобными элементами в агитации. Далее [сторонниками Пеуновой] использовались другие бренды. Еще они сильно пересекались и сотрудничали с [также запрещенным в России движением] «Граждан СССР». Власти считают всю активность [сторонников Пеуновой] продолжением деятельности запрещенной «Воли». Они пишут обращения к чиновникам по разным проблемам не от имени «Воли». Привлекают их не всех подряд по статье 282.2 УК («организация деятельности экстремистской организации»), — рассказал «Ветру» директор Исследовательского центра «Сова»* Александр Верховский.

Одна из самых ярких инициатив сторонниц Пеуновой — «Совет матерей и жен», организация, представлявшая родственниц мобилизованных на «СВО». Совет в том числе требовал демобилизации призванных мужчин. Многие активистки подверглись различным формам давления, от признания «иноагентами» до административного и уголовного преследования.

— Сторонники Лады-Русь смогли сделать довольно массовое движение, охватившее разные регионы. В чем-то им, безусловно, помог режим, уничтоживший всех, кого считал более опасными конкурентами. Но у [сторонников Лады-Русь] есть и собственная сильная сторона: они активно поддерживают местные инициативы, как в этой истории с пострадавшими от наводнений, недавними протестами против фактической ликвидации местного самоуправления на Алтае или даже движением за возвращение мобилизованных. При этом внимание к реальным проблемам у сторонников Пеуновой часто сочетается с верой в конспирологические теории, наподобие «секты Хабад» (Хабад-Любавич — одно из течений иудаизма. — Прим. ред.), которая якобы правит миром и виновата даже в российско-украинской войне, — рассказывает редактор портала «Активатика» Михаил Матвеев.

На момент публикации текста корреспондент «Ветра» не нашел других инициатив, помимо сторонниц Пеуновой, которые сейчас поднимали бы проблему паводков. Собеседники «Ветра» в партиях «Яблоко» и «Рассвет» рассказали, что пока этой темой не занимались.

Полстраны уйдет под воду?

Паводки этой весной могут стать в России серьезной проблемой из-за необычно снежной зимы, от Москвы до Камчатки. Наводнения ожидаются в 42 российских регионах, на противопаводковые мероприятия в 2026 году правительство РФ уже выделило 9 миллиардов рублей — на миллиард больше, чем в прошлом году.

Но в масштабах проблемы это довольно небольшая сумма. Символом провала 2024 года в борьбе со стихией стал город Орск Оренбургской области. В мем превратились слова директора компании «Спецстрой» Сергея Комарова о том, что орскую «дамбу прогрызли грызуны», поэтому она не выдержала напора воды. В марте нынешнего года, накануне нового паводка, Оренбургская область попросила у федерального центра 28 миллиардов рублей на продолжение ремонтных работ. Прошло два года, дамба не полностью восстановлена до сих пор.

В отдельных районах затопления из-за таяния снега уже начались: например, в Саратовской и Владимирской областях и в Бурятии. В Саратовской и Владимирской областях реки уже вышли из берегов и затопили проходящие рядом с ними дороги, в Бурятии затоплено село Сотниково. Основные паводки прогнозируются в течение всего апреля.

— Действительно, снега очень много в этом году. Я такого не помню в своей жизни вообще. Но не думаю, что это будет критической проблемой для Московской области в целом. Есть отдельные места, которые в силу ландшафта затапливает каждый год. Некоторые деревни даже иногда оказываются в изоляции. В этом году, наверное, их сильнее затопит. Но это будут, вероятно, локальные ЧП, — прогнозирует собеседник «Ветра», депутат одного из советов в крупном подмосковном городе.

В других регионах паводки могут быть более опасны. В Алтайском крае за зиму снега выпало вдвое больше обычных показателей, а до этого осенью было много дождей, что обеспечило влажную почву. Из-за этого сочетания десятки городов региона находятся в зоне риска затопления. Такое же сочетание — обильные снегопады зимой и дожди осенью — также наблюдалось и в Удмуртии. Там людей, имеющих дома рядом с рекой Вятка, уже сейчас призывают готовиться к возможному затоплению. О риске серьезного наводнения говорят в Курганской области.

Экс-депутат Мосгордумы Евгений Ступин в 2024 году публиковал в своем телеграм-канале обращения пострадавших от наводнений. Он считает обеспокоенность граждан возможными последствиями таяния снега вполне обоснованным: по его словам, люди, потерявшие жилье и другую собственность в результате разлива рек, с трудом получали компенсации от властей, а прорывы дамб ранее происходили из-за того, что строили их недостаточно качественно, а выделенные на строительство деньги воровали.

— Проблема [затоплений] с нами со времен колонизации Сибири и потери местным населением навыков адаптации к своей среде обитания. Поймы временами должны заливаться рекой. Это естественный процесс, хоть какие дамбы строй — вода найдет место, где прорваться. Поэтому предки в самих поймах не строили жилья или готовы были им жертвовать ради доступа к воде. Люди любят жить у воды, и по мере колонизации и урбанизации территорий всё хуже понимают последствия. При СССР застройка пойм жестко регулировалась, строили, конечно, и предприятия, и циклопические защитные сооружения, но повального освоения пойм не допускали, — рассказывает эколог Евгений Симонов*, координатор коалиции «Реки без границ».

— Пока активисты требуют ввести меры недостаточно комплексного характера. Это в целом ожидаемо: уже живущее в зоне затоплений население не хочет оттуда переезжать, во-первых, потому что привыкло, во-вторых, потому что поверить, что государство даст достаточные деньги на полноценное переселение в приличное сухое место, практически невозможно. Поэтому просят залатать дамбы, проверить всякий опасный самострой и посадить виновных в прошлых наводнениях. Я всей душой с активистами, и в краткосрочном плане всё, что они требуют, нужно, но проблемы это не решит, — отмечает Симонов.

Эколог уверен, что необходима гораздо более глубокая перестройка системы реагирования на наводнения и выдачи разрешений на строительство. В петиции, поданной в Минприроды, активисты требуют увеличить до триллиона рублей средства, выделяемые на борьбу с весенней речной стихией. По мнению Симонова, это гораздо более реалистичная сумма для борьбы с наводнениями, чем выделенные правительством девять миллиардов рублей.

*Внесен Минюстом РФ в реестр иноагентов