Архитектура руин

Год назад, в феврале 2025-го, участники Мюнхенской конференции по безопасности были совсем не готовы к тому, что избрание Дональда Трампа на пост президента США столь стремительно приведет к слому прежней системы трансатлантических отношений. Главной новостью тогда стало выступление вице-президента США Джей Ди Вэнса, который обрушился на Европу с жесткой критикой и не оставил никаких сомнений в том, что пути Брюсселя и Вашингтона существенно разошлись. Дипломат Кристоф Хойсген, завершивший тогда работу в качестве главы конференции, назвал происходившее в Мюнхене «в определенном смысле европейским ужасом».

За год мысль о том, что мы живем в период разрушения прежнего миропорядка, стала общим местом в рассуждениях западных экспертов. Так что вряд ли кто-то удивился, увидев название ежегодного доклада Мюнхенской конференции — вдумчивого анализа внешнеполитической ситуации в мире: «Under Destruction» («В процессе слома» или «Под снос»). Ключевой тезис доклада состоит в том, что Соединенные Штаты — главные, по мнению авторов, архитекторы сложившегося после 1945 года миропорядка, — теперь выступают в роли ведущей силы, способствующей его разрушению. Не реформированию, а именно радикальной деконструкции.

Такую картину видят не только специалисты в области геополитики: согласно данным Мюнхенского индекса безопасности, представленным в докладе, в странах G7 наблюдается снижение доверия к США как к союзнику.

И это, как утверждается в исследовании, особенно тревожно на фоне российских действий и планов, которые названы «наиболее значимой и непосредственной угрозой» европейской безопасности. Речь и о войне в Украине, и о гибридной активности в ЕС. Особое внимание в отчете уделяется оценкам европейских разведслужб: РФ может восстановить свои силы для ведения «локальной войны» против одного из соседей уже через шесть месяцев после гипотетического прекращения огня в Украине, а для подготовки к масштабной региональной войне (например, в бассейне Балтийского моря) России потребуется около двух лет.

Членство как часть гарантий

Поставить диагноз обычно бывает проще, чем излечить. В данном случае — предпринять реальные шаги по перераспределению ролей и обязанностей между Вашингтоном и Брюсселем в пользу последнего. Речь идет о максимально широком круге вопросов: от технологической отрасли до внешней политики. Но, пожалуй, нагляднее всего успех или неуспех новой европейской политики виден сквозь призму украинского вопроса. Напомним, что власти США уже более года говорят о том, что именно ЕС должен взять на себя основной груз ответственности за дальнейшую поддержку Киева — как политическую, так и военную.

Под первым, в частности, подразумевается принятие Украины в ряды членов ЕС. Как ранее писала «Новая-Европа», для этого Киев и Брюссель должны проработать 35 глав переговоров, покрывающих различные сферы взаимодействия: от судопроизводства и налогообложения до безопасности и защиты окружающей среды. Но это — долгий процесс, а времени, как считают сейчас многие европейские лидеры и эксперты, в сложившихся условиях нет: такую гарантию безопасности, как присоединение к ЕС, Украине надо дать как можно скорее. Учитывая это, Европейский союз, как сообщило издание Politico со ссылкой на источники, активно занялся разработкой плана по ускоренному принятию Украины в свой состав. Инициатива предполагает пять пунктов:

• Подготовка. Ради ускорения процесса Киеву предоставляют неформальные указания по поводу переговорных кластеров еще до их официального открытия. При этом никаких поблажек не будет. «Членство приносит пользу только тогда, когда вы проходите трансформацию», — отмечают источники Politico. Президент Украины Владимир Зеленский уверен, что с технической точки зрения страна будет готова ко вступлению уже в 2027 году.
• «Членство-лайт». Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен предложила концепцию «обратного расширения»: «Сначала вступление — потом выполнение обязательств». То есть Украина может получить место за столом ЕС и некоторые права еще до того, как завершит все реформы.
• Ожидание поражения Орбана. Главное препятствие на пути Украины в ЕС — венгерский премьер Виктор Орбан. В Брюсселе, по данным Politico, надеются на победу оппозиции на апрельских парламентских выборах в Венгрии.
• Надежда на Трампа. В Брюсселе считают, что президент США всё-таки может сыграть позитивную роль — надавить на близкого ему Орбана, чтобы тот перестал блокировать заявку Киева. На это уже намекал Владимир Зеленский, отмечая: США могут выступить гарантом того, что никто в Европе не сорвет потенциальные договоренности о мире.
• Лишение Венгрии права голоса. Если же всё предыдущее не сработает, ЕС может воспользоваться статьей 7 своего основополагающего договора, которая позволяет в крайних случаях приостанавливать право голоса страны-члена в Совете ЕС.

Эта утечка в СМИ вызвала гневную реакцию со стороны Орбана. Вначале он написал в соцсети X, что «новый военный план Брюсселя и Киева» — это «открытое объявление войны Венгрии», ведь его авторы «игнорируют решение венгерского народа и полны решимости сместить венгерское правительство любыми средствами». А затем на той же площадке заочно ответил Зеленскому: «Присоединение к ЕС — это процесс, основанный на заслугах. Условия устанавливают государства-члены, а не страны-кандидаты».

Займы и поставки

Так или иначе, пока до расширения ЕС еще далеко. Но Евросоюз может продемонстрировать поддержку Киеву здесь и сейчас. К примеру, 11 февраля депутаты Европарламента воспользовались такой возможностью и дали «зеленый свет» для выделения Киеву кредита в 90 млрд евро. Первый транш должен будет поступить в начале второго квартала 2026 года. 60 млрд будут направлены на военную помощь Украине (в частности, на закупки оружия), а оставшиеся 30 млрд — это финансовая поддержка страны.

Решение о кредите было согласовано лидерами стран на саммите ЕС 19 декабря. Тогда они так и не смогли согласовать схему финансирования Украины за счет замороженных российских активов. Но зато договорились об этом займе, который будет обеспечен бюджетом Евросоюза. Венгрия, Словакия и Чехия, правда, выступили против займа, но было найдено решение — использование так называемого механизма продвинутого сотрудничества, который позволяет действовать не всем 27 членам сообща, а в рамках групп стран ЕС (в группе их должно быть не менее девяти, но в случае с займом набралось 24).

Спустя несколько часов после заседания Европарламента в Брюсселе собрались министры обороны стран ЕС, и тема поддержки Украины там также была в центре внимания. «Этого недостаточно. Правительства стран-членов ЕС тоже должны внести свой вклад», — заявил комментируя решение евродепутатов об общеевропейском займе, министр обороны Финляндии Антти Хяккянен.

Новости о том, кто и какой вклад может внести, стали появляться на следующий день, когда большинство участников европейского заседания увиделись вновь — на встрече министров обороны стран НАТО (в Альянс входят 23 из 27 стран ЕС). Ближе к вечеру на той же площадке — в штаб-квартире НАТО — состоялось заседание контактной группы в формате «Рамштайн».

Ведь в конечном итоге именно это — вместе с гарантиями безопасности — станет самым эффективным сдерживающим фактором против возможного нового вторжения со стороны России», — пояснил необходимость таких встреч генсек Альянса Марк Рютте.

Приехавший в Брюссель министр обороны Украины Михаил Фёдоров поблагодарил партнеров за помощь и обратился к ним с просьбой как можно быстрее передать Украине из своих запасов дефицитные ракеты для систем Patriot. «Мы критически нуждаемся в этом оборудовании, потому что россияне пытаются уничтожить инфраструктуру нашей страны», — сказал он.

По итогам встречи его коллега из Германии Борис Писториус заявил, что ФРГ предоставит Украине пять перехватывающих ракет PAC-3, если другие страны-партнеры передадут в общей сложности 30. При этом он выразил уверенность в том, что эту планку удастся преодолеть, причем в ближайшие дни.

В целом же, как рассказал Михаил Фёдоров, участники встречи «услышали анонсов [помощи на 2026 год. — Прим. ред.] почти на $38 млрд», из которых закупки вооружений на $35 млрд уже подтверждены. «Более $6 млрд — в конкретных пакетах помощи, включая свыше $2,5 млрд на украинские дроны, более $500 млн на программу PURL [закупки американских вооружений союзниками по НАТО. — Прим. ред.], $2 млрд на ПВО, а также средства на артиллерийские боеприпасы, подготовку, морские возможности и другие направления», — уточнил он 13 февраля в своем телеграм-канале. И подробно расписал, что именно на встрече предложили союзные страны: Великобритания, Германия, Норвегия, Нидерланды, Бельгия, Швеция, Дания, Испания, Канада, Исландия, Литва, Латвия, Эстония, Австралия, Португалия, Турция и Словения.

Остался доволен и министр обороны Великобритании Джон Хили. Он заверил, что заседание послало Кремлю очень четкий сигнал: «Мы более едины и решительны, чем когда-либо. Мы усилим военную помощь Украине. Мы усилим давление на Россию».

Работать еще есть над чем. В тот же день, 11 февраля, Кильский институт мировой экономики (Германия) обнародовал новые данные о военной помощи Киеву, из которых следовало: Европе — теперь главному донору Украины — не удалось полностью компенсировать отсутствие поддержки со стороны США.

Есть еще один тревожный для Европы аспект, касающийся обороны и безопасности: слова об укреплении стратегической независимости от США пока остаются лишь словами. Как отмечают авторы доклада Мюнхенской конференции, Европа «по-прежнему критически зависит от США» в целом ряде областей: от противовоздушной и противоракетной обороны и беспилотников до разведки и кибербезопасности.

Марк Рютте не раз призывал европейские государства значительно ускорить развитие оборонной промышленности, увеличив тем самым собственный вклад в обеспечение своей безопасности. Однако резко снизить зависимость от поставок вооружений из США — нетривиальная задача для Европы, и ощутимые результаты появятся не сегодня и не завтра.

Движение на разных скоростях

Пока министры обороны обсуждали перспективы усиления самодостаточности в своей сфере, с другой стороны к теме отношений с США в 2026 году подошли лидеры стран ЕС. Вечером 12 февраля они собрались в замке Алден-Бисен примерно в часе езды от Брюсселя, чтобы обсудить сценарии повышения конкурентоспособности ЕС.

«Если мы хотим быть геополитической силой, то должны быть либо мощной экономической силой, либо мощной военной силой. Мы уже мощная экономическая сила, но нам нужно стать значительно сильнее», — задала тон дискуссиям верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кая Каллас. «Мы должны защищать наши компании от недобросовестной конкуренции и экономического давления, обеспечивать их нормальную деятельность и решать проблему высоких затрат на энергию», — согласился с ней председатель Евросовета Антониу Кошта, решив лишний раз не называть вслух источник этого давления.

По итогам встречи лидеры договорились ускорить создание Союза сбережений и инвестиций, облегчить правила регистрации компаний и урезать различные бюрократические процедуры. Проще говоря, усиливать единый общеевропейский рынок, чтобы эффективнее конкурировать с США и Китаем. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен дала понять, что конкретика появится к следующему, мартовскому саммиту, где должен быть представлен план «Одна Европа — один рынок».

В статьях про саммит европейские СМИ много писали о разногласиях внутри ЕС. Например, между «осью Рим–Берлин» и всеми остальными. Или между Берлином и Парижем. В частности, как сообщало издание Politico, разногласия вызывало то, насколько широко трактовать принцип «европейского приоритета» в государственных закупках в ключевых секторах: Франция выступает за более протекционистский подход, а вот Германия, Италия и страны Северной Европы призывают к большей открытости. В целом, не все страны согласны с инициативами Еврокомиссии в сфере общего рынка.

В итоге, по данным Politico, было принято решение воспользоваться механизмом продвинутого сотрудничества — тем же самым инструментом, который в декабре прошлого года позволил одобрить займ Украине. И это кардинальное изменение для Евросоюза. По сути, лидеры дали «зеленый свет» многие годы вызывавшей ожесточенные споры концепции «Европы разных скоростей»: кто хочет — продвигается в определенной области под руководством Еврокомиссии, кто не хочет — не делает этого.

Хотя повестка саммита не предполагала обсуждения Украины, обойтись без этой темы и в таком формате оказалось невозможно. К примеру, Виктор Орбан отметил, что раз ЕС так озабочен вопросами своей конкурентоспособности, то надо предпринять два шага: «Во-первых, остановить войну. Война — это плохо для бизнеса. Ищите мира. Во-вторых, не присылайте свои деньги кому-то другому. Не присылайте деньги Украине». Именно таков, по убеждению венгерского премьера, состоит «самый простой рецепт победы для Европы». Как и прежде, такая позиция оказалась на саммите маргинальной.

В поисках внутренней силы

К пятнице, 13 февраля, все эти ниточки переплелись в один большой клубок обсуждений и дебатов, развернувшихся на трехдневной Мюнхенской конференции по безопасности — крупнейшем международном форуме по этой теме. Организаторы отмечали, что в число более чем тысячи делегатов из 120 стран вошли шесть десятков глав государств и правительств, а также около 100 министров иностранных дел и обороны. Максимально широкой была и повестка: от освоения космоса, искусственного интеллекта и доступа к водным ресурсам до проблем Арктики, Ирана, Палестины, Венесуэлы, Сирии, Судана, Беларуси и, конечно же, Украины (председатель Мюнхенской конференции Вольфганг Ишингер заранее дал понять, что эта тема будет на первом месте в повестке дня).

Практически во всех обсуждениях так или иначе прослеживалась мысль, которую высказал на открытии конференции канцлер ФРГ Фридрих Мерц: «отпуск от мировой истории» (то есть относительно спокойный период без множества войн и потрясений) закончился, а «основанного на правах и правилах международного порядка — каким бы несовершенным он ни был даже в лучшие времена — больше нет».

В целом выступление было посвящено необходимости европейского единства, учитывая стремительный рост могущества Китая и ненадежность Вашингтона, с которым у Европы «возник глубокий разрыв». Среди прочего, Мерц обратил внимание на такой момент: экономика ЕС примерно в десять раз больше экономики РФ, но «Европа не действует в десять раз сильнее». Это Мерц назвал ключевой стратегической слабостью континента.

О необходимости «стратегической автономии» много говорил и президент Франции Эмманюэль Макрон. «Сейчас время для смелости. Сейчас время для сильной Европы». — заявил он, призвав «обеспечить все компоненты геополитической мощи: оборону, технологии и снижение рисков зависимости от крупных держав». Среди прочего, французский лидер отметил, что Европа должна всерьез заняться своей собственной программой ядерного сдерживания, развивать оборонные проекты (к примеру, зашедшую в тупик инициативу по созданию истребителя нового поколения FCAS) и «показать миру непоколебимую приверженность защите собственных интересов». «Это, разумеется, начинается с продолжения поддержки Украины, но может также включать в себя ответ на необоснованные тарифы и вежливый отказ от необоснованных притязаний на европейскую территорию», — пояснил он, намекая на заявления Трампа по поводу Гренландии.

В завершение Макрон призвал европейцев проявить смелость, сильнее давить на Россию и «быть абсолютно ясными» в своей поддержке Украины. «Такая Европа будет хорошим союзником и партнером для США. Это будет партнер, которого уважают. Нас должны уважать: мы уже сделали многое и сделаем еще больше», — попытался вдохновить аудиторию на подвиги Эмманюэль Макрон.

«Можете ли вы представить Путина без войны?»

Об этом же рассуждал и глава МИД Украины Андрей Сибига, у которого в Мюнхене была насыщенная программа из выступлений и встреч. «Мы вступили в новую эру. Аутсорсинг безопасности для Европы закончился. Пришло время укреплять внутреннюю силу», — заявил он в пятницу. И добавил: «А это возможно только при условии, что Украина станет неотъемлемой частью новой европейской архитектуры безопасности».

Президент Владимир Зеленский, выступая на конференции в субботу, эту мысль развивал. В частности, он отметил: «Войны не ведутся в одиночку. На полномасштабную войну нужны технологии и деньги для обороны. Никто не выстоит один. Поэтому, пока мы инвестируем в перехватчики и защиту, Россия инвестирует в разрушение нашего единства — нашего единства с вами, единства в Европе, единства в евроатлантическом сообществе».

После этого Владимир Зеленский поблагодарил всех партнеров в Европе и за ее пределами «за каждое сильное решение и за всю совместную работу». Особо он отметил, что «большинство ракет, способных остановить российские баллистические ракеты, поступают благодаря программе PURL», то есть закупкам американского оружия на европейские деньги.

Между тем украинский лидер призывал не снижать темпы помощи и в целом не расслабляться. Во-первых, потому что вооружений и боеприпасов не хватает. Он привел в пример воздушную атаку в ночь на 12 февраля. «Россия запустила 24 баллистические ракеты и 219 ударных дронов. Наша противовоздушная оборона использовала ракеты-перехватчики, которые поступили от наших партнеров всего за несколько дней до этого. Они прибыли в воскресенье, а в ночь на четверг эти ракеты уже защищали наше небо», — рассказал Владимир Зеленский.

Во-вторых, как указал украинский лидер, технологии постоянно развиваются и «чем дольше продолжается война, тем больше ресурсов получает агрессор, тем опасней становятся последствия». К примеру, первые беспилотники «Шахеды», которые России передал Иран, были примитивными, а с тех пор стали куда более смертоносными.

Говоря о перспективах урегулирования, Владимир Зеленский попытался донести до аудитории простую мысль о том, что ключевая проблема на пути к миру в Украине — Путин: «Он не может представить жизнь без власти и после власти. Нормальные вещи не интересуют его. Путин советуется больше с Петром Первым и императрицей Екатериной, чем с кем-либо из ныне живущих».

При этом он повторял в тех или иных выражениях мысль о том, что не только Украина, но и вся Европа не может чувствовать себя в безопасности. Например, Зеленский прокомментировал слова председателя конференции Вольфганга Ишингера, который ранее заявил в интервью DW: «Пока эта война ведется — решительно и мужественно — нашими украинскими друзьями, Европа в безопасности». «Это было прямо и, наверное, немного цинично. Но посмотрите на цену, на боль, через которую проходит Украина», — ответил ему Владимир Зеленский.

По его словам, за украинским народом сейчас действительно стоят европейские страны: «Независимая Польша и свободные страны Балтии, Молдова и Румыния, которые стремительно развиваются, без диктатуры…» «И даже один Виктор может думать о том, как отращивать свой живот, а не о том, как наращивать свою армию, чтобы останавливать российские танки от возвращения на улицы Будапешта», — резко добавил он, имея в виду Виктора Орбана. Но, продолжил украинский лидер, «неправильно считать, что это постоянная договоренность, договоренность, по которой другие могут оставаться в безопасности позади Украины». «Украинцы — это люди, а не терминаторы», — пояснил свою мысль Владимир Зеленский.

Именно поэтому, подчеркнул президент, Украине и Европе необходимы реальные и сильные гарантии безопасности, которые должны быть согласованы и предоставлены до окончания войны. При этом он добавил — вероятно, в первую очередь обращаясь к администрации Трампа, — что «России нельзя давать надежду на то, что она не понесет наказания». Пока же, констатировал Зеленский, американцы «слишком часто обсуждают уступки [возможные по итогам переговоров. — Прим. ред.] только в контексте Украины, а не России».

Дети Европы

Между тем незадолго до Владимира Зеленского на сцену выходил еще один ключевой гость конференции — госсекретарь США Марко Рубио. Отвечая на вопросы Вольфганга Ишингера, он заверил: Вашингтон будет и впредь делать всё возможное, чтобы содействовать прекращению войны, — в частности, изучать возможности достижения результата, с которым сможет смириться Украина и который будет приемлем для России.

При этом глава американской дипломатии дал понять, что всё непросто: «Мы не знаем, серьезно ли настроены россияне в отношении прекращения войны. Россияне говорят, что они настроены серьезно. Но неясно, на каких условиях они готовы к окончанию войны, и можно ли найти условия, которые будут приемлемы и для Украины».

Само выступление Марко Рубио было в основном сконцентрировано на другой крайне актуальной все эти дни теме — трансатлантическом единстве. То, что в Мюнхен приехал именно Рубио, европейские участники восприняли как позитивный знак: глава Госдепартамента считается куда более сдержанным и дипломатичным, чем вице-президент Джей Ди Вэнс. В итоге Рубио оправдал ожидания.

Его речь была посвящена «неразрывной связи между Старым и Новым светом»: «Для нас, американцев, дом может находиться в Западном полушарии, но мы всегда будем детьми Европы». Дипломат говорил и о всемирном наследии Европы («Здесь появились Моцарт и Бетховен, Данте и Шекспир, Микеланджело и да Винчи, The Beatles и The Rolling Stones»), и о своих далеких предках, 250 лет назад живших в Италии и Испании, и о том, что европейцы принесли в США «как священное наследие память, традиции и христианскую веру».

Конечно, Марко Рубио не обошел стороной и разногласия между США и ЕС: например, раскритиковал меры по борьбе с изменением климата, а также миграционную политику и свободную торговлю. Но в целом было очевидно: глава американской дипломатии попытался залечить раны, нанесенные в прошлом году Джей Ди Вэнсом. «Я здесь, чтобы ясно заявить: Америка прокладывает путь к новому веку процветания. И мы снова хотим делать это вместе с вами — нашими дорогими союзниками и старейшими друзьями», — заявил он. И закончил выступление такими словами: «“Вчера” прошло. Будущее неизбежно. И наша общая судьба нас ждет». После этого все присутствовавшие в зале встали со своих мест и долго ему аплодировали.

В Мюнхене Марко Рубио был не один. На конференцию приехали члены Конгресса США, а также губернаторы Мичигана и Калифорнии. И к последнему — демократу Гэвину Ньюсому — было приковано особое внимание. Его выступления были заявлены на двух панельных дискуссиях: о трансатлантическом сотрудничестве и о климате.

Уже после январского форума в Давосе, где политик призывал Европу перестать быть «такой бесхребетной» и отказаться от игры по правилам Трампа, о нём начали писать как о голосе той части США, с которой Европа предпочла бы иметь дело. Перед нынешней поездкой Гэвин Ньюсом рассказал, что его цель — донести до европейцев тезис о том, что «Калифорния — стабильный и надежный партнер». Мысль о том, что таким партнером станут и все США — если он придет к власти — не проговаривалась, но явно подразумевалась. И даже в ходе совсем непрофильной, климатической дискуссии Ньюсом успел обратиться к аудитории с призывом не воспринимать Дональда Трампа как что-то вечное: «Его не будет [в Белом доме. — Прим. ред.] через три года».

Согласно нынешним соцопросам, Ньюсом — очевидный фаворит среди потенциальных участников президентской кампании-2028 от Демократической партии и может составить серьезную конкуренцию кандидату от республиканцев (таковым сейчас чаще всего называют Джей Ди Вэнса). Так что, возможно, на Мюнхенской конференции-2029 уже никому и не придет в голову ставить под сомнение «неразрывность связи между Старым и Новым светом». Надо только перетерпеть.