Активистка Анна Степанова, известная своими выступлениями в защиту поселка Шиес, может лишиться квартиры под Архангельском. Ее двоюродный брат, российский военный, обратился в полицию, чтобы лишить ее жилья. Участник «СВО» Олег Горин опасается, что Степанова, которой пришлось эмигрировать из-за преследования за антивоенную позицию, продаст квартиру и отправит деньги «на поддержку ВСУ». Впрочем, сама Анна это и не отрицает.
Издание «Ветер» пообщалось и со Степановой, и с Гориным, чтобы разобраться в этой истории.
Впервые материал был опубликован в издании «Ветер».
«Значимый человек в нашем поселке»
Анна Степанова — известная архангельская экоактивистка. До войны она защищала поселок Шиес от строительства мусорного полигона, а в 2022 году выступала против вторжения России в Украину. После нескольких штрафов за дискредитацию армии Анна уехала из России в Грузию, вместе с мужем и двумя детьми.
В небольшом поселке Савинский в трех часах езды от Архангельска у нее осталась трехкомнатная квартира.
— 4 января мне сообщили, что в квартиру, которая в долевой собственности у моих детей, пришел мой двоюродный брат Олег с эфэсбэшником. И, насколько я поняла, звонили моей маме. Мы не общаемся с родственниками, поэтому я не знаю подробностей. Якобы они хотели с ней встретиться, — рассказывает «Ветру» Степанова. — Олег сам вышел в TikTok и сказал, что написал заявление в ФСБ. Мне рассказали, что он выходил на стримы подписчиков и говорил об этом. Его узнали и мне передали информацию («Ветру» не удалось найти видео).
Олег Горин. Фото Анны Степановой
Квартиру в Савинском Анна покупала несколько лет назад. На момент ее отъезда «трешка» здесь стоила около миллиона рублей — поселок маленький, и за последние двадцать лет его население значительно сократилось. Здесь живет около 5 тысяч человек. В поселке до сих пор нет природного газа, пятиэтажные дома отапливаются мазутом, а «засыпухи» — деревянные бараки, строившиеся как временное жилье, но используемые до сих пор, — на печном отоплении, поясняет Анна. В одной из таких «засыпух» живет ее 96-летняя бабушка.
— Я работала на двух работах, чтобы купить квартиру, брала кредит. Этот кредит я давно выплатила, квартира полностью в собственности, оформлена на меня и двух моих детей, она в равных долях. Моему старшему сыну 19 лет, дочке в марте исполнится 18, — говорит Анна.
В Савинском почти все местные жители поддерживают войну в Украине, рассказывает активистка. В том числе, ее мать, тетя и двоюродный брат, 35-летний Олег Горин. Он российский военный, участник «СВО» и недавно приехал домой в отпуск.
С начала «полномасштабки» он заключил контракт — сначала с ЧВК «Вагнер», потом с «Министерством нападения Российской Федерации» (имеется в виду Минобороны РФ — Прим.ред.). То есть с начала войны он убивает украинцев и об этом заявляет открыто, — рассказывает Степанова. — У него есть видео соответствующие. Например, он записывал видео в детской шапке, которая, я так понимаю, трофейная, там на видео абсолютно разваленные дома. И он в этой шапке стоит и говорит что-то вроде «я штурмовик, мне похую, я к вам приду и всех убью». Он прям гордится этим.
По ее словам, брат написал на нее донос в полицию, но «не за квадратные метры», а за идею.
— То есть он действительно считает, что я предатель Родины, а он герой и он делает всё правильно. Не думаю, что ему эта квартира нужна, потому что у него есть жилье бабушки. Но сейчас у него есть возможность ходить по поселку с гордо поднятой головой. Раньше у него не было нормальной работы, он не был в регулярной армии — его не взяли, потому что он вены резал и не прошел медкомиссию. А теперь Олег значимый человек в нашем поселке, его признают, ему власть имущие жмут руку и говорят: «Спасибо, Олег, что вы написали заявление на предателя родины». Сейчас у него минута славы, — говорит Степанова.
Олег Горин. Фото Анны Степановой
Как отмечает Анна, она не знает, что конкретно ее брат написал в заявлении в правоохранительные органы.
— Каким образом у меня могут забрать квартиру, понятия не имею. Но не сомневаюсь, что сейчас о законности каких-то оснований речи не идет. Вы же видите, карательная машина в России работает таким образом, что никакие законы не исполняются. Закон — это дышло, работает против тех, кто высказался против Путина или войны, кто не лоялен к власти, — подчеркивает Степанова.
По ее словам, с квартирой в России она уже мысленно простилась и своего имущества ей не жаль.
— Мне не жалко вообще. Когда покидала Россию, я понимала, что мне больше там ничего не принадлежит. У меня был наложен арест на все счета, я не выплачиваю штрафы, которых там уже около миллиона рублей. И я понимала, что рано или поздно квартиру заберут. И даже думала, что это случится гораздо раньше. Я считаю, что если таким образом я обрела свободу — за квадратные метры, — то это очень здорово. Но я, конечно, не думала, что заявление напишет именно брат, — отмечает Степанова.
Сам Горин отказался предоставить заявление в полицию и ответить на уточняющие вопросы.
Деньги на поддержку ВСУ
Журналисту «Ветра» удалось пообщаться с Олегом Гориным. Он рассказал, что действительно написал заявление на двоюродную сестру — за клевету.
— Анна Степанова утверждает во всех видео, что я штурмовик, не зная моей профессии. Заявление в полицию первоначально было подано из-за того, что она много врет, в отношении семьи в первую очередь, — сообщил Горин.
— Я не писал заявление в ФСБ, я писал в полицию, для того, чтобы она лишилась квартиры, не продала ее. И чтобы деньги не пошли на поддержку ВСУ или в ее карман, на пропаганду и клевету.
Горин сообщил, что в своем заявлении специально указал, что у Степановой есть в собственности жилье. Лишить двоюродную сестру недвижимости можно по закону, сказал Горин. И посоветовал смотреть Уголовный кодекс. Однако механизм, как именно он видит лишение Степаной квартиры, он озвучивать не стал и отказался от дальнейших комментариев.
Сама же Анна, узнав о словах брата, сказала, что если бы она продала свою квартиру, то отправила бы деньги на поддержку ВСУ.
Анна Степанова. Фото из личного архива Степановой
Квартира, «полученная в результате преступления»
Законный способ отобрать имущество у гражданина РФ действительно есть. Так, 21 апреля 2025 года Владимир Путин подписал закон, который предусматривает конфискацию, в частности, за такие преступления:
— дискредитация армии;
— призывы к санкциям;
— содействие в исполнении решений международных организаций, в которых РФ не участвует, или иностранных госорганов;
— публичное распространение ложной информации об использовании ВС РФ.
Однако при конфискации недвижимости, как говорят юристы, придется доказать, что имущество использовалось в деятельности, направленной на подрыв безопасности и основ конституционного строя России. И что недвижимость была приобретена за счет средств, полученных от преступления.
Как говорит Анна, она не знает, возбуждены ли против нее в России уголовные дела. На днях ей стало известно о новом протоколе — за то, что она нарушает закон об «иноагентах» и не ставит плашки в соцсетях. Но наступила ли в отношении ее уголовная ответственность за систематический характер нарушений, она не знает.
Часы с Путиным и побег в прямом эфире
В феврале 2022 года мирный поселок Савинский преобразился, вспоминает Анна. Местные жители сразу показали свое отношение к войне.
— Сразу после начала «полномасштабки» практически все, кого я видела, вышли с триколорами, обклеили машины буквами Z, — говорит Степанова. — Рядом с нами закрытая территория, город Мирный, откуда «сарматы» «отрицательно взлетают» (имеются в виду неудачные пуски ракет на полигоне — Прим. ред.) На бывшем Савинском цементном заводе, это бывшее градообразующее предприятие, делают дроны для убийства украинцев. В Архангельской области прям очень-очень серьезная поддержка боевых действий.
Многие мужчины отправились на войну, кто-то за идею, а кто-то за деньги, говорит Анна. И цены на недвижимость в поселке подросли.
— И вот они едут туда, а потом покупают жилье. У меня же не только брат воюет, у меня и первый «пробный» муж тоже убивает украинцев. Он сразу пошел в первых рядах по мобилизации. А сейчас, насколько я знаю, списался по ранению и строит дом в Подмосковье. Хотя у него никогда даже комнаты не было в общежитии в Савинском, — говорит Степанова.
Как рассказывает Анна, ее отец украинец, он похоронен в Черкасской области. Поэтому для нее начало полномасштабной войны стало огромной личной трагедией.
Анна Степанова с пикетом у здания администрации в Плесецке, 2019 год. Фото: «Поморье — не помойка!» / VK
— По отцу я украинка. При этом моя мама полностью поддерживает Путина. У нее есть часы с Путиным. Со мной она не общается, звонит иногда детям, но редко. Она полностью цитирует методичку Кремля, и Путин для нее икона — полностью пропагандистские нарративы, — рассказывает активистка.
По ее словам, до войны с братом Олегом они общались, а в детстве даже дружили.
— Раньше мы дружили, я присматривала за ним, занималась с ним, когда он был маленький, потому что я старшая сестра, хоть и двоюродная. Мы были довольно-таки близки. И когда началась война, я пыталась доказать ему что-то. Говорю: «Олег, ну ты понимаешь, мы террористы, мы вторглись на чужую землю, мы убиваем невинных людей». И он с таким психом: «Аллея ангелов! Распятый мальчик!» (нарратив об Аллее ангелов - памятнике детям Донбасса, и историю с "распятым мальчиком" использовала российская пропаганда после 2014 года — Прим. ред.)
То есть вот эта методичка, которая есть в России, — это показательный пример, как она действует. И я не смогла его переубедить. А сейчас он говорит, что я больше никогда не вернусь домой, хотя бы потому, что он там есть. Ну, то есть он угрожает расправой. Не сомневаюсь, что он на это способен.
В Плесецке у Анны была зоогостиница, где вместе с собаками, взятыми на передержку, жили и бездомные животные. Сама Степанова занималась активистской деятельностью. И в 2019 году выступала против строительства мусорного полигона в районе станции Шиес. И в день прямой линии с президентом, 20 июня 2019 года, Степанова зачитывала обращение Правительству и населению страны.
— Мы открывали там с девочками первую женскую вахту в поселке Шиес. И за свою деятельность я постоянно получала угрозы. Ко мне в гостиницу приезжали люди в масках по заявлению, что якобы я издеваюсь над животными. Потом как-то мы ехали в Москву на машине, нас задержали, мол, кто-то сообщил, что мы перевозим литературу экстремистского содержания. Нас задержали, чтобы мы не попали вовремя на марафон в поддержку политзаключенных. Но мы его все равно провели. А однажды, когда я ехала из Шиеса, мне позвонил муж, сказал, что наша гостиница горит. Всех животных он спас, а здание сгорело. Когда меня муж встретил с поезда, у него в машине сидели собаки, кошки и попугаи, — вспоминает Анна.
По ее словам, угрозы во время протестов в Шиесе она получала неоднократно. Как-то к ней домой пришли органы опеки — мол, некая местная жительница написала на Степанову анонимное заявление.
— То есть на меня якобы пришло письмо от какой-то Морозовой Натальи Олеговны, что мои дети находятся в каком-то там состоянии. И к моей маме пришли органы опеки, провели проверку. А я тогда написала встречное заявление, потому что по закону они не имели права начинать проверку от анонима. И выяснилось, что никакой Морозовой вообще не существует, а заявление на меня было написано начальником полиции. Они не думали, видимо, что я начну разбираться, — говорит активистка.
Во время протестов в Шиесе неизвестные обстреляли ее автомобиль, стоящий у подъезда.
— Думаете, было какое-то уголовное дело? Нет, не было. Приехали полицейские и сказали — в следующий раз будут наркотики. Я не знаю, кто это делал, — рассказывает Анна.
Обстрелянная машина Степановой в Савинском, 2019 год. Фото: «ОбъединивШИЕСя» / VK
Когда началась полномасштабная война в Украине, Степанова была модератором сразу в нескольких группах экоактивистов. Она разместила видео в антивоенных сообществах, но понимания практически не нашла.
— Тогда на меня более десяти заявлений в полицию написали. Я тогда просто охерела, ведь я думала, что все против, честно. Пока не вышла на улицу и не увидела, что все с буквами Z и триколорами. Там многие писали заявления — члены партии «Единая Россия», бывшие наркоманы какие-то, учредители каких-то организаций, — вспоминает Анна.
По ее мнению, большинство из тех, кто участвовал в протестах в Шиесе, поддержали войну в Украине. Сама же она активно писала антивоенные посты в своих соцсетях. В 2022 году против нее было составлено сразу три административных протокола за дискредитацию армии.
Первый штраф был выписан Степановой за участие в документальном фильме немецкого телеканала OstWest. Второй назначили после доноса участника войны в Украине Олега Милькова, который попросил Владимира Путина привлечь к ответственности лиц, занимающихся «подрывом государственной деятельности», и блокировать «антигосударственные» интернет-ресурсы. К обращению он прикрепил скриншоты антивоенных постов со страницы Степановой «ВКонтакте». После этого ее страница была заблокирована по требованию прокуратуры.
Тогда же в своей студии груминга Анна заметила прослушку, оставленную сотрудниками местного ФСБ. И приняла решение уехать из России.
— Представители немецкоязычной компании Ostwest связались со мной, чтобы снять фильм про мою экоактивность в России. Я согласилась. И в этот момент в мою студию груминга поставили прослушку, началось преследование, и журналистам пришлось меня вывозить из страны. В фильме прям все снято, как я поехала на встречу с адвокатом, он мне сказал: «Ты должна была выехать еще вчера». И всё, домой я больше не вернулась, — говорит Анна.
Активистка с семьей на полгода оказалась в Грузии, где открыла шелтер для беженцев с животными.
— Это было бесплатное жилье для тех, у кого есть животные. Потому что найти жилье в чужой стране с животными очень сложно. У меня там жили украинцы, белорусы, потом началась мобилизация, и приезжали россияне. Мы до сих пор с этими людьми общаемся, потрясающие люди, — вспоминает активистка.
Через полгода она получила гуманитарную визу Германии и переехала туда с семьей.
— Муж у меня уже официально работает, дети учатся в интеграционном классе, я закончила обучение по грумингу, получила диплом, чтобы работать здесь. И мне безумно нравится Германия, я нисколько не жалею, что переехала. До отъезда я никогда не была за границей. У меня был свой бизнес, всё там было хорошо. Но свобода слова для меня оказалась дороже. И за два года Германия нам дала больше, чем Россия за 42, — рассказывает Анна.
По ее словам, в Германии она занимается блогерством, рассказывает о преступлениях кремлевского режима.
— Я волонтер, я здесь участвую во всех акциях, постоянно сбрасываю деньги на ЗСУ (ВСУ — Прим. ред.). Я жду, что Украина отстоит свои территории и что она сломает этому гопнику и зубы, и руки, и что у России больше не останется желания нападать на какие-то страны, — отмечает активистка. И я призываю всех здравомыслящих поступать так же.
