Убедили суд, что хорошо воспитали сына

«Новая газета Европа» подробно рассказывала о деле несовершеннолетнего Егора Балазейкина, обвиненного в терроризме за две неудачные (несостоявшиеся безуспешные) попытки поджога военкоматов в Петербурге и городе Кировске Ленинградской области в феврале 2023 года. Во втором случае, у здания военкомата в Кировске, в ночь на 1 марта 2023 года, Егора задержали. Сначала его обвинили в поджоге, позднее, после допросов подростка, дело переквалифицировали по террористической статье.

А в отношении родителей Егора сразу же, 1 марта 2023 года, правоохранительные органы возбудили административные дела о правонарушении, предусмотренном ст. 5.35 ч. 1 КоАП РФ («ненадлежащее исполнение родительских обязанностей»). В апреле прошлого года эти дела были рассмотрены комиссией по делам несовершеннолетних (в составе КДН — представители районной администрации и полиции). Чиновники и правоохранители признали родителей Балазейкиных виновными. Главным доводом членов комиссии по делам несовершеннолетних стало то, что родители Балазейкина «не контролировали в достаточной степени досуг сына», вплоть до абсурда: не знали, где он находится буквально поминутно, не проверяли, чем занимается подросток в ночное время и т.п.

Татьяне и Даниэлю вменили то, что они якобы (цитируем):

• •не осуществляли должный контроль и присмотр за несовершеннолетним сыном;
• •не контролировали свободное времяпровождение ребенка;
• •за судьбу сына не переживали;
• •полностью самоустранились от контроля за поведением сына.

Формально чиновники и полицейские нашли, за что зацепиться.

Как рассказывала «Новая газета Европа», до 9-го класса Егор жил вместе с родителями в Отрадном (маленький город в Кировском районе Ленобласти) и учился в местной школе. Но затем, при выборе будущей профессии (мальчик мечтал стать дипломатом), Егор решил, что этого уровня знаний и подготовки ему недостаточно. После 9-го класса школьник из Отрадного сдал экзамены (набрал 100 баллов по русскому языку и 96 баллов по обществознанию) и поступил в элитную петербургскую гуманитарную гимназию. Это принесло не только радости, но и трудности. На дорогу до учебного заведения из Ленобласти у старшеклассника уходило два-три часа (и столько же — обратно). Нередко случалось, что по два часа на вокзале он просто ждал электричку.

Из-за того, что сын часто возвращался домой поздно, сильно уставал, хронически не высыпался, мать с отцом решили снять ему комнату в Петербурге, недалеко от гимназии, чтобы в загруженные учебой дни Егор мог оставаться ночевать в городе. Так жил и учился Егор четыре месяца, на протяжении которых не было ни дня, чтобы он не списывался или не созванивался с родителями, и ни одной недели, чтобы не приезжал на несколько дней домой. Однако именно это отдельное проживание подростка от родителей в некоторые учебные дни с начала ноября 2022 года до 28 февраля 2023 года позволило чиновникам и инспекторам по делам несовершеннолетних обвинить Балазейкиных в родительском недосмотре.

Оспаривали это решение Татьяна и Даниэль в Кировском городском суде Ленобласти с января. Супруги доказывали суду, что находились рядом с сыном, страдающим неизлечимым генетическим заболеванием, на протяжении всей его жизни. Воспитывали, поддерживали, лечили, помогали во всем. Суд приобщил к делу грамоты, дипломы, характеристики Егора и сведения об успеваемости из школы и гимназии, где мальчик учился преимущественно на «хорошо» и «отлично». Десятки благодарственных писем за это время получили и его родители.

— Я документально доказал, что воспитывал сына прекрасно, — отметил на заседании суда Даниэль Балазейкин. — За 16 лет жизни своего сына я ни от одного человека не слышал о нем ни одного плохого слова. Он ни разу никого не обидел. По мнению членов комиссии, один день из жизни сына перечеркивает всю жизнь? Давайте тогда обсуждать: почему Егор сделал, то что сделал? Вследствие чего он пошел поджигать военкоматы?

— Я не понимаю претензий в свой адрес, — выступила в суде Татьяна Балазейкина. — Мне вменяется, что 28 февраля 2023 года, ровно в 21:45, я ненадлежащим образом исполняла родительские обязанности в отношении своего несовершеннолетнего сына. Мне как матери непонятно, как мне вменяются определенные минуты определенной даты, когда я не исполняла свои родительские обязанности? А до этого период времени, когда я их исполняла, просто обнуляется? А то, что после этого и до сих пор продолжаю исполнять, тоже не учитывается?

— Мы же не просто так принесли и приложили документы аж с начальной школы Егора. И по отношению его успеваемости, и по отношению нашей роли в его жизни. Видно, что мы всегда были рядом. Никаких нареканий по отношению к нам как к родителям за всю жизнь не возникало.

— Фразы комиссии — «должный контроль и присмотр за несовершеннолетним сыном не осуществляла», «свободное времяпровождение не контролировала», «за судьбу сына не переживала», «полностью устранилась» — общие. Ни у одной из них нет обоснования. На основании чего утверждается, что я не осуществляла контроль? Я даже 28 февраля Егору несколько раз звонила, мы бесконечно списывались, как и каждый день…

Члены комиссии по делам несовершеннолетних в суде возражали, что конкретно в тот момент ночью 12 февраля, когда подросток бросал бутылку с зажигательной смесью в военкомат в Петербурге, и вечером 28 февраля, когда повторил то же самое в Кировске, родители за ним не уследили. Однако судья Кировского городского суда Надежда Зубакина эти доводы не приняла во внимание. А Балазейкины подчеркнули, что — по закону — человек, достигнувший 16-летия, имеет право проживать самостоятельно.

20 февраля судья вызвала для допроса в суд инспекторов по делам несовершеннолетних, допрашивавших Егора при задержании в ночь на 1 марта. А также изучила личную переписку родителей и сына, выслушала объяснения всех участников процесса, задала уточняющие вопросы. После чего, уже по окончании рабочего дня, вынесла вердикт: отменить решение комиссии по делам несовершеннолетних о ненадлежащем исполнении родительских обязанностей в отношении Татьяны и Даниэля Балазейкиных. Прокуратура может оспорить это решение в течение десяти дней.