ПисьмаОбщество

«Я устала от бессилия и ужаса»

Надеждин сдал подписи за выдвижение в президенты. «Новая-Европа» публикует письма тех, кто поддержал антивоенного кандидата

«Я устала от бессилия и ужаса»

Люди ставят подписи в поддержку Бориса Надеждина в предвыборном штабе в Москве, 25 января 2024 года. Фото: Юрий Кочетков / EPA-EFE

31 января, в последний день, Борис Надеждин пришел в ЦИК со своими сторонниками и принес 105 тысяч подписей за выдвижение в президенты России. Сто — необходимое количество для кандидата от партии, еще пять — на случай брака. Теперь слово за Центризбиркомом, который должен принять решение о регистрации в течение десяти дней.

Даже среди тех, кто поддержал единственного антивоенного кандидата, который может оказаться в бюллетене, далеко не все верят, что его допустят до выборов. Подавляющее большинство сходится на том, что окончательное решение ЦИК будет сугубо политическим. Впрочем, сам Надеждин в комментариях СМИ подчеркивает, что очереди к его штабам «видел весь мир» и что законных причин не зарегистрировать его нет.

Среди тех, кто поставил подпись за Надеждина, есть и читатели «Новой газеты Европа». Редакция попросила их рассказать, почему они это сделали, и теперь публикует их письма.

Примечание редакции

«Новая-Европа» получила множество писем, прочитала все и теперь публикует часть из них с незначительной редактурой. В целях безопасности мы скрыли имена читателей. Спасибо всем, кто прислал рассказ!

Я поставил подпись за Надеждина, чтобы приблизить конец войны, а значит, и спасение моей родной Белгородской области, от которой осталось два столба. Но даже эти два столба останутся для меня самым дорогим в жизни. Я знаю суржик этих столбов и люблю хабальство живущих среди этих столбов людей. А еще я люблю свою маму и бабушку, которые за всё это время, как и люди по ту, украинскую сторону границы, забыли, что такое жизнь.

***

Я живу в Пскове, протестное движение у нас весьма скромное. Позиция знакомых и близких либо радикально прокремлевская, либо максимально аполитичная. Подобная картина вызывала только состояние тотальной безысходности и безвыходности. После недопуска Дунцовой руки совсем опустились, а взгляд на будущее стал мрачнее тучи.

Мысль пойти поставить подпись за Надеждина появилась спонтанно. Мне попались несколько видео с его кампанией по сбору подписей: они оказались как глоток свежего воздуха среди пропутинского мракобесия. После третьего или четвертого ролика я для себя решила, что завтра же пойду поставлю подпись, совершенно не надеясь, что таких же единомышленников наберется больше пяти человек. Однако в пункте сбора подписей я попала в длинную очередь, где стояли люди самых разных возрастов. За мной вскоре тоже собралось немало человек.

Это была первая очередь, где люди искренне улыбались, с верой и благодарностью смотрели друг на друга. Они тоже не могли до конца поверить, что не одни, что нас много и мы жаждем перемен. До этого момента мне казалось, что я делаю маленькое и незначительное дело, однако никогда раньше мой голос не звучал так громко и не значил так много.

***

Для меня как для человека, родившегося на втором сроке Путина, эта кампания, считай, первый раз, когда я могу законно и безопасно выразить свою точку зрения.

***

Поставила подпись за Надеждина, потому что это моя первая федеральная избирательная кампания. Хочется в такие времена, когда нельзя сделать почти ничего, сказать режиму «иди в жопу». Оно (высказывание. — Прим. ред.) маленькое, а для него, наверное, вообще незаметное, но мой внутренний гражданин рад, что я выполнила свой долг.

Очередь из желающих поставить подпись за Бориса Надеждина в Москве, 25 января 2024 года. Фото: Юрий Кочетков / EPA-EFE

Очередь из желающих поставить подпись за Бориса Надеждина в Москве, 25 января 2024 года. Фото: Юрий Кочетков / EPA-EFE

***

На моей памяти, если считать с 2019 года, когда я впервые начал интересоваться политикой и вникать в происходящее в стране, это первая такая большая и воодушевляющая кампания, объединившая всю оппозицию и настолько искренне поддерживаемая людьми!

Ощущение возможного успеха этой кампании рождает и желание, энтузиазм вкладывать в нее силы и средства. Надеюсь, что всё получится и мы выберемся из ямы, в которую катимся на полной скорости.

***

Я из Башкортостана, который совсем недавно попал во все новости в связи с протестами. Горжусь жителями республики, которые ничего не побоялись, однако многие из них столкнулись с репрессивной системой.

А я очень боюсь навредить своим близким, поэтому в моих силах было только поставить эту подпись. Я даже это боялась сделать и очень рада видеть, что нас, противников нынешней реальности, очень много. Это дает надежду на то, что даже если не сейчас, то хотя бы в будущем появится шанс на позитивные изменения, которые будут нести мир и справедливость. В них я верю, несмотря ни на что.

***

Я залип в ленту новостей перед работой. Там говорилось что-то про Надеждина. Первых абзацев его манифеста оказалось достаточно, чтобы я загорелся идеей. И уже на работе, листая новости, заметил синхронную волну «говна» от Соловьёва, «Царьграда» и других.

Я хотел ехать в Калининград, но оставалось слишком мало времени для подписи. Оказалось, что 23 и 24 января организуют сбор в прибрежных городах [Калининградской области]. Я тут же списался со сборщиком, мне ответили, до какого времени можно успеть. Начальник тоже вдохновился и съездил вместе со мной.

Так нервно я не заполнял несколько столбцов никогда в жизни. И такое резкое желание взять и пойти поставить подпись добровольно хоть за кого-то возникло первый раз в жизни.

***

Естественно, основная причина — это возможность легально и безопасно выразить протест против войны. И чтобы самому себе можно было ответить на вопрос: «А что сделал ты?» Плюс я замотивировал всех родных, а это больше десяти человек: поставили подпись даже немолодые родители. Когда что-то делаешь, это дает силы жить. Понимаю, что это не значит, что Надеждин попадет в бюллетень, но молюсь за это. Христианский бог — это бог мира, а не бог войны.

Фото: Максим Шипенков / EPA-EFE

Фото: Максим Шипенков / EPA-EFE

***

Я хочу, чтобы Россия развивалась мирно, а не как предлагается сейчас. Так что подпись — это мой способ сделать хоть что-то в условиях цензуры и запугивания тюрьмой.

Я из Петербурга, но подпись ставила в Белграде, где нахожусь временно. И здесь тоже стояли очереди: очень приятно было видеть светлые лица людей, которые не хотят никого убивать и ненавидеть, не ищут врагов вокруг. Люди будто даже вежливее стали, чтобы противопоставить расползающемуся злу как можно больше добра.

***

Я поставила подпись за Надеждина в Батуми, на пункте сбора было очень духоподъемно. При этом в местных чатах за последние дни очень часто писали, мол, че вы, дураки такие, ходите на эти митинги? Кто этот Надеждин вообще?

В 2012-м, во время Болотной, я была в Москве, кормила грудью сына, очень не хотела получить ногой в эту грудь и на митинги не ходила. Потом я хоть и чувствовала вину, что не поддерживаю друзей — а мои друзья посидели и в обезьянниках, и побегали от полиции, и с уточками гуляли, — совсем не верила и даже злилась на участвующих. На выборы тоже не ходила, так как было понятно, кого выберут. Сейчас я смотрю на это иначе: обозначать несогласие важно, даже если оно не приносит прямого видимого результата.

Я, мягко говоря, не уверена, что Надеждина допустят до выборов. Но важно делать что-то, чтобы почувствовать себя свободным и демонстрировать свои взгляды.

В сериалах последнего времени много сцен про побег из тюрьмы, например, в «Андоре», в «Игре в кальмара». Побег из тюрьмы — дело почти безнадежное. Но даже если ты проиграешь и погибнешь, ты будешь знать, что жил свободным хотя бы несколько минут и что показал пример другим. Иногда осмысленная смерть лучше, чем бессмысленная жизнь.

***

Я не смогла поставить подпись за Надеждина, так как уже давно не прописана в России, но нашла место сбора и пошла туда, чтобы познакомиться с этими прекрасными людьми, которые против смертей, разрушений и репрессий, которые за мир и свободу.

Я участвую в проекте предвыборной агитации против режима, уничтожающего мою прекрасную Родину и будущее моих детей. В этой очереди я нашла много единомышленников и рассказала им о наших целях и возможностях, позвала присоединиться.

Теперь мы коллеги и вместе каждый день призываем россиян сказать нет войне. Спасибо Борису Надеждину за такую прекрасную возможность найти «своих».

Борис Надеждин в Центральной избирательной комиссии РФ в Москве, 31 января 2024 года. Фото: Максим Шипенков / EPA-EFE

Борис Надеждин в Центральной избирательной комиссии РФ в Москве, 31 января 2024 года. Фото: Максим Шипенков / EPA-EFE

***

В грузинском городе, где я сейчас живу, организатор сбора подписей просто приехал отдохнуть на неделю-другую. Он ради интереса списался с местными волонтерами-россиянами, а те сказали, что никто этим не занимается и не собирается. Поэтому он взял и создал штаб. Я оставил подпись за Надеждина, чтобы совершенно легально с экранов телевизоров звучала антивоенная позиция и проходила любая другая агитация его как кандидата в президенты.

***

Я категорически против войны, в моем окружении всего двое лиц с такой же позицией — подруга и коллега. [В очередях за Надеждина] приятно было почувствовать, что я не одна. Еще я бюджетница из Костромы, и на работе собирают списки идущих на выборы с требованиями взять с собой членов семьи и других сагитированных лиц. Но если дойдет до выборов, я проголосую за Надеждина, это мой личный маленький бунт.

***

Оставил подпись за Надеждина в Санкт-Петербурге.

В прошлом году меня задержали на 25 суток за участие в митинге против мобилизации, а затем оштрафовали за дискредитацию армии. С учетом задержания за участие в антивоенном митинге я исчерпал лимит административок.

Испытываю глубокое ощущение бессилия и беспомощности от невозможности повлиять на происходящее в стране. Поэтому наличие антивоенных кандидатов в президенты стало для меня лучиком надежды. Я отдаю себе отчет в шансах Надеждина, понимаю, что он не соответствует моим ценностям, но он не побоялся выйти с заявлениями, которые хоть как-то коррелируют с моими желаниями и желаниями моих друзей и знакомых.

***

Я из Саратова, работаю учителем. Я поставила подпись за Надеждина, потому что я против войны. И для меня важно хотя бы таким способом обозначить свою позицию.

Нам всем сейчас зашили рты, говорить стало опасно: в лучшем случае уволят, в худшем посадят. Но молчать очень тяжело, это будто разрушает тебя изнутри. Пытаешься отвлекаться, жить маленькой частной жизнью, а внутри всё равно вот эта зияющая дыра.

Я не надеюсь, что что-то изменится, не надеюсь, что президентом может стать кто-то, кроме Путина. Но высказать позицию хотя бы так для меня очень важно. До этого собиралась проигнорировать выборы, но сейчас пойду.

***

Когда закончилась чеченская война и началась пресловутая война с коррупцией, мы с мужем говорили друг другу: «Сделать ничего нельзя, пусть воруют, лишь бы детей не убивали» — и занырнули на десятилетия если не на дно, то в работу. И так мы с ним проспали новую войну. Шок и наступление тьмы, театр абсурда. Мы сказали себе, что больше зарывать голову в песок нельзя. Подписались на политические каналы, стали разбираться в ситуации, ругали себя за то, что не ходили на протестные митинги.

Часть знакомых и некоторые старшие дети уехали из страны. Это не для нас, не представляю себе жизни где-то вне своей Родины. Да и потом, мы живем в сельской местности: здесь каждый человек на счету. Живем мы на очень небольшие деньги и растим дочь-подростка. Это я к тому, что даже минимальный штраф за протест для нас будет ощутимым.

Поэтому, когда появилась Дунцова, мы решили, что это наш долг — подписаться за нее. Когда Дунцову не допустили, а Надеждин за нее высказался, обратили внимание на него. Надеждин говорит ровно то, что считаем и мы сами. Подписались за него, ездили в Нижний Новгород, и друзьям разослали информацию. Знаю многих знакомых, кто поступил так же. Проголосуем за Надеждина, а если не допустят, то за Даванкова, он не голосовал за присоединение Донецка и других (оккупированных. — Прим. ред.) областей. Наша подпись нужна именно нам, чтобы выдохнуть, наконец, скопившиеся за месяцы гнев и возмущение из-за бессмысленной разрушающей страну войны.

***

Война — это нескончаемое горе, я устала от бессилия и ужаса. Сбор подписей за антивоенного кандидата — возможность сделать хоть что-то. Способ заявить, что я против происходящего. Для меня это этическое действие, не политическое.

pdfshareprint
Главный редактор «Новой газеты Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.