Музыкальный фестиваль Supernova проходил под открытым в кибуце Рейм, недалеко от сектора Газа, в ночь с 6 на 7 октября. Сотни участников мероприятия танцевали под музыку весь вечер, а утром, когда боевики ХАМАС прорвались через границу, вынуждены были бороться за жизнь.
Часть мирных жителей похитили, кому-то удалось сбежать. Около 260 тел участников фестиваля нашли в пустыне на следующий день.
«Новая-Европа» поговорила с работником фестиваля Романом Ковганом о мероприятии, нападении и спасении его коллег.
Фестиваль Supernova должен был пройти в другом месте
Роман через букинг-агентство в Израиле работает с диджеями на подобных мероприятиях.

Роман Ковган. Фото: соцсети
«На самом деле это было второе мероприятие подряд на этой локации, а с 5 на 6 октября — было первое. Я приезжал на него. А второй [фестиваль]– на который напали — должен был быть в другом месте, но в последний момент организаторы перенесли его туда (в кибуц Рейм — Прим.ред.), потому что в другом месте не получили разрешение. Грубо говоря, его там быть не должно было в этот день, но он был», — рассказывает Ковган.
По его словам, большинство людей приехали еще на первый фестиваль и затем остались на второй, ведь там было «весело». Сам Роман уехал из Рейма днем 6 октября — менее чем за сутки до нападения.
«Я должен был вернуться на фестиваль еще в ночь с пятницы на субботу, но ко мне приехал приятель из-за границы, и я отказался», — объясняет Ковган спасшее его совпадение.
Вместо него на фестиваль поехала его 29-летняя коллега Ноа Бир.
Спасение Ноа
«Она оттуда еле ноги унесла, и спасла еще по дороге четверых раненых, героиня», — рассказывает Роман о коллеге.

Ноа Бир. Фото: Instagram
Вот, что говорит Ноа о своем спасении:
— Сначала, когда я увидела ракеты, летящие над нашими головами, я подумала: «Какой позор». Но когда в 20 метрах от меня стоял террорист с автоматом, а вокруг него еще 6 человек, я поняла, что позор — это не то слово, может быть, ужас, а может быть, просто невозможность поверить в то, что такое может произойти в моей стране.
Через 5 минут на дороге было около 5 машин, я была в третьей машине, большинство людей остановились, чтобы попасть в укрытие, а я пыталась как можно быстрее вернуться домой.
Следующие несколько минут трудно описать: две машины передо мной внезапно затормозили и врезались друг в друга, а на обочине стоял мотоцикл, рядом с которым лежал человек. Я подумал, что они врезались в мотоцикл и остановилась.
Я открывала дверь, чтобы помочь раненому, когда увидела первого террориста, он был в 20 метрах от меня, стрелял как сумасшедший прямо в меня, глядя мне в глаза. Я крикнула диджею, [с которым мы вместе ехали], чтобы он выходил из машины и укрывался. Я думала, что стреляют [израильские] солдаты, но, к моему ужасу, это были другие террористы, они были вокруг нас, отступать было некуда.
К нам ползли живые люди из других машин, раненые и испуганные, нас было 5 человек, спрятавшихся между машинами.
Я крикнула «все в машину!» — это решение было принято в доли секунды — и села на водительское сиденье, раненые забирались на задние сиденья, я была так напугана, прямо передо мной был террорист, который стрелял как сумасшедший, у него в глазах читалось желание убивать.
Я не знаю, как я решилась выехать оттуда, но именно это решение спасло мою жизнь и жизни еще четырех человек.
Я поехала назад и повернула, когда увидела, что могу, но там нас ждали еще террористы, машины сталкивались, водителей расстреливали на наших глазах,
люди пытались бежать, и их расстреливали на месте. За 10 секунд я увидела больше смертей, чем когда-либо в своей жизни. Я видела, как террорист, глядя мне в глаза, поднял пистолет, чтобы выстрелить в нас, как только я начала ехать в его сторону.
Позднее Ноа рассказала «Би-би-си», что выбраться ей помог инстинкт, который появился у нее еще во время службы в армии. По ее словам, ей повезло, ведь во время нападения в VIP-секции стоял автомобиль, также у нее было с собой немного вещей, что позволило так быстро уехать.
«В тот момент, когда мы уехали от обстрела, единственное, что было у меня на уме, — это доставить раненых в больницу», — сказала она.
Пострадавшие
8 октября около 260 тел участников фестиваля нашли недалеко от сектора Газа. Также сообщается о десятках пропавших. В том числе, пропал 27-летний Андрей Козлов, который работал охранником на рейве.

Андрей Козлов. Фото: соцсети
По словам Романа Ковгана, в результате нападения на место проведения фестиваля так или иначе пострадали сотни знакомых ему людей.
«Все люди, которых вы видите на этих страшных видео, которые террористы выкладывают, я их всех знаю как минимум в лицо. Еще не говорят имена погибших, там только тела вынесли, еще опознание не началось. Много людей значатся в списках пропавших без вести», — говорит Роман.
Делайте «Новую» вместе с нами!
В России введена военная цензура. Независимая журналистика под запретом. В этих условиях делать расследования из России и о России становится не просто сложнее, но и опаснее. Но мы продолжаем работу, потому что знаем, что наши читатели остаются свободными людьми. «Новая газета Европа» отчитывается только перед вами и зависит только от вас. Помогите нам оставаться антидотом от диктатуры — поддержите нас деньгами.
Нажимая кнопку «Поддержать», вы соглашаетесь с правилами обработки персональных данных.
Если вы захотите отписаться от регулярного пожертвования, напишите нам на почту: [email protected]
Если вы находитесь в России или имеете российское гражданство и собираетесь посещать страну, законы запрещают вам делать пожертвования «Новой-Европа».