«Чтобы голос был услышан»

Суд приговорил двух жителей Челябинской области к 19 годам лишения свободы за поджог военкомата. На сегодняшний день это самый жесткий приговор по подобным делам

Дело сержанта полиции Романа Насрыева и бывшего сотрудника МЧС Алексея Нуриева рассматривалось в Центральном окружном военном суде в Екатеринбурге. Подсудимых обвиняли в поджоге администрации города Бакал в Челябинской области; именно в администрации располагался военно-учетный стол.

Изначально в отношении 27-летнего Насрыева и 37-летнего Нуриева возбудили дело об умышленном повреждении имущества (часть 2 статьи 167 УК), но потом обвинение переквалифицировали на совершение теракта группой лиц по предварительному сговору (часть 2 статьи 205 УК). Приговором коллегии из трех федеральных судей под председательством судьи Артема Макарова поджигатели были признаны виновными и приговорены к 19 годам лишения свободы каждый. Первые четыре года осужденным предстоит провести в тюрьме, последующие 15 лет — в колонии строгого режима.

По сообщению «Русской службы BBC», Роман Насрыев — сержант полиции, с конца 2016 года он работал водителем в Росгвардии, а Алексей Нуриев служил в МЧС.

Они дружили много лет и оба играли в рок-группе Room32.

По версии следствия, в ночь на 11 октября 2022 года Насрыев и Нуриев, демонстрируя несогласие с объявленной спецоперацией и частичной мобилизацией, разбили окно на первом этаже здания администрации Бакала, где располагался военно-учетный стол, и бросили туда несколько бутылок с «коктейлем Молотова». В результате произошло возгорание на площади три квадратных метра, которое еще до приезда пожарных сумел ликвидировать сторож. Через несколько часов мужчин задержали сотрудники челябинского управления ФСБ.

«Я знал о том, что по стране проходят акции, в ходе которых поджигают военкоматы, — рассказал Роман Насрыев в судебном заседании. — Знал при том, что в результате этих акций никто не пострадал. <…> На тот момент я знал из соцсетей, что, совершая подобные акции, люди выражают свое несогласие с мобилизацией и специальной военной операцией. Из разговоров с окружающими я сделал для себя вывод, что подобные действия не вызывают страх у народа, так как никто и никогда в их результате не пострадал. Более того, люди относятся с пониманием к такой позиции несогласия. Учитывая все вышесказанное, я также решил совершить подобную акцию, так как был не согласен с мобилизацией, специальной военной операцией и войной в целом. Хотел, чтобы мой голос был услышан».

Нуриев же говорил, что не является сторонником военных действий, «так как погибают люди». При этом он подчеркивал, что не поддерживал и власти Украины, так как «они вели боевые действия в Донбассе и Луганске, где погибали мирные жители».

Факт поджога осужденные не отрицали, но они не согласны с обвинением по террористическим статьям.

В 2022 году в России было совершено 77 попыток поджогов военкоматов — именно это число назвал судья Артем Макаров во время заседания по делу о поджоге военкомата Насрыевым и Нуриевым.

Впервые статья о теракте в отношении поджигателей военкоматов была применена в отношении Владислава Борисенко, жителя Нижневартовска. Дело рассматривалось также в Центральном окружном военном суде в Екатеринбурге. Судья Сергей Крамской приговорил Борисенко к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Екатеринбург

Поделиться
Больше сюжетов
«Тяжела доля учителя в наше время»

«Тяжела доля учителя в наше время»

Историк Рустам Александер рассказывает, как советские учителя теряли работу и зарплату в 1950-е годы

«Порезать и покласть»

«Порезать и покласть»

Академик Юрий Пивоваров — о том, как «русская идея» раскрывается в украинской войне

«Обнулить», «заминусить», «вытечь»: как устроен язык войны?

«Обнулить», «заминусить», «вытечь»: как устроен язык войны?

Кирилл Мартынов вместе с антропологом Александрой Архиповой разбирает словарь российского военного новояза

«Здесь я никогда не чувствовал на себе косых взглядов»

«Здесь я никогда не чувствовал на себе косых взглядов»

83 года назад карачаевцев депортировали в Казахстан. Рассказываем, как живут те, кто остались там до сих пор

Маньяк на доверии

Маньяк на доверии

Боб Берделла заманивал домой молодых мужчин из уязвимых социальных групп и неделями пытал. Его арестовали после побега пленника

«Меня заставляли проходить «конверсионную терапию» , чтобы сделать “нормальной девочкой”»

«Меня заставляли проходить «конверсионную терапию» , чтобы сделать “нормальной девочкой”»

История Аарона Леви Крыжановского — интерсекс-человека — о насилии, навязывании гендерных ролей и постоянном чувстве одиночества

«Мы, конечно, закаленные»

«Мы, конечно, закаленные»

Жители аннексированного Крыма рассказывают, как переживают второй мощный блэкаут в этом году

Умер Миша Маваши — поддержавший войну националист и музыкант-мем

Умер Миша Маваши — поддержавший войну националист и музыкант-мем

Биографию правого активиста, смерть которого наступила от огнестрельного ранения, разбирает Николай Овчинников

«ChatGPT — это моя вредная свекровь 2.0»

«ChatGPT — это моя вредная свекровь 2.0»

Как люди доверяют чат-ботам судить о своих отношениях и что из этого получается. Рассказывает Ирина Кравцова