logo
СюжетыПолитика

Седьмая вода на кителе

Армейское командование и лично Путин пытаются создать себе имидж крутых вояк и показать, что находятся с российскими солдатами «в одной лодке». Выходит плохо

Георгий Александров, специально для «Новой газеты Европа»

Владимир Путин и Сергей Шойгу во время посещения полигона в Рязанской области, 20 октября 2022 года. Фото: Kremlin Press Office / Handout / Anadolu Agency / Getty Images

Практически сразу после того, как Владимир Зеленский приехал на фронт и наградил в Бахмуте отличившихся бойцов ВСУ, пресс-секретарь Владимира Путина Песков заявил, что президент РФ тоже недавно посещал зону СВО. Ранее сообщалось, что президент лично командовал высокопоставленными генералами в штабе российской группировки. Правда, дотошные исследователи быстро выяснили, что на опубликованном Кремлем ролике показан штаб войск Южного военного округа (ЮВО): «Большой круглый стол из штаба ЮВО и интерьеры комнаты, в которой он находится, совпадают с тем, что видно во время посещения Путиным штаба родов войск. Тот же штаб в ноябре посещал и министр обороны Сергей Шойгу. Тогда также утверждалось, что министр находится в «зоне проведения спецоперации».

По информации Минобороны, штаб ЮВО расположен в Ростове-на-Дону, а значит, до линии фронта оттуда около 200 км. Либо враг уже скоро будет на пороге России, либо власть решила раздуть масштабную волну пиара: «А наш-то тоже на переднем крае был!» Если прибавить к этому полеты Шойгу на боевом вертолете над линией обороны в Крыму, становится ясно, что российские власти решили подправить покосившийся за последнее время имидж и показать миру свою крутизну.

Однако в Украине о ситуации на фронте и в стране ежедневно рассказывают различные представители власти, выходящие в прямые эфиры и раздающие многочисленные интервью. Российские военные чины, напротив, не балуют публичностью зрителей и читателей. Кроме набивших оскомину докладов об уничтожении полчищ противника и взятии по пятому разу одних и тех же деревень и поселков, никакого диалога с гражданами воюющей страны фактически не ведется уже много месяцев.

Ответы в единичных интервью командиры с громадным трудом зачитывают по телесуфлеру. А сам министр обороны летает среди зимы над зеленеющими от свежей травы крымскими полями. 

— Шойгу всегда держался на пиаре, — говорит «Новой-Европа» офицер российской армии, пожелавший остаться неизвестным. — Помните времена, когда он командовал чрезвычайными происшествиями? Вся страна ежегодно горела, происходили технологические катастрофы, пожарные брали на лапу, а Сергей Кужугетович продолжал представать в образе спасителя отечества! В рейтингах он нередко оказывался вторым после Путина. Единственная его задача была — не слишком приближаться к уровню народной любви своего босса. А многие ли помнят, как зовут главу МЧС сейчас? После назначения министром обороны Шойгу продолжил выстраивать имидж за счет очевидной показухи: парадов, танковых биатлонов и рапортах о новейших вооружениях, разработанных еще в советскую эпоху. Вместо того чтобы строить профессиональную армию, он катался с Путиным на охоту и рыбалку, ходил в походы и наслаждался имиджем второго мачо страны.

В тени Путина

Другой высокопоставленный офицер Минобороны, знакомый с работой Департамента информации и массовых коммуникаций ведомства, считает, что план на наиболее яркие пиар-акции команде Шойгу спускают из Администрации президента РФ.

— Это зона ответственности Сергея Кириенко, — рассказывает источник «Новой-Европа». — Уровень нашей пресс-службы — это написание докладов Игорю Конашенкову и составление поздравительных телеграмм чиновникам-юбилярам и героям СВО. Знаю, что МО плотно сотрудничает с АНО «Диалог», отвечающим за освещение работы министерства в интернете и СМИ. Этой организацией руководил бывший замглавы управления общественных проектов АП Алексей Гореславский, а потом его сменил собственный зам Владимир Табак. Они и другие гражданские со Старой площади (там расположен комплекс зданий Администрации президента) создают Шойгу имидж милитаризированной тени Путина. Так что следить имеет смысл только за появлениями на публике или в кадре самого российского президента.

Сергей Шойгу инспектирует позиции российских войск в Украине, 22 декабря 2022 года. Фото: RUSSIAN DEFENCE MINISTRY PRESS SERVICE

Президент в доспехах

Если в начале вторжения в Украину Владимир Путин официально занимал отстраненную от руководства военными действиями позицию, то по прошествии времени он стал всё теснее ассоциировать себя с ходом войны. Президент начал проводить регулярные совещания Совета Безопасности, а недавно и вовсе решил лично явиться в штаб и покомандовать военными.

— Путину важно подчеркивать близость к «народу», особенно в тех случаях, когда речь идет о спецоперации, — высказывает свое мнение «Новой-Европа» политолог, эксперт «Центра Карнеги» Андрей Колесников.

— Эту близость он продемонстрировал в ходе встречи с хорошо подготовленными «матерями», при посещении линии фронта (скорее всего, воображаемого) и другими акциями такого же рода.

— Путин внутри себя перестроил картинку мира и пытается экстраполировать это изменение на окружающую реальность. Теперь мир, по мнению президента России, должен начать соответствовать этим изменениям, — говорит «Новой-Европа» политолог Дмитрий Орешкин. — Он начинал эту войну как специальную военную операцию. При этом президент был над схваткой: действовать должны были особые подразделения и силы во главе со специально обученными генералами, а он продолжал заниматься обычными делами главы государства, вроде бы не участвуя в ведении боевых действий. Все поражения автоматически перекладывались на головы генералов и вооруженных сил.

Владимир Путин во время встречи с матерями военнослужащих, 25 ноября 2022 года. Фото: kremlin.ru

Орешкин называет Путина крайне упрямым человеком и говорит, что тому понадобилось почти десять месяцев на смену созданной в его голове парадигмы. Но в итоге и Путину стало ясно, что эту картину мира пора обновить. Что происходящее — это никакая не СВО, а настоящая война. И более важных дел сегодня нет. А раз так, костюм президента нужно мысленно заменить на мундир главнокомандующего — этакого рыцаря в блестящих доспехах. Отныне Путин всем показывает, что неразрывно связан с армией и полностью отвечает за ход конфликта. Эта демонстрация предназначена как для обывателей, так и для военных. Вот Путин лично руководит штабом СВО, вот он едет в Беларусь, чтобы договариваться с Лукашенко.

— Эта стратегия кажется мне весьма рискованной, — продолжает Орешкин. — Ведь теперь личность Путина у народа прямо ассоциируется с как не достигнутыми пока победами, так и с уже состоявшимися, а также с вероятными будущими поражениями. Теперь Путин может только выигрывать. Ведь он стал непосредственным участником и даже одной из ключевых фигур происходящих событий. Его образ напрямую зависит от происходящего на поле боя.

На вопрос, почему бы тогда Путину не приехать немного ближе к линии соприкосновения и не посетить воюющие регионы, собеседники «Новой-Европа» отвечают: ему страшно.

— Путин и в КГБ был «паркетным» офицером, — объясняет специалист по российским спецслужбам, корреспондент The Insider Сергей Канев. — Он очень боится за свою жизнь, никогда не подвергает ее опасности и, в отличие от Зеленского, не ездит на передовую. Стоит только посмотреть на ежегодно увеличивающуюся путинскую охрану, и всё сразу становится ясно. Все рассказы о его прошлых и сегодняшних подвигах — обычные басни и пиар. И Шойгу ничем не лучше. Вся эта показная бравада — игра на публику. Само Министерство обороны погрязло в войне кланов и запредельном воровстве.

Все в одной лодке

По словам Дмитрия Орешкина, Путин много лет строил ритуальную схему общения с народом и своими чиновниками. Для этого ежегодно проходили прямые линии с населением, многочасовые пресс-конференции и обращения к Федеральному собранию. Они считались настолько же обязательными, как просмотр парада на 9 мая с трибуны мавзолея и поздравление дорогих россиян с Новым годом. А обращение к членам верхней палаты Федерального собрания вообще является неотъемлемой частью работы Путина на посту президента и записано в 84-й статье Конституции РФ.

— Это не вопрос имиджа, а проблема того, что, во-первых, системным образом что-то сказать (помимо одних и тех же мантр) о перспективах СВО ему нечего, во-вторых, если ему чего-то не хочется, он этого и не делает — массы спокойно проглотят все, — объясняет Андрей Колесников. — Не включают же люди телевизор с мыслью: «Какое безобразие, Путин нарушил Конституцию, он опять отложил послание». Путину всё равно, и массам всё равно.

Владимир Путин и зампред Правительства РФ Марат Хуснуллин едут по автомобильной полосе Крымского моста, отремонтированной после взрыва, 8 октября 2022 года. Фото: kremlin.ru

Все эти обряды мирного времени заменены совещаниями с командованием армией и проездами за рулем по отремонтированному после подрыва Крымскому мосту. Теперь, когда страна превращается из рутинно развивающегося государства в военный и осажденный лагерь, не до обращений и конференций. Главнокомандующий должен отдавать приказы подчиненным, замерять толщину брони на танках и движением нахмуренных бровей отправлять в атаку верные войска. Как говорит Сергей Кириенко, идет война народная. А Путин — незаменимый вождь этого трудного времени, обещающий армии столько бюджетных денег, сколько нужно.

Если дела на фронтах будут идти плохо, то Путин через какое-то время предстанет перед гражданами лузером, предполагает Орешкин.

— Игорь Гиркин (Стрелков) прямо заявил, что российская армия уже давно не понимает своих целей и не имеет четко поставленных задач, — рассказывает политолог. — Война идет непонятно за что. Это явно проблема управления. Ее сейчас и пытается решить Путин. В противном случае он окажется уступившим инициативу и проигравшим. Но дистанцироваться и избежать взятия на себя этой ответственности президент не может. Это вынужденное решение. Ведь иначе все военные, от рядовых до генералов, станут испытывать те же чувства, что и Гиркин. Путин говорит своей армии, что мы в одной лодке и у нас теперь общая судьба. Спецслужбы докладывают наверх о реальных настроениях, царящих в войсках. Примерка кителя главнокомандующего, по мнению Путина, — это шаг мачо, брутального силовика, руководителя воюющего государства.

Из всего этого напрашивается вывод о необходимости показательных и ярких побед. Многочисленные эксперты уверены, что Генштаб РФ готовит масштабное наступление, которое просто обязано завершиться блестящим успехом.

— Ходы Путина вынужденные, а от того — предсказуемые, — уверен Орешкин. — О готовящемся наступлении прекрасно осведомлены украинская сторона и Запад. Всё это напоминает ситуацию в 1943 году, когда Гитлер еще не проиграл, но уже загнал себя в угол.

shareprint
Главный редактор «Новой газеты Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.