Спектакль «Мобилизация»

Что происходит в московских учреждениях культуры, где открыли временные мобилизационные пункты

После объявления Владимиром Путиным «частичной» мобилизации мэр Москвы Сергей Собянин проявил инициативу и открыл временные мобилизационные пункты в культурных учреждениях. По его словам, это сделано «для удобства граждан», которых призывают. Такие пункты заработали в Музее Москвы и театре Романа Виктюка, народного артиста Украины.

«Новая газета. Европа» побывала на этих мобилизационных пунктах в первый день их работы.

«Тут все мужики — им за сорок. Руки-ноги есть — всё, значит, подходишь», — рассказывает по телефону кому-то женщина, ожидающая родственника в кофейне рядом с Музеем Москвы. Здесь собираются целые семьи, в основном — их женская половина. Люди пожилого возраста занимают большие столы, знакомятся с семьями других мобилизованных и обсуждают происходящее в стране. «Невестка написала мне «сил нам всем, это несправедливо». Я ее точно сдам. Сепаратистка!» — жалуется мать призванного мужчины окружающим.

Мобильные призывные пункты заработали на базе культурных учреждений в Москве с 26 сентября. Поначалу они должны были появиться в Музее Москвы, театре Романа Виктюка и Дарвиновском музее, однако от размещения в последнем позже отказались, открыв резервный пункт в павильонах на ВДНХ. «Создание временных пунктов мобилизации позволит не только комфортно организовать прием посетителей, но и обеспечить отсутствие дополнительных неудобств для москвичей, живущих рядом с военкоматами. Выбор мест для временного размещения резервных пунктов мобилизации был обусловлен наличием всех необходимых условий для удобного пребывания в нем посетителей, их транспортной доступности и с учетом близости к уже работающим военкоматам», — заявили в Правительстве Москвы.

В Музее Москвы мобилизационный пункт находится во внутреннем дворике, который огорожен зданиями с трех сторон. У входа дежурят сотрудники полиции в полном обмундировании и с автоматами наперевес — по двое сотрудников через каждые два метра, несмотря на то, что сам дворик довольно маленький. Внутри него в понедельник — первый день работы этого пункта — было всего несколько десятков человек: часть из призванных находилась в здании самого музея, у которого в этот день был выходной, а только что прибывшие туда самостоятельно оставались снаружи вместе с родственниками.

На улице довольно промозгло и дождливо, поэтому ждущие своих мобилизованных детей родители заходят погреться в кофейню. Молодая девушка-бариста рассказывает, что в первый же день работы пункта у них резко изменился возраст посетителей: приходят теперь преимущественно взрослые люди. «Да и посетителей в целом стало больше. И это еще только начало, они там [на призывном пункте] пока только всё подготавливают», — рассказывает она.

За большим столом у входа семья обсуждает судьбу своего мобилизованного родственника. Никто из них не высказывается против мобилизации, наоборот, помогают ему скорее пойти на службу:

пока мужчина находится в пункте, ждут его медицинский полис, который забыли привезти.

— Ему предлагают пойти в ЧВК, — говорит пожилая женщина.

— А что такое ЧВК? — спрашивает ее пожилой мужчина в кожаной куртке.

— Ну, это частная военная компания. Говорят, там условия лучше…

В первые дни после объявления Владимиром Путиным «частичной» мобилизации мэр Москвы Сергей Собянин объявил, что правительство Москвы добавит к денежному содержанию мобилизованных собственные региональные выплаты. Каждый из призванных мужчин будет, по словам Собянина, ежемесячно получать 50 тысяч рублей, а в случае легкого или тяжелого ранения — 500 тысяч или миллион рублей соответственно. В случае смерти мужчины его семье выплатят три миллиона рублей из регионального бюджета.

Другой мобилизационный пункт открыли в московском театре имени народного артиста Украины Романа Виктюка, родившегося во Львове и умершего в Москве два года назад. «Я служил во время тоталитарной системы, я пережил всех главных вождей тоталитаризма. Но я могу с радостью сегодня сказать, что я не поставил ни одного из 156 спектаклей, который бы обслуживал систему. <…> В Московский художественный театр, первый театр страны, постоянно приезжали на мои премьеры члены политбюро и руководители страны. Но эти спектакли никакого отношения не имели к обслуживанию системы», — говорил он в интервью BBC.

На время проведения мобилизации — как минимум до 9 октября — в театре отменили все спектали. Сам театр заявляет, что это было сделано «по техническим причинам», предлагая зрителям вернуть билеты. Из-за открытия мобилизационного пункта со здания театра сняли афишу спектакля «Мертвые души», а у входа больше нет расписания на ближайшие две недели. Сам театр со стороны призывного пункта огородили заборами, а на дороге около него со всех сторон стоят сотрудники ДПС.

26 сентября в телеграм-канале пропагандиста Владимира Соловьева появилось видео с проводами призванных на войну мужчин. На нем мужские голоса из толпы, стоящей за забором у здания театра, кричат «ура!», им отвечают с другой стороны забора те, кто отправляется на фронт. Аплодируют и некоторые женщины, пришедшие провожать своих родных. После этого под патриотические песни о защите «родной земли», играющие из колонок, всех мужчин сажают в автобусы и электробусы Мосгортранса — гордость мэра Сергея Собянина — и отправляют на «сборы» в Подмосковье.

К вечеру толпа провожающих заметно уменьшилась, а их радость куда-то исчезла. Под дождем остались пожилые женщины и мужчины, вытирающие слезы с глаз небольшими старенькими платочками. «Он вообще ничего не знает: куда, чего, зачем он едет. Остается только ждать и надеяться, что Марат возьмет трубку», — на остановке рассказывает мне о своем родственнике мужчина с костылями.

После смерти украинского театрального режиссера Романа Виктюка художественным руководителем его театра стал режиссер Денис Азаров. В апреле он покинул пост худрука, а вслед за ним ушла вся команда. RTVI связывает уход Азарова с его подписью под открытым письмом против войны с Украиной, которое сейчас удалено. «После ухода из театра Романа Виктюка Дениса Азарова и всей его команды, в которую я тоже входила, театр, мой взгляд, совершенно распался. Директор (Александр Смертин. — Прим. «Новой. Европа»), который им руководит, не имеет представления о том, что такое художественное руководство. Поэтому для меня неудивительно, что такое случилось», — рассказывает бывшая сотрудница театра, пожелавшая остаться анонимной.

Несмотря на это, она всё же сочувствует оставшимся в труппе коллегам, спектакли которых отменили из-за открытия мобилизационного пункта. «Я очень сочувствую многим артистам, которых выгнали сейчас из собственного дома. Они не могут там играть и неизвестно, когда снова смогут. Пока говорят, что [возобновят показ спектаклей] 9-го октября, но это вовсе не факт, как вы сами понимаете», — говорит она.

«[Александр Смертин] планомерно выживал команду Дениса из театра, — продолжает женщина. — Изначально мы наделялись, что, может быть, получится работать, но нет. Денис Азаров за полтора года художественного руководства вдохнул новую жизнь в театр Романа Виктюка, нашел подход к коллективу, спланировал замечательные проекты, которые, к сожалению, теперь похоронены. Всё это в общем вписывается, на мой взгляд, в планомерное уничтожение театров в Москве».

Поделиться
Больше сюжетов
Мертвые руки

Мертвые руки

Призы Венецианского фестиваля получили фильмы о (не)далеком прошлом: немецкой оккупации Дании, убийствах гражданских в Газе и тоталитарном СССР

«Выживут только очень сильные тексты»

«Выживут только очень сильные тексты»

Как русскоязычный тамиздат пытается выйти из эмигрантского пузыря — разговор с организатором ярмарки «Пражская книжная башня» Александрой Вахрушевой

Пытка продолжается

Пытка продолжается

В конкурсе Венеции показали фильм «Дау» Ильи Хржановского — основную часть мегапроекта, чье производство растянулось на 20 лет

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

«Как показать, что чувствует дерево, когда его срезают?»

Виктор Косаковский представил фильм «Священная древесная пыль», превращающий жизнь леса в фантастический блокбастер. «Новая-Европа» с ним поговорила

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

«Как удержать такую большую страну вместе? Только насилием»

Разговор с режиссером Сергеем Лозницей — о его новом фильме «Империя» о путешествии итальянских документалистов по республикам СССР в 1970-х

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Как Руперт Мердок придумал брейнрот

Венецианский кинофестиваль открылся фильмом Дэнни Бойла «Чернила» — о таблоиде The Sun и истоках медийной революции, внутри которой мы сегодня живем

«Я не хочу быть мясом»

«Я не хочу быть мясом»

Исследование «Этнографический словарь войны» показывает, как язык войны в Украине стал языком логистики смерти

Нейрослоп и нейроцензор

Нейрослоп и нейроцензор

Российской литературе угрожают и государство, и технологии. Разбираемся, кому изменение рынка выгодно и кто пострадает больше всего

 «Поговорить о том, что больно, а потом выпить чаю»

«Поговорить о том, что больно, а потом выпить чаю»

Интервью Светы Бень. Она записала самый отчаянный и спасительный музыкальный альбом этого лета