logo
КомментарийОбщество

Энергоудар

Зачем Россия уничтожает гражданскую инфраструктуру городов Украины, хотя в этом нет никакого военного смысла

Георгий Александров, специально для «Новой газеты. Европа»

Пожарные тушат возгорание, возникшее после ракетного обстрела украинских энергообъектов российскими военными, 11 сентября 2022 года. Фото: Vyacheslav Madiyevskyy / Ukrinform / Future Publishing / Getty Images

В ответ на успешное наступление ВСУ российская сторона усилила обстрелы объектов критической инфраструктуры Украины. По словам украинского президента Владимира Зеленского, в результате ударов по энергетической системе были частично или полностью обесточены Харьковская, Донецкая, Запорожская, Днепропетровская и Сумская области. Многие жители этих регионов остались не только без электроэнергии, но и без воды. Советник руководителя Офиса президента Украины Михаил Подоляк написал в соцсетях, что «прямые умышленные удары по критической гражданской инфраструктуре, в частности, по крупнейшей Харьковской ТЭЦ–5, — это безусловное проявление терроризма России и ее желание массово оставить мирных граждан без света и тепла». Согласно сообщениям украинских СМИ, в результате обесточивания в Харькове остановилось метро, а в Полтаве из-за перепадов напряжения в контактной сети загорелись вышедшие на маршрут троллейбусы. Мэр Харькова Игорь Терехов сообщил, что ракетные обстрелы областного центра продолжились и в последующие дни. Так, 12 сентября мэр заявил о еще одном попадании в объект критической инфраструктуры, в результате которого город снова остался без воды и света.

«Даже сквозь непроглядную тьму Украина и цивилизованный мир четко видят эти террористические акты, — сказал о происходящем президент Украины. — Умышленные и циничные ракетные удары по гражданской критической инфраструктуре. Никаких военных объектов».

14 сентября семь пущенных армией РФ ракет разрушили насосную станцию и дамбу в Кривом Роге. По данным заместителя главы офиса президента Украины Кирилла Тимошенко, под удар попали важные гидротехнические сооружения. В результате вода в реке Ингулец поднялась на 1–2 метра и затопила частный сектор.

Угроза катастрофы

В международной практике под критической инфраструктурой принято понимать предприятия и объекты, необходимые для обеспечения жизнедеятельности городов и поддержания приемлемого уровня существования населения. В первую очередь это касается энергетики, водоснабжения, канализации, а также транспортной доступности и непрерывного подвоза всех необходимых товаров и продуктов. В холодные месяцы речь также идет об отоплении жилых помещений. Уничтожение объектов водоснабжения и теплоэлектроэнергии может надолго нарушить жизнедеятельность города. Одни лишь сутки отключения электричества, водоснабжения и водоотведения грозят гуманитарной катастрофой крупным населенным пунктам с многоэтажной застройкой.

«Обстрелы гражданской инфраструктуры начались непосредственно 24 февраля, — рассказывает «Новой газете. Европа» журналист и историк Антон Пустовалов, с самого начала войны собирающий досье по фактам военных преступлений РФ. — В первую очередь стремились разрушить источники связи. Самым заметным было попадание в телевышку и прилегающие к ней здания в Бабьем Яру в Киеве в первых числах марта. Примерно в те же даты начались обстрелы железнодорожных узлов, включая вокзалы и даже эвакуационные поезда».

Фото: Metin Aktas / Anadolu Agency / Getty Images

По словам Пустовалова, в первой фазе обстрелы велись исключительно ракетами. По мере приближения линии фронта к населенным пунктам к ракетам добавились минометы и системы залпового огня. «Такие обстрелы можно разделить на две категории: целенаправленные удары по инфраструктурным объектам и технический фактор — когда ракета прилетела мимо цели, не долетела или ее сбили и она упала на дома, — продолжает наш собеседник. — Исключение составляют факты откровенного запугивания населения, когда умышленно был обстрелян санаторий в Сергиевке или обстрел парковки киевского ТЦ, при котором погибла журналистка Оксана Баулина».

Людоедские планы российского командования не являлись секретом. Сообщения о том, что России усилит удары по гражданским объектам, публиковались со ссылкой на западные разведки еще в конце августа. «У нас есть информация о том, что Россия наращивает усилия по нанесению ударов по гражданской инфраструктуре и правительственным объектам Украины в ближайшие дни, — сообщал представитель Госдепартамента США. — Учитывая предыдущие действия России в Украине, мы обеспокоены сохраняющейся угрозой, которую представляют российские удары для гражданского населения и гражданской инфраструктуры». А недавно в ТГ-каналах появились данные о том, что армия РФ может готовить обстрелы гидроэлектростанций и плотин на Днепре: «Речь идет о массированных ракетных ударах по инфраструктуре в Кременчуге, Каменском, Запорожье, — сообщает ТГ-канал «Воля». — Для реализации плана Владимир Путин дал согласие на использование ракет Х101, которые могут нести до полутонны взрывчатки… При разрушении плотин в Кременчуге и Каменском волна дойдет до Запорожья через 4–6 часов. В течение 10–12 часов конструкция плотины ДнепроГЭС не выдержит нагрузки и рухнет. Такой удар разрушит существенную часть инфраструктуры по левому берегу (правый берег Днепра выше левого и ему разрушение плотин почти не угрожает), скует силы ВСУ, которым придется заниматься эвакуацией населения, приведет к жертвам среди гражданских и военных. Ответственность за обстрел российские военные хотят переложить на украинцев».

Месть населению Украины

«Удары по гражданской инфраструктуре Украины и, в частности, по ее энергетическим объектам не вызваны военной необходимостью. Более того — с военной точки зрения они бессмысленны, — объясняет «Новой газете. Европа» российский военный эксперт, из-за угрозы уголовного преследования попросивший не называть его имени. — Данное решение должно быть одобрено политическим руководством, а возможно, и лично президентом Путиным. Я слышал, что Генштаб и ФСБ отговаривали Верховного главнокомандующего от такого шага, поскольку в плане военного противостояния он не даст российской стороне никакого выигрыша; более того, приведет к бессмысленному расходу ракет, запас которых чрезвычайно истощился.

Их можно было бы применить по более важным целям — складам, штабам, скоплению техники. В происходящем видится только одно — месть населению Украины». 

По мнению специалиста, удары по энергетическим объектам и узлам транспортной инфраструктуры имели бы смысл в том случае, если бы Украина имела мощный работающий оборонно-промышленный комплекс. Обстрелы могли бы остановить работу предприятий, ограничив тем самым поставки вооружения для фронта. Для этого потребовались бы огромные ресурсы, которых у России в данный момент просто нет. Наш источник вспоминает налеты авиации союзников на Третий рейх во время Второй Мировой войны. В них принимали участие тысячи самолетов, сбрасывавших миллионы бомб. Стирались с лица земли города, но заводы продолжали работать.

Жители Изюма заряжают телефоны от генератора, 18 сентября 2022 года. Фото: Metin Aktas / Anadolu Agency / Getty Images

Кроме того, Украина изначально не имела столь большого военно-промышленного потенциала, чтобы полностью самостоятельно обеспечивать армию (а ведь многие предприятия были уничтожены еще весной). Сегодня практически всё снабжение ВСУ идет за счет ленд-лиза, причем рассредоточенными поставками. Ну и, конечно, за счет оприходования богатейших трофеев, оставшихся от бежавшей российской армии. Таким образом, уверен эксперт, промышленность обесточивать бесполезно.

«Если же, оставив без света население, Путин хочет поднять его против Зеленского, вынудить народ Украины капитулировать, то и этот вариант не пройдет, — уверен наш собеседник.

— Обстрелы только еще больше сплотят украинцев вокруг своего лидера и еще сильнее озлобят их в отношении России».

По мнению эксперта, разгадка решения об обстрелах электростанций кроется в заявлении Зеленского, буквально недавно обратившегося к Западу с предложением обменять избыток украинских электрических мощностей на газ. «Путин сейчас вынужден играть вдолгую и, вероятно, надеется на природные факторы: хочет устроить Украине геноцид путем зимнего вымораживания, — говорит источник. — Однако и это по большому счету не приведет его к желанной победе, а только укоротит путь к скамье подсудимых военных преступников в Гааге — поскольку опять же в стратегическом плане данное решение ничего не меняет. Поведение Путина больше похоже на метания в бессильной злобе. Ну а российские военные решили самоустраниться. Есть приказ — выполняем. Верховному виднее».

Акт самоубийства

По словам журналиста Антона Пустовалова, и ООН, и власти Украины расценивают обстрелы гражданской инфраструктуры как военное преступление и преступление против человечности. «Тут, правда, нужно понимать, что России предъявлять обвинения бесполезно, так как в России конфликт считается не войной, а СВО. Ряд депутатов Верховной Рады Украины называли происходящее геноцидом. Но я не стал бы применять этот термин: в данное время пока не завершены расследования, хотя определенная доля истины в этих словах есть».

Надо сказать, что атаками по инфраструктурным объектам не брезговала и украинская сторона. По словам главы так называемой Военно-гражданской администрации (ВГА) Запорожья Евгения Балицкого, ВСУ с помощью беспилотников совершили три обстрела насосных станций в Розовском районе региона. Ракеты и дроны неоднократно атаковали нефтебазы и другие предприятия на территории России. Без электричества систематически оказываются и жители приграничных территорий России.

Обломки сгоревшего склада в Днепре, 10 сентября 2022 года. Фото: Yana Stoikova / Suspilne Ukraine/JSC "UA:PBC" / Global Images Ukraine / Getty Images

«Эту тему можно обсуждать, абстрагировавшись от конкретного конфликта России и Украины, — объясняет «Новой газете. Европа» свою позицию политолог Георгий Бовт. — Обстрелы критической гражданской инфраструктуры считаются классическим методом ведения современных войн. Вспомните бомбежки Югославии, когда были поражены мосты, электростанции, железные дорогие, узлы связи и т. д. Некоторые политики называют подобные методы средством, способным поставить на колени одну из сторон конфликта и принудить ее капитулировать на выгодных для противника условиях. Поводом должен стать неприемлемый по масштабам ущерб для мирного населения. В качестве аналога порой даже используется сравнение с оружием массового поражения».

Однако, по словам политолога, исторические примеры показывают, что с определенного момента войны эта логика перестает работать. Наоборот: столкнувшись с настолько демонстративной попыткой применения крайних мер, фактически ставящих на грань выживания целую страну, подвергающийся уничтожению народ только сильнее объединяется против смертельного врага и продолжает сопротивление до последнего солдата. При этом ожесточение боевых столкновений значительно возрастает — ведь у обороняющейся стороны увеличивается мотивация. Георгий Бовт уверен, что победа куется на поле боя при уничтожении живой силы и техники, а не при взрывах водопровода или электросетей.

«Никогда в истории человечества глобальные человеческие потери и уничтожение целых городов не приводили автоматически к победе, — говорит политолог. — Человеческие жертвы и страдания во все времена не являлись основополагающим фактором для окончания боевых действий.

В пятилетней Парагвайской войне с 1865 по 1870 год погибло более половины гражданского населения Парагвая. Но пока была возможность — стороны продолжали бойню. А во время Второй Мировой войны фашисты не щадили населенные пункты, обстреливая и подвергая их постоянным бомбежкам. Все помнят кадры сталинградской хроники и знают об уроне, нанесенном Англии. Союзники не оставались в долгу: авиация США фактически стерла Дрезден и несколько других немецких и японских городов с лица земли. СССР также не был замечен в особенной гуманности по отношению к мирному германскому населению. В итоге в той войне из 70 миллионов погибших 47 миллионов были мирными жителями. Вынудили ли громадные потери среди гражданских одну из сторон отступить? Нет. В сводках их называли «сопутствующий урон».

Применение ядерного оружия как последней из возможных угроз в данной ситуации Бовт называет отчаянным актом самоубийства — поскольку, на его взгляд, за этим с высокой вероятностью последует вмешательство в конфликт НАТО, а это, в свою очередь, приведёт к ещё большей эскалации конфликта.

shareprint
Главный редактор «Новой газеты. Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.