logo
Дата-исследованиеОбщество

Эпицентр развлечений

Спасаться от ядерной войны россияне будут в барах и салонах красоты: под частные нужды переоборудовано множество бомбоубежищ страны. Остальные можно купить

Иллюстрация: Алеся Борисова

После начала войны в Украине, когда взрывы начали звучать и в российских приграничных регионах, чиновники вспомнили про защитные сооружения для гражданского населения. При этом простым людям знать, где укрыться в случае опасности, не положено ― расположение бомбоубежищ оказалось государственной тайной. Зато на засекреченных и годами ветшающих защитных укрытиях научились зарабатывать чиновники, их родственники и партнеры. На месте некоторых объектов открылись сауны, салоны красоты, бары, автомастерские и даже фермы по выращиванию грибов. Состоятельные россияне строят себе частные укрытия со спортзалами. А предприятие Росимущества, которое должно ремонтировать бомбоубежища, заключает многомиллионные контракты с фирмами замминистра промышленности Василия Шпака. «Новая Газета. Европа» рассказывает, кто и как зарабатывает на гражданской обороне в России.

В поисках укрытия

Россияне с самого начала не поверили в «маленькую победоносную войну»: в первые несколько дней после вторжения в Украину число запросов по слову «бомбоубежище» в поисковиках выросло в сотни раз. Информацию об укрытиях массово искали в том числе жители приграничных регионов — Белгородской, Воронежской, Брянской и Курской областей, а также Краснодарского края, Крыма и Севастополя. В апреле, спустя месяц после начала войны, секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев даже поручил проверить готовность бомбоубежищ и других защитных сооружений гражданской обороны в этих регионах.

Как россияне искали бомбоубежища

Еженедельная динамика поискового запроса «бомбоубежище» на 100 тысяч населения

* Находится под контролем России
Источник: «Яндекс.Wordstat»

Со времен Советского союза, который готовился к ядерной войне, в России остались тысячи бомбоубежищ. Сколько их и где они располагаются, никто в точности не знает — защитные сооружения гражданской обороны (ЗС ГО) находятся на балансе у разных структур. За часть из них отвечают местные и региональные власти, за другие — военные и силовые ведомства. Владеет ими Росимущество, а контролируют состояние МЧС и прокуратура.

Значительная часть из них больше чем за два десятка лет перешла в частную собственность — там открылись сауны, салоны красоты, бары, автомастерские и даже фермы по выращиванию грибов. Часто в них располагаются склады, а некоторые здания вовсе заброшены. Купить или арендовать такие помещения, ушедшие в частные руки, в разных городах можно даже на «Авито». Например, в Москве помещение бомбоубежища можно арендовать от 30 тысяч до миллиона рублей, в Нижнем Новгороде такое помещение продают за 1,8 млн руб, а в Белгородской области сдают за 10 тысяч рублей в месяц.

Бомбоубежище в Нижнем Новгороде, выставленное на «Авито». Скриншот

В 2016 году Счетная палата выяснила, что 95% всех бомбоубежищ в стране не готовы к приему граждан в случае войны или чрезвычайных ситуаций. 

С 2013 по 2016 год общее количество объектов ЗС ГО сократилось на 1597 объектов (или 9%) и составило 16448 объектов.

В заключении аудиторов говорилось, что на протяжении более 20 лет государство не финансировало содержание бомбоубежищ, а право собственности на большинство ЗС ГО не было разграничено, из-за чего многие объекты незаконно приватизированы. Сроки исковой давности для того, чтобы вернуть их в собственность государства, истекли. В ответе на запрос «Новой газеты. Европа» в Счетной палате ответили, что после 2016 года не проверяли состояние бомбоубежищ, а информация об актуальном количестве защитных сооружений «имеет пометку ограниченного доступа». В Росимуществе не ответили на запрос о количестве защитных сооружений и их состоянии.

Бомбоубежища в широком понимании не предназначены для того, чтобы в случае опасности укрыть все население. Упор делается на сохранение жизней работников предприятий и государственных учреждений, как оборонных, так и тех, которые будут продолжать работу, например, во время войны. В качестве укрытий для мирных жителей предусмотрены подвалы домов и прочие «заглубленные» помещения.

Размер защитного сооружения и его оснащение зависит от назначения. Большинство бункеров — советской постройки и предназначались для укрытия от ядерного удара. Такие сооружения должны быть герметичными, с входными дверьми, выдерживающими ударную волну, оснащены спальными местами, туалетами, душевыми, генератором электроэнергии, системой вентиляции и запасами воды, еды и лекарств. Наличие всего этого через суды требует прокуратура.

Мы изучили несколько сотен судебных решений о содержании бомбоубежищ в регионах, граничащих с Украиной. Из них следует, что с 2016 года ситуация с бомбоубежищами как минимум не улучшилась. Прокуратура и прочие контролирующие органы из года в год выдают предписания и штрафуют руководителей предприятий, больниц, школ и детских садов за ненадлежащее содержание защитных сооружений. Те, в свою очередь, годами ссылаются на отсутствие денег.

Решения судов по делам о бомбоубежищах в приграничных регионах*

С 2016 по 2022 год, суды общей юрисдикции и арбитраж

Судебные решения о бомбоубежищах


2016 год
«… было установлено, что сооружение находится в аварийном состоянии, дальнейшая эксплуатация не представляется возможной. Восстановление здания бомбоубежища не целесообразно, так как его восстановительная стоимость значительно превышает его действительную стоимость».

«…Халилеева Л.Г. при рассмотрении дела вину признала и пояснила, что вышеуказанное предписание не было выполнено ввиду отсутствия финансирования на указанные нужды со стороны учредителя МБДОУ Детский сад «Ласточка» — администрации <АДРЕС> района. ПРУ введен в эксплуатацию в 1979 году, требует капитального ремонта».

2017 год «…В судебном заседании директор МБОУ-СОШ № 2 <Ф?О2> вину в совершении инкриминируемого правонарушения не признала, суду пояснила, что о наличии в здании школы убежища учреждению не было известно, так как в техническом паспорте школы данные о наличии защитного сооружения отсутствуют. В настоящее время в подвальном помещении школы — убежища, расположен гардероб и складские помещения. Произвести переоборудование убежища в соответствии с требованиями закона не представляется возможным в связи с тяжелым материальным положением образовательного учреждения, а также в связи с нецелесообразностью переоборудования по причине значительных финансовых затрат».

«…При рассмотрении дела Головин Н.И. вину признал полностью. Пояснил, что ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, ст. 25.1 КоАП РФ, в услугах защитника не нуждается. Указал, что данные нарушения допущены в связи с недофинансированием…».

Бомбоубежище в Белгороде. Фото: belgorod.livejournal.com

При этом без капитального ремонта и установки нового оборудования, затраты на которые могут исчисляться десятками миллионов рублей, обслуживать бомбоубежища затруднительно.

Например, Белгородская прокуратура требовала заменить фильтры для очистки воздуха в бомбоубежище Старооскольского молочного завода, которые не меняли с 1987 года. Эти же фильтры требовали и заменить у брянского детского сада, но там это требование выполнить не смогли — эти фильтры давно сняты с производства. В 2019 году производитель средств радиотехнической разведки ВНИИ «Градиент» также не смог выполнить требование прокуратуры — нужные фильтры стоили больше девяти миллионов рублей, что оказалось не по карману для предприятия.

Содержание бомбоубежищ слишком затратно и для регионов.

Так, в апреле 2022 года, согласно данным арбитража, власти Севастополя пытались передать в федеральную собственность 79 защитных сооружений гражданской обороны, так как они «создают необоснованную нагрузку на бюджет города»,

но суд отказал городу по формальным причинам.

В последние годы суды регулярно отказывают и в возврате этих помещений в собственность государства, но эта практика различается в зависимости от региона. Так, суды Белгородской области в последние годы удовлетворяли такие иски, а в Курской области при тех же обстоятельствах суды вставали на сторону предпринимателей и отказывали в возвращении этих сооружений в казну.

В то же время резко вырос спрос на частные бомбоубежища. По словам руководителей строительных компаний, оказывающих такие услуги, с которыми поговорила «Новая газета. Европа», цена зависит от назначения сооружения и от степени защиты и может варьироваться от 100 тысяч до нескольких миллионов рублей. «Какая фантазия и финансы. У кого-то потребность один день пересидеть — это одно, пересидеть в течение месяца — это другой уровень», — говорит гендиректор компании «ДелюксБункер» Артур Толасов, добавляя, что были, например, запросы и на бомбоубежище со спортзалом.

По его словам, заказы поступают в основном из регионов. Например, сейчас компания проектирует частный заказ из Калининграда на убежище для четырех человек в 60 квадратных метров.

Торговцы бункерами

Как и любая недвижимость, бомбоубежища стали ценным активом, на котором зарабатывают не только их новые владельцы, но и ответственные за них чиновники.

С июля 2021 года в Центральном районном суде Воронежа слушается дело о получении взяток замначальника отдела мероприятий гражданской обороны ГУ МЧС по Воронежской области подполковника Алексея Антипова, начальника отдела юридического обеспечения и регистрации прав собственности территориального управления Росимущества Даниила Коноплина и директора воронежского филиала госпредприятия «Экран» Аркадия Гончарова. Все трое, по версии следствия, торговали бомбоубежищами — за взятки от местных предпринимателей чиновники якобы выдавали акты о снятии с учета нескольких исправных защитных сооружений, которые бизнесмены хотели получить в собственность.

Взятка в несколько миллионов в этом случае экономически выгодна — для того, чтобы легально снять защитное сооружение с учета и использовать его по своему усмотрению, нужно пройти сложную процедуру. По данным нескольких юридических фирм, опрошенных «Новой. Европа», такая процедура может обойтись в среднем в 3-5 млн рублей. «Процедура сложная, там нужно много обследований делать, геология, геодезия, гидрология. Желающих много, но финансировать эти мероприятия идут только те, у кого это окупится», — говорит руководитель группы компании «Альтернатива», специализирующейся на снятии бомбоубежищ с учета.

За эксплуатацию объектов гражданской обороны отвечает специально созданная Росимуществом малоизвестная организация «Предприятие по техническому обслуживанию защитных средств и сооружений «Экран»», руководителя филиала которого судят в Воронеже.

Головной офис организации располагался в Екатеринбурге, затем в Москве, а с 2015 года переехал во Владимир. Последние десять лет «Экраном» бессменно руководит Владимир Михайлов — бывший военный, служивший в Главном управлении международного военного сотрудничества Министерства обороны России. На балансе организации — сотни защитных сооружений, а также прочей недвижимости, на обслуживание и управление которыми «Экран» тратит сотни миллионов рублей.

Основная часть контрактов, которые заключает «Экран» — договоры на ремонтные или монтажные работы на объектах гражданской обороны. Еще одна значительная часть расходов организации — услуги по оценке имущества, которым она распоряжается. 

Как выяснила «Новая газета. Европа», оба направления фактически монополизировали несколько компаний, связанных с заместителем министра промышленности России Василием Шпаком.

Шпак, курирующий в Минпромторге радиоэлектронную промышленность, стал известен широкой публике после заявления о найденных в утюгах микрофонах, принудительной установке алкозамков на автомобили, а также после того, как представил некий прибор, способный микроволнами подавлять коронавирус.

Заместитель министра промышленности России Василий Шпак. Фото: utro-news.ru

Уроженец Самары, Шпак до госслужбы занимался бизнесом. Будущий чиновник был соучредителем телекоммуникационных компаний, Специального конструкторского бюро вычислительной техники, Научно-технического центра современных навигационных технологий «Интернавигация», самарского регионального отделения «Деловой России», а также занимался недвижимостью.

Зарабатывал Шпак и на государстве. Компании Шпака и его супруги получили в аренду активы сызранской площадки Самарского речного порта, а также аэропорта Смышляевка на 49 лет, и зарабатывали на сдаче в субаренду этих объектов. Компании, связанные со Шпаком, также зарабатывали и на госконтрактах от Росимущества Самарской области. В 2014 году Шпак получил должность заместителя генерального директора по экономике и финансам ростеховского научно-исследовательского института микроэлектронной аппаратуры «Прогресс», а в 2015 году возглавил его.

Вместе со Шпаком после назначения в 2014 году в Москву переехала и самарская компания «Оценка», сменившая регистрацию на адрес нового места работы чиновника — в здании института «Прогресс», а спустя несколько месяцев по этому же адресу зарегистрировалась юридическая компания «Фемида». Обе компании с 2015 года получают значительную часть контрактов «Экрана» на оценку стоимости имущества (то есть бомбоубежищ) и организацию торгов на ее аренду.

Ремонтом и разнообразным техническим обслуживанием бомбоубежищ по контрактам с «Экраном» занимаются не чужие компании. За последние несколько лет такие контракты на десятки миллионов рублей как единственные поставщики получили две компании — «РСТ» и «Баупроект», единственным учредителем и руководителем которых числится некий Ринат Галиханов. Обе фирмы имеют классические признаки «заточки» под конкретные контракты — обе заключили договоры почти сразу после создания, а их заявки были единственными.

«РСТ» при этом зарегистрирована прямо по московскому адресу «Экрана» на улице Нагатинская в Москве, там же в апреле 2022 года зарегистрировалась компания «Лазури вотерс», учредителем которой значится полный тезка заместителя директора и председателя закупочной комиссии «Экрана» Николая Коренкова. В качестве адреса регистрации «Баупроекта» указано подвальное помещение по улице Покровка в Москве. Согласно данным арбитража, это подвальное помещение площадью 232 кв.м числится бомбоубежищем, которое через 2 месяца после регистрации компании она получила в аренду от того же «Экрана».

Всего таким образом компании, связанные с замминистра промышленности, за несколько лет получили контрактов больше чем на сто миллионов рублей. Замминистра Шпак и руководитель «Экрана» Михайлов не ответили на вопросы редакции о связях с этими компаниями.

shareprint
Главный редактор «Новой газеты. Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.