РепортажиОбщество

«Флот несёт потери? Это вы какую-то херню несёте»

Что говорят зрители на параде в честь Дня ВМФ в Петербурге. Репортаж

Ирина Тумакова , специально для «Новой газеты. Европа»
Ирина Тумакова , специально для «Новой газеты. Европа»

Моряки танцуют в Александровском саду. Фото: Елена Лукьянова, для «Новой газеты. Европа»

Накануне выходных, за два дня до Дня ВМФ (отмечается 31 июля), президент Путин подписал указ о военно-морском параде в Санкт-Петербурге. За день до торжества телеканал «Звезда» (Минобороны РФ) распространил видеоролик с военным оркестром, исполняющим «гимн специальной военной операции». Таким образом, выяснилось, во-первых, что это будет не просто парад, а со значением. А во-вторых, что у специальной военной операции имеются не только символы в виде двух латинских букв, но и гимн. Гимном оказалось разбитное попурри из двух песен популярной когда-то группы «Сектор Газа». В 1990-е их распевали учащиеся ПТУ на скамейках во дворах рабочих кварталов, а теперь вот выяснилось, что в качестве «гимна специальной военной операции» они тоже очень даже подходят.

Посмотреть на русские военные корабли собрались десятки тысяч людей. Сколько — точнее не скажешь, потому что не всем удалось увидеть собственно корабли. Парад начинался в 11 часов, но за два-три часа до этого люди начали занимать места на Английской и Дворцовой набережных. Потом толпа разлилась и на соседние улицы, и увидеть можно было только авиационную часть морского парада.

— Как обычно никуда не пройти, всё закрыто, — жалуется петербурженка Вера, уже возвращаясь домой вместе с внуком Марком. — Кое-как все-таки прошли, кусочек увидели. Но как-то все скудненько, хотелось бы побольше как-то кораблей. Вот самолеты понравились. А кораблей маловато. И все перегорожено, не подойти. Мы знали, что народу много будет, но не так, чтобы все набережные были перекрыты, а пускали только по пропускам. Получается, это не для народа делают, а для избранных, только по пропускам. Внук на урну залез, чтобы посмотреть.

Колонны моряков маршируют по Дворцовому проезду. Фото: Елена Лукьянова, для «Новой газеты. Европа»

А они хотели посмотреть корабли, Марку заранее купили флажок!

— Это же Военно-Морской флоооот, — протягивает Вера, объясняя, почему это было так важно. — Наша мощь! Вообще — наша армия!

Другой зритель по имени Сергей, человек опытный, приехал к Английской набережной в половине восьмого, за три с половиной часа до начала. В 12 уже двигался обратно. Андреевский флаг, с которым стоял на набережной, он прикреплял к автомобилю.

Сергей. Фото: Ирина Тумакова, для «Новой газеты. Европа»

— Специально ждали, чтобы занять место, откуда видно корабли, — объясняет он. — Потому что это мой праздник, я военный.

Сергей даже рад, что в этом году парад проходит одновременно со специальной военной опрацией.

— А чего нам бояться? — усмехается он. — Мы празднуем. Потому что гордость.

— За что? — спрашиваю я.

— За вот это, — показывает он на флаг, который уже почти закрепил на задней дверце машины так, чтобы во время езды тот красиво развевался.

— А еще чем вы гордитесь?

— Страной. Всем.

— На вашу гордость как-то влияет то, что произошло с крейсером «Москва»?

— Так а что с ним произошло? Ничего такого.

На Алексее, который тоже уже идет с парада, черная военная форма, на ромбике — чаша со змеей. Он военный медик. Просит его не фотографировать.

— Я патриот своей страны, — объясняет он, почему приехал вместе с женой смотреть на парад. — В любом случае, я свою родину, так сказать… Понимаю, поддерживаю всегда.

Как военврач Алексей видел раненых, прибывших с полей СВО. На вопрос, надо ли продолжать операцию, когда идут раненые и убитые, он отвечать не хочет.

— Я не буду отвечать на политические вопросы, — так и говорит. — Я понимаю, что спецоперация нужна. А нужно или не нужно продолжать — это не мой вопрос. Эта страна меня воспитала, она мне дала образование, она мне дала жизнь. Всё здесь моё родное.

Мужчина в белом с синем свитерке с якорем и надписью ARMANI на грудном кармашке имени называть не хочет, зато готов к фотосъемке. Быстро стаскивает свитер, чтобы сняться непременно в полосатой майке. Надевает на голову бескозырку с лентами.

Моряк, не пожелавший назвать имени. Фото: Ирина Тумакова, для «Новой газеты. Европа»

— Я служил на флоте, мне это дорого: вспомнить друзей своих, корабль. Конечно, это праздник! А вы что, не видите? Мощь, красота!

Что? Крейсер «Москва»? Ну, знаете, я не верю этому. Крейсер «Москва» не просто так вот потопили. Это политика. Там зачистка идет фашистов разных.

Еще один зритель парада Виталий представляется и добавляет, что служил на флоте три года. По лентам его бескозырки я вижу, что на Тихом океане.

— Камчатка, — уточняет Виталий. — Малый десантный корабль.

Сейчас он в запасе. Фотографироваться не хочет. Праздник для него — память о службе.

— Это честь, родина, — продолжает Виталий. — Долг, который мы отдавали родине. Это морская дружба, единение. Патриотический вот такой дух. В этот день всегда собираются те, кто служил, кто служит. Это мужское братство морское. Мы гордимся.

Специальная военная операция никак не влияет на праздничное настроение Виталия, а его гордость за страну и ее флот даже усиливает.

— Я поддерживаю своего президента и те задачи, которые выполняет наша страна, — говорит он. — Как это — какие? Те, которые выполняются страной. Наши ребята их выполняют достойно. Очищение от фашизма, от нацизма. А он там сто процентов.

У Федора на груди много знаков, значков и наград, они пристегнуты прямо к полосатой майке.

— Это вот за Арктику, за арктический переход, 1984 год, — оттягивает он майку за один значок. — Экипаж Захарова, атомный подводный крейсер.

Федор. Фото: Ирина Тумакова, для «Новой газеты. Европа»

Федор и его друзья — люди опытные, они тоже приехали на набережную с утра пораньше, чтобы увидеть корабли.

— Я живу в Ленинграде, Нас здесь много, вон ребята — они ко мне лично приехали, ко мне, — кивает он в сторону большой группы в полосатых майках.

— У нас флаг. Мы одеваемся и выходим так каждый год уже 38 лет. А сейчас мы еще больше рады, что опять видим друг друга. Мы поддерживаем, а как же! Какие потери? Флот несёт потери? Это вы какую-то херню несёте.

И Федор, махнув рукой, бежит догонять своих ребят.

Дмитрий, несмотря на теплую погоду, одет в китель. Он служил на Северном флоте.

— Флот является таким стержнем, — объясняет он. — А потери военные несут всегда, это судьба. Если ты встал на военный путь, ты знаешь, что судьба твоя будет непростая, особенно моряка. А День ВМФ — это не в празднике дело. Это традиция, это почитание своих.

Гибель гражданских людей в ходе специальной военной операции Дмитрий воспринимает с болью: у него в Украине живет много родных.

— Чисто по-человечески это очень больно, — кивает он. — Я на самом деле переживаю за них.

Они не понимают сейчас нас. Даже по-родственному не понимают. Они сразу изменили о нас мнение и мне высказывают многое.

— А вы бы что делали на их месте? — спрашиваю.

— Я бы вел себя патриотично. Я патриот своей страны.

Дарья и Ольга — подруги. У Дарьи на флоте служил отец, поэтому они с подругой приехали на парад.

— Я пришла, потому что я патриот, — объясняет Дарья. — Плюс посмотреть технику — самолеты, корабли.

— А мне вообще нравится военная тематика, — подхватывает Ольга.

— Я теперь вижу, что все-таки мы сила, — продолжает Дарья. — Наша техника совершенствуется. Там стоит подводная лодка «Северодвинск», а я родилась там.

Небольшую оговорку, слово «все-таки», Дарья сразу исправляет: нет, сомнений в боевой мощи России у нее никогда не было.

Ольга и Дарья. Фото: Ирина Тумакова, для «Новой газеты. Европа»

— Но иногда… Не знаю, даже, как сказать, — теряется она, но тут же находит нужное слово: — Гордость. Мы испытываем гордость за нашу страну.

— За что именно? — спрашиваю я.

— За что именно? — поворачивается Дарья к подруге.

— За мирное небо над головой! — отвечает Ольга. — За нашу армию.

— Все-таки у нас есть оборона, — кивает Дарья. — Если на нас нападут враги, то мы можем ответить.

— А какие враги нам угрожают? — спрашиваю.

Девушки многозначительно смеются.

— Мы многого не знаем, — потом говорит Дарья. — Нам что-то доносят СМИ о том, что там на Украине, а «вести с полей» говорят об обратном. Говорят, что все не очень. Поэтому я рада, что нас не обстреливают. Так скажем. Но мы же за своё воюем. Мы — за справедливость.

— Когда 8 лет бомбили Домбас, украинцы жили спокойно, — добавляет Ольга, четко проговаривая название региона через «м». — Русских людей там унижали, пытали, в плен брали, всё такое. Там же нацисты. А как им предупреждение сделали, так они… Если бы мы хотели войны, то вы же понимаете, что это так бы не затянулось. Запустили бы туда пару «Тополей» — и всё.

Я спрашиваю, знают ли подруги что-то про Бучу.

— Ничего не знаю, — быстро отвечает Ольга.

— И слова такого не знаем, — тут же добавляет Дарья.

Петербурженка Вера, хоть ей и не удалось толком показать внуку парад, говорит, что Россия демонстрирует свою мощь и «современное оснащение» не только на параде, но и на полях специальной военной операции.

— Я против любой войны, — добавляет она. — Всегда надо договариваться мирным путем, а война — крайний случай. Я сама Великую Отечественную не видела, но у меня дед погиб на финской границе, дядя был в плену у немцев, погиб в 21 год. Еще один дядя на Курской дуге воевал. Но и сейчас мы воюем против фашизма.

Что сейчас творится, вот взять хотя бы на Украине? Очень тяжело там, бандеровцы, наш русский народ не уважают. Пытались их мирным путем вразумить, но нас же не слышит Запад.

Большая компания устраивается на поребрике возле Манежа. Молодой человек в тельняшке достает элегантные мельхиоровые рюмки, разливает коньяк. Его друг в обычной футболке кладет рядом сырную нарезку. От группы немного отстала девушка в бескозырке. Её зовут Жанна. Они тоже посмотрели парад, хотя мало что увидели из-за огромной толпы.

Жанна и Иван. Фото: Ирина Тумакова, для «Новой газеты. Европа»

— Только авиацию, — досадует Жанна. — Мы приехали к одиннадцати и уже никуда не прошли. Мы испытали гордость за нашу страну, за нашу военную подготовку. За нашу технику. Вы видели, сколько народу? Сейчас у людей повышен патриотизм.

В Украине, по словам Жанны, Россия «отстаивает свои права».

— Права нашей страны, — повторяет она.

— На что? — спрашиваю я.

Жанна не понимает вопроса. Я уточняю: какие именно права нашей страны нуждаются в защите в Украине?

— Ну, восемь лет ДНР и остальные республики обстреливали, — Жанна начинает медленно и неуверенно, но потом спохватывается. — Это же доступная информация. А вы точно русская?

Жанна, хоть и одета как морячка, на флоте не служила, но зато, говорит, в армии служил ее молодой человек Иван. Правда, тоже не на флоте. Она кивает в сторону парня в тельняшке и с коньяком. Тот широко улыбается, услышав название газеты.

— Мы еще «Дождь» знаем и Навального, мы много чего запрещенного знаем, — хитро щурится он.

Жанна кивком разрешает задать ее другу вопросы. Но тот просит: давайте сегодня без политики. А то еще, добавляет, заметут «за фейки».

Фото: Алексей Душутин, для «Новой газеты. Европа»

#вмф #петербург #военные #парад
Главный редактор «Новой газеты. Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.