Поминки по Политфаку
Политический департамент ВШЭ выпустил последний курс студентов, помнящих свободный университет
За прошедшие 4 года образовательная программа «Политология» НИУ ВШЭ обросла собственной микрополитической историей. Наверное, университет (а особенно — толкаемая вперед большими надеждами Высшая школа экономики) — это микрокосм государства, и, если его аппарат постепенно деградирует, вместе с ним ступень за ступенью все более мрачной становится атмосфера в аудиториях. Переживания студентов (вместе с администрацией и преподавателями, на самом деле) становятся параллелью чувствам граждан того самого государства.
В 2022 году в том же зале Культурного центра соберутся те же студенты-политологи, которые все это время совмещали учебу, стажировки и планы на будущее с протестами и борьбой за право сохранить в стенах вуза атмосферу свободы. Программу, изобличенную Владимиром Соловьевым как «майдановское подполье» и «террористическая группировка», заканчивали студенты, которые несли надежду о том, что прикоснутся к «лучшему политологическому образованию в России».
В зале-амфитеатре на 500 человек, с рядами велюровых синих кресел, собрались аналитики-разрабочи_цы, менеджер_ки оппозиционных и провластных политических объединений (от «Новых людей» до команды Навального), редактор_ки крупных оппозиционных медиа, сотрудни_цы действующих банковских систем или бывших структур McKinsey и других консалтинговых фирм, исследовательни_цы и предподаватель_ницы. Их имена по очереди называет ведущая, после чего они, придерживая мантии, спускаются за аттестатом на подмостки. Фотографируются, обнимаются со слегка растерянными преподавателями.
Промежутки этого ритуала сотрудники вуза заполняют прощальными речами, причем интонационно разделить их можно на два вида: эпистолярные, которые восхваляют знания и навыки, обретенные студентами, и лирические. Авторы последних признаются выпуску 2022 года в любви — как людям, с которыми они делили статус очевидцев растянувшейся на 4 года катастрофы, — и как бы иносказательно призывают не отчаиваться на фоне войны, которая обессмыслила высшее политологическое образование и, вероятно, сломала их планы на строительство политической системы в «прекрасной России будущего».
Под хиты прошлого десятилетия (хотя, наверное, атмосфере заговорщиков напополам с семьей, отчаявшейся от абьюза, больше подошла бы Emmeleia от Dead Can Dance) преподаватели напоминают, что университет — «это со-бытие в жизни каждого», а потому изъять этот опыт и сообщество не может никто. Или предлагают иначе взглянуть на социальную функцию религии и вместо источника жертвоприношений, крестовых походов и терроризма отнестись к ней как к незамысловатому инструменту для формирования доверия, который снижает шанс на уничтожение незнакомцев. Заведомо видеть в незнакомце друга, который разделяет наши ценности, а не подозревать его во всевозможных смертных грехах — вот последний завет, который в этой речи упоминается как наследие религий.
