Комментарий · Политика

Пентагон приходит на помощь

Новая надежда Украины: HIMARS и американская разведка

Александр Кудрин , специально для «Новой газеты. Европа»
Александр Кудрин , специально для «Новой газеты. Европа»

Командир подразделения показывает ракеты на американской реактивной системе залпового огня HIMARS на востоке Украины. Фото: Anastasia Vlasova / The Washington Post / Getty Images

Начиная военные действия против Украины, группировка ВС РФ с первого дня демонстрировала превосходство над ВСУ в средствах высокоточного дальнего огневого поражения: на всю глубину театра военных действий (ТВД), вплоть до западной границы были нанесены десятки ударов крылатыми ракетами «Калибр», «Оникс», оперативно-тактическими ракетами (ОТР) «Искандер».

Девятнадцатого марта в боевой обстановке впервые были применены гиперзвуковые ракеты «Кинжал». По сообщению официального представителя Минобороны РФ Игоря Конашенкова ими был уничтожен подземный склад ракет и боеприпасов в Ивано-Франковской области. В дальнейшем активно армией РФ использовались специализированные высокоточные боеприпасы, разработанные для авиации.

В арсенале ВСУ была только устаревшая модификация ОТР «Точка-У», правда в больших количествах. Прошло пять месяцев, НАТО опомнился и вот баланс начал выравниваться. На вооружении украинской армии появилась поставляемая по ленд-лизу американская реактивная система залпового огня HIMARS.

Исторически система HIMARS появилась значительно позже советских РСЗО со сходными ТТХ и отражает несколько другой подход к практике боевого применения. В СССР и России создали три системы на различных колесных шасси с разными калибрами снарядов («Град» 122 мм, «Ураган» 220 мм, «Смерч» 300 мм) для управления на разных уровнях командования. В США решили обойтись одной универсальной машиной, с которой запускаются боеприпасы различного калибра — они заранее упакованы в специальные контейнеры.

По сути машина HIMARS — перевозчик пусковых контейнеров и средство связи с командованием.

Если судить о дальности стрельбы различных боеприпасов, то никаких особых преимуществ, способных резко изменить ситуацию на фронте, HIMARS перед стоящими на вооружении в России и Украине РСЗО не имеет. Его стандартные боеприпасы (есть среди них и управляемые) в различных вариантах летят на 45-70 км. Тот же «Смерч» и более современная уже российская модификация «Торнадо» могут стрелять снарядами дальностью до 120 км в том числе управляемыми. В большинстве военные эксперты согласны, что стрельба из контейнеров — более современный способ. И «Торнадо» тоже разработан под такой вид боеприпасов.

Отдельно надо говорить о запускаемых с шасси HIMARS оперативно-тактических ракетах ATACMS (на сегодняшний день поставки этого типа ракет Украине не подтвержденыприм. ред.). Разработанные в 80-е годы они имеют радиус действия до 300 км в некоторых модификациях. Корректно сравнивать эту ракету не с российскими РСЗО, а с находящейся на вооружении ВС РФ оперативно-тактической ракетой (ОТР) «Искандер». ATACMS проигрывает «Искандеру» по всем параметрам, признана Пентагоном устаревшей и в перспективе должна быть заменена на более современную ОТР.

Таким образом, получив на вооружение пусковую платформу HIMARS ВСУ сразу получили возможность стрелять по удаленным целям несколькими типами реактивных снарядов и ОТР с разным боевым назначением, на разные дистанции и с разными задачами. Так почему же столько надежд на HIMARS и в войсках и в украинской прессе, если и стоящие на вооружение ВСУ РСЗО не особенно уступают этой системе?

Все дело в неотъемлемой части управления HIMARS, которую нельзя пощупать руками, но невозможно и построить силами почти уничтоженного сегодня ВПК Украины.

Это важнейшая часть.

РСЗО HIMARS глубоко интегрирована в глобальную систему артиллерийской разведки и целеуказания НАТО, а правильнее сказать — вооруженной машины США. Сама система сбора разведывательной информации, ее оценки и поддержки online, классификации целей и установления их важности и очередности поражения состоит из множества источников — спутниковых группировок различного назначения, самолетов дальнего радиолокационного обзора, многочисленных БПЛА, систем радиотехнической разведки, данных от самых разных подразделений на поле боя или вблизи ТВД. Снимки и параметры излучений всех типов анализируются огромным количеством сотрудников Агентства национальной безопасности США. При необходимости подключаются любые профильные специалисты. Вообще, в разведсообществе США служит намного больше людей, чем есть российских военных на Украине (автор текста настаивает на использовании предлога «на» в соответствии со «словарными правилами русского языка», редакция «Новой газеты. Европа» использует предлог «в»прим. ред.).

Вся эта махина способна оценивать все движущиеся и стационарные цели на заданной площади, отслеживать изменения в их положении. Затем целям присваивают соответствующий индекс, из которого старший офицер на батарее HIMARS понимает ее значение для боя и автоматически отдает приказ на поражение когда цели присваивается соответствующий индекс. Артиллерийские командиры видят на защищенном планшете все цели на своем участке в динамике.

Читайте также

Читайте также

HIMARS: новый бог войны

Наступление Путина горит в Украине вместе со складами российских боеприпасов

Вот это и есть самая ценная часть HIMARS — мозг американской армии, без которого она теряет свою эффективность. Разумеется, развединформация для украинской армии на терминалах отличается по полноте данных. Но главные цели даже самых дальнобойных боеприпасов HIMARS там есть — командные пункты и склады боеприпасов и вооружения ВС РФ.

Командование ВСУ может начать выборочный обстрел удаленных российских городов, о чем сейчас рассуждают все СМИ и блогеры, рисуя радиус 300 км от различных точек на границе. Но вовсе не они будут главными целями. Целый ряд точных попаданий в склады боеприпасов и КП российской группировки за последние три недели демонстрирует, для чего РСЗО США нужны.

Это совершенно новая ситуация, которую военным и аналитикам еще предстоит осмыслить. Украинские медиа сообщают, что к каждой установке прикомандирован американский военный специалист для помощи в техобслуживании. Но это не то прямое участие Пентагона в войне, о котором надо говорить.

По сути все цели в тылу российской группировки, которые удачно обстреливают ВСУ, нашли, квалифицировали, ввели в систему и сопровождали военные США далеко за пределами Украины. Командиры ВСУ старательно воспроизводят инструкции и нажимают кнопку «пуск». Но если чужая армия поставила союзнику оружие, дала боеприпасы, полностью взяла на себя главную часть боя — разведку и целеуказание, то как это выглядит с точки зрения военных?

Это самое непосредственное участие армии США в войне с армией России, без скидок. Для того, чтобы уничтожить наводчиков командование ВС РФ в такой ситуации должно нанести удар по командным пунктам Пентагона.

Удары по складам в Новой Каховке нанесли в первую очередь американские военные, поставившие их на планшете старшего по батарее в качестве цели. Эти же офицеры одним кликом мыши через Атлантический океан отключат HIMARS и превратят его в груду железа, если будет надо.

Ситуация уникальна, ее главная характеристика — эскалация вооруженного конфликта, размывание границ между противником и его союзниками «до степени смешения», возрастание рисков вооруженного столкновения НАТО и РФ. Похожий эпизод — участие советских зенитчиков в стрельбе по американской авиации во Вьетнаме (известно несколько случаев в 1965 году). Но масштабы не сравнимы. Научно-технических прогресс привел к тому, что новые вооружения работают только под контролем и при активном участии тех, кто их продает.

Украинское общество и политики в стремлении увидеть в каждом новом типе оружия желанную победу мифологизируют то Байрактар (просто беспилотник, не хуже, но и не лучше остальных), то гаубицы М-777. Теперь все следят за успехами HIMARS. Не стоит впадать в эйфорию, но нестратегические возможности ВСУ могут измениться.

Что означает появление весьма ограниченного количества пусковых установок HIMARS на ТВД Украины? Вот мнение военных экспертов. В целом, HIMARS это демонстрация экономии и оптимального решения для боёв разного масштаба: система одна, а набор ракет и для бригад, и для дивизий, и для армейского корпуса. Но пока это лишь предпосылка к активизации и перехвату инициативы.

Все дело в количестве — лишь пять и более дивизионов (100 и более установок) способны создать максимальные трудности российской группировке в управлении (поражая найденные американской разведкой КП) и поражая артиллерию ВС РФ. Стрельба на дальности до 300 км это вовсе не характеристика глубины поражения целей в России (стрельба по Воронежу и даже по Калуге). Большая дистанция нужна для обеспечения собственной живучести HIMARS, стреляющей из глубокого украинского тыла.

Да, само наличие HIMARS — постоянная угроза крупным экономическим объектам, в том числе и Крымскому мосту.

И все же основные задачи они будут решать в рамках подготовки и проведения контрударов ВСУ по группировке ВС РФ.

При этом развертывание группировок HIMARS по 2-3 дивизиона возможно только при наличии зонтика из современных систем ПВО. Иначе, их уничтожат с воздуха. Следовательно, сначала надо получить системы ПВО в больших количествах. А об этом речи между политиками пока нет.

Применение HIMARS, в первую очередь боеприпасов ATACMS, дает результат лишь в совокупности с автоматизированной сетью управления, разведки и целеуказания. Задача эта стоит и перед киберкомандованием ВС США. Участие этого командования в боевых действиях против ВС РФ — главный залог успеха ВСУ.

#война в украине #сша #пентагон #поставки оружия в украину
Главный редактор «Новой газеты. Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.