logo
Колонка · Политика

Фейковый приговор

Что сказал председатель СК Александр Бастрыкин в поддержку привлекаемых по статье 207.3 УК РФ

Леонид Никитинский , журналист, кандидат юридических наук, специально для «Новой газеты. Европа»
Леонид Никитинский , журналист, кандидат юридических наук, специально для «Новой газеты. Европа»

Алексей Горинов. Фото: Facebook

Первый не-условный приговор, вынесенный судьей Олесей Менделеевой не признавшему вины Алексею Горинову за распространение «ложной информации о о действиях Вооруженных сил РФ», установил планку того, что в юридической науке известно как принцип экономии уголовной репрессии. По ходу «специальной операции» суды экономить не будут: 7 лет лишения свободы по ч. 2 ст. 207.3 УК — с учетом использования служебного положения (депутат выступал на заседании муниципального совета), по предварительному сговору (якобы с другим депутатом) и «по мотивам политической ненависти».

Государство ведь не экономит на «специальной операции»? Да и Следственный комитет тоже не экономит: дело Горинова вела бригада из 9 следователей, а в проведении экспертиз участвовали 5 лингвистов и психологов. На подходе еще 55 таких же дел, в том числе в отношении Владимира Кара-Мурзы (которого в России еще и признали «иноагентом») и председателя Адвокатской палаты Удмуртии Дмитрия Талантова — арифметика подсказывает, что на них потребуется еще 495 одних только следователей.

Алексей Горинов в зале суда. Фото: Василий Полонский

А у Горинова впереди апелляция, и судьям Мосгорсуда стоит напомнить о том, чего 9 следователей СК и судья Менделеева могли не знать: о позиции главы СК РФ Александра Бастрыкина по вопросу об объективной истине. Полнее всего, она отражена в произведении «Объективная истина в уголовном процессе», которое автор опубликовал в 2015 году на сайте «Проза.ру». Вот, что в то время думал об этом доктор юридических наук Бастрыкин:

«Требование поиска объективной истины является гарантией обеспечения справедливости правосудия. В целом, в уголовно-процессуальном доказывании эти условия обеспечиваются за счет таких принципов, как полнота, всесторонность и объективность исследования всех обстоятельств, имеющих значение для дела… (выделено мной — Л.Н.).

Идея же о невозможности достижения объективной истины относится к чуждому современной науке философскому течению, называемому агностицизмом. Не вполне соответствует традициям российского уголовного судопроизводства и доктрина юридической истины, корни которой восходят к англо-американской модели уголовного процесса…».

Указание проф. Бастрыкина на мерзость агностицизма и подрывной характер чуждых доктрин требует от следователей и судей тщательней разбираться в том числе в объективной картине того, что именуется «специальной операцией».

В ходе обсуждения предложения о конкурсе детских рисунков ко Дню победы депутат Горинов заметил, что такой хэппенинг в Красносельском муниципальном округе Москвы неуместен, когда в Украине под обстрелами гибнут такие же дети.

Это утверждение не подвергается сомнению даже руководством Вооруженных сил РФ: пусть никто не стреляет по ним прицельно, но «на войне как на войне», и дети гибнут тоже. Этот факт не может не быть учтен в рамках того, что глава СК РФ характеризует как «полноту, всесторонность и объективность исследования всех обстоятельств, имеющих значение для дела».

Высказывание же депутата Горинова о неуместности праздника — лишь его частное мнение, и, даже будучи разделенным многими, оно не может рассматриваться ни как истинное, ни как ложное.

Возможно, профессор Бастрыкин не захочет вспоминать о дискуссии, которую он настойчиво вел несколько лет назад, в том числе лоббируя через депутатов включение поправок об «объективной истине» в УПК РФ (правда, безуспешно).

Мы можем не соглашаться с ним философски, полагая, например, что истина вообще трансцендентна, а судебное следствие, как и предварительное (в СК), может лишь оценивать доказательства по делу. Но если спуститься с небес и говорить о фактах, — то они или есть, или их нет. То и другое составляет объективную сторону любого преступления, и все факты, включая контекст «деяния» и его последствия, должны быть учтены в приговоре. Хорошо бы еще и в законе, но это уже другой разговор.

Отрицание несомненных фактов — это тоже «заведомо ложная информация», а логика приговора не может противоречить логике здравого смысла. «Фейком» в противном случае оказывается само судебное решение.

#правосудие #репрессии #политика #оппозиция
Главный редактор «Новой газеты. Европа» — Кирилл Мартынов. Пользовательское соглашение. Политика конфиденциальности.
Мы используем файлы cookie.
Политика конфиденциальности.
close

К сожалению, браузер, которым вы пользуетесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров.