— А помните, был такой ковид? — иронично спрашивают россияне, которых резко перестали интересовать ежедневные коронавирусные сводки о числе новых заболевших. Действительно, в конце февраля, все что было связано с инфекцией, два года назад затормозившей жизнь на всей планете, отошло на второй план.
Но ковид никуда не уходил и даже не собирался. Наглядный пример тому — ситуация в Шанхае, где разбушевался новый подвид штамма «омикрон». В городе — полный локдаун, остановлены производства. В России — тишина. Почему в стране устали от пандемии, стоит ли ждать новую волну и можно ли что-то предпринять уже сейчас, чтобы минимизировать последствия, — рассказал «Новой газете. Европа» независимый аналитик Александр Драган.
Как все забыли о ковиде
Усталость от пандемии можно заметить не только в России — по всему миру. Это не новая история: во времена испанки спустя два года после начала эпидемии люди настолько устали от ограничений и жизни в постоянном напряжении, что все запреты стали отменяться повсеместно — даже там, где для этого не было никаких оснований. Вскоре в ряде американских штатов началась четвертая-пятая волна вируса: она привела к большему числу смертей, чем в первые три волны, хотя формально они считались более смертоносными.
Сейчас в Европе ограничения также постепенно снимаются, как и в России. В целом, по сути, ограничений больше как таковых нет.
В Великобритании, где была широко распространена новая разновидность омикрона, ограничения не вводились, несмотря на рост госпитализаций. В некоторых возрастных группах число госпитализаций выросло до рекордного уровня. Заболеваемость росла среди медиков и пожилых людей.
Та же история произошла в Дании, куда омикрон пришел еще в декабре. Это была довольно высокая волна, наблюдался высокий уровень смертности.
Россия в этом смысле не исключение — тем более, российские власти всегда шли путем «минимума ограничений». Большинство запретов и правил, которые действовали в последнее время, можно назвать формальными. За пределами Москвы за заболевшими сейчас наблюдают довольно плохо. Где-то было повальное занижение показателей заболеваемости, где-то людям не давали направления на тесты, просто ставили диагноз ОРВИ, а где-то фальсифицировалась статистика.
В Москве очень сильно сократилось количество прививочных пунктов — осталось буквально несколько поликлиник. Мобильные пункты вакцинации тоже убрали — вакцинации уже нет. Чтобы бесплатно сдать ПЦР-тест по ОМС, нужно получить направление у терапевта. Как раньше: записаться, прийти и сдать, — теперь нельзя. Эпидемии для России больше не существует.
Разметка соблюдения социальной дистанции в московском метро, 2020 год. Фото: mos.ru
Что происходит с коронавирусом и куда он мутирует
Когда появился штамм «омикрон», все говорили о том, что он будет переноситься легче, чем предыдущие варианты. Пример Гонконга показал, что это не так.
На сегодняшний день COVID-19 уже стал одним из самых опасных и заразных вирусов среди существующих. Можно сказать, что такой стремительной и быстрой эволюции раньше не подвергался ни один вирус.
На планете для него существует потрясающая кормовая база — почти 8 миллиардов человек, из них многие и вовсе еще не сталкивались с COVID-19.
Сотни миллионов людей на Земле — иммунокомпрометированных — становятся для вируса такими биореакторами: в ослабленном организме коронавирус активнее эволюционирует и быстрее накапливает мутации. Кроме того, в организме человека с ослабленным иммунитетом вирус способен персистировать и вызывать хроническую инфекцию — а это, в свою очередь, приводит к тому, что он может месяцами бесконтрольно размножаться и мутировать.
Фото: Агентство городских новостей «Москва»
Что ждать россиянам
Какие-то точные цифры сейчас прогнозировать сложно в силу фальсификации статистики в период предыдущих волн. Статистика сильно подвержена искажениям на фоне политической повестки.
Цифры зависят от воли чиновников и санитарных врачей на местах — готов ли кто-то из них вводить ограничения.
Нельзя не учитывать такие факторы, как возможный дефицит реагентов для тестов, пробирок и прочего. В России есть проблемы с собственным производством как этих товаров, так и простых пробирок. Неизвестно, что будет с поставками в ближайшее время.
А как насчет иммунитета?
По-видимому, у тех, кто болел ВА.1, есть иммунитет к ВА.2. Изначально были опасения, что ВА.2 повышает риск повторного заражения, и те, кто переболел первым омикроном, заболеют и вторым. При таком раскладе ситуация была бы далеко не самой приятной, тем более что при ВА.1 приводил к так называемому естественному локдауну, когда целые отрасли экономики были парализованы из-за массовой заболеваемости: учителя не могли выйти на работу, происходили массовые задержки поездов у РЖД, потому что бригады болели. Но все-таки иммунитет после ВА.1 защищает от ВА.2. Тем, кто переболел месяц-два назад, ВА.2 не грозит. Но у нас остается большая доля людей, которая не болела в последние несколько месяцев. Многие из них болели летом и осенью «дельтой». Вот эти 50-60% процентов будут очень восприимчивы к ВА.2.
Почему в Шанхае введены такие жесткие ограничения?
То, что сейчас происходит в Шанхае, можно объяснить тем, что Китай изначально придерживался очень жесткой политики Zero Covid — стратегии недопущения распространения вируса. Мы помним, что в Китай, Гонконг, Австралию, Новую Зеландию было очень тяжело попасть: иностранцам нужно было две недели жить в суровых карантинных отелях без права выхода. По сути, это такие тюрьмы за свой счет. Даже единичный случай коронавируса сразу приводил к массовому тестированию, жестким локдаунам и ограничениям. Например, в Гонконге сразу же закрывали целые жилые корпуса и никого не выпускали.
Эта стратегия начала трещать по швам, когда по всему миру начал распространяться штамм «дельта». Австралия столкнулась с тем, что вариант «дельта» оказался в несколько раз заразнее, чем «альфа», а она, в свою очередь, была в несколько раз заразнее, чем оригинальный уханьский вариант. В общем, уже даже «дельту» было сложно сдержать с помощью стратегии Zero Covid.
Фото: ru.krymr.com
С «омикроном» это стало еще тяжелее, и та же Австралия отказалась от этой стратегии уже прошлой осенью.
В Китае прививочная кампания была масштабной, но крайне неоднородной, из-за чего там остается огромная незащищенная прослойка из непривитых групп риска. Например, на середину марта в Китае среди людей возрастной категории 80+ был полностью привит только каждый второй, а ревакцинацию прошло и вовсе 20%.
Если говорить о когорте 60+, то там полностью привито 80% из 264 млн человек — т.е. в Китае остается 52 млн незащищенных пожилых людей.
А при заразности омикрона никаких 80% для достижения коллективного иммунитета недостаточно.
В целом наиболее уместно смотреть не на долю вакцинированного населения вообще (в Китае свыше 88% населения дважды привиты), а на долю вакцинированных пожилых, основной группы риска. И в этом отношении в Китае все очень нехорошо.
Момент второй, тоже очень важный — это эффективность вакцин. В Китае широко применяют инактивированные вакцины, в основном Sinovac и Sinopharm, а их эффективность после двух доз, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Они демонстрировали пониженную эффективность по сравнению с векторными (Astrazeneca, Спутник) и тем более мРНК (Pfizer, Moderna) даже на альфа- и бета-вариантах, с «дельтой» ситуация стала еще хуже, а с омикроном с учетом его умения ускользания от антител и вовсе беда.
Получается, что самая уязвимая группа хуже всего защищена. С одной стороны, она хуже всего прививалась, а с другой — те, кто прививался, получали слабоэффективную вакцину. Отсюда и кошмарная волна в Гонконге, и отсюда же, помимо прочего, и неготовность Китая отказываться от стратегии zero covid — хотя пока эта стратегия и жёсткие беспощадные локдауны несут больше издержек, чем отказ от zero covid и допущение свободной циркуляции вируса.
За время пандемии в Москва сформирована мощная и гибкая система, которая оперативно перестраивается в зависимости от изменения текущей эпидемиологической ситуации.
Ежедневный мониторинг ситуации с COVID-19, а также отработанные за время пандемии технологии организации пунктов вакцинации позволяют при необходимости в течение дня развернуть необходимые мощности и увеличить число пунктов и их пропускную способность. Сейчас их количество полностью соответствует текущему спросу на вакцинацию, а содержание точек с низкой посещаемостью было бы нецелесообразным использованием ресурсов.
На сегодняшний день в Москве вакцинировано более 6 млн человек, еще более 2,5 млн человек переболело коронавирусной инфекцией, и темпы вакцинации в городе естественным образом снижаются. Что касается пунктов ПЦР-тестирования, то всем пациентам, у которых есть признаки заболевания, при вызове врача на дом или обращении к дежурному врачу поликлиники по-прежнему проводится бесплатная диагностика. Однако уровень выявляемости, то есть число пациентов с ОРВИ, у которых после проведения тестирования был подтвержден COVID-19, составляет всего 3%.
Таким образом, объективные данные подтверждают, что в настоящий момент вирус массово не циркулирует в городе. Кроме того, сокращение количества пунктов вакцинации и ПЦР-тестирования позволяет врачам, которые там работали, вернуться к оказанию плановой помощи.
